Мерцание алых звезд

Настало утро следующего дня. Кидо проснулась уставшей, и только она попыталась встать на ноги, как тут же скорчилась. Из-за неудобной позы во время сна ужасно болела спина, плюс еще и копчик от вчерашнего падения ужасно ныл. Все мысли перемешались, и голова болела так, будто девушка только вышла из недельного запоя. — И сколько же я спала? — задала сама себе вопрос Кидо. Девушка чувствовала ужасную боль во всем теле. «Как ты можешь так долго спать?» — Поинтересовалась Кайдо, кладя руки на пояс. — А сколько я спала? — еще раз спросила Абурама. А кого здесь бояться? Никто и не заметит, что она говорит сама с собой, ну, а если и заметят… То это уже совсем другая история. «Ты спала около 13 часов» — все больше и больше начинала сердиться Кайдо. А на Кидо с новой силой, словно булыжник, навалилась усталость. — Много. Надо вернуться в комнату и еще поспать, — сказала Кидо, с трудом поднимаясь на ноги. Медленно ковыляя, приблизительно через полчаса, Абурама уже была в своей комнате. Ариона не спала, и Кидо пришлось выслушать все ее нотации о том, как она волновалась и о том, что прогуливать уроки нехорошо, даже если ты лучшей ученик. Оказывается, нашу леди сдал Окаши (ему не жить). Единственное что радовало Кидо — это то, что на сегодня ничего не задали. — Ну и почему же ты прогуляла урок? — Мибоку решила узнать версию своей подруги, прежде чем дальше выносить ей мозг. — Я уснула в раздевалке, — настоящую причину ей было знать необязательно. — Правда? Ну ладно, на этот раз я тебе верю, — сделала соседке одолжение Ариона. — Спасибо, о ваше величество. Вы оказали мне неописуемую честь, — огрызнулась зеленоглазая, — Ваша болтовня помогла мне понять, что я еще не выспалась, — кланяясь в ноги Мибоку, язвила Кидо. — О, ну что вы, полно вам миледи. Никто не запрещает вам спать, — не отставала Ариона. — Спасибо, ваше величество — сказала Абурама, падая на кровать, едва не давясь от раздражения. *** На уроки Кидо не пошла. Абурама попросила сказать Хьюге-сенсею, что она приболела. Ей очень надо было побыть наедине со своими мыслями. Обдумать все, что произошло вчера. Такой неожиданный порыв чувств Абурама еще не приходилось испытывать. Сердце настолько быстро и сильно билось, что казалось вот-вот, еще секунда, и оно просто выпрыгнет из груди. Эти чувства казались ненастоящими. Кидо не верила в любовь с первого взгляда или еще в какую-то чепуху о прекрасной, цветущей силе любви. — Надеюсь, я его больше не увижу, — сказала Кидо, закрывая лицо руками. — Мне еще песню нужно написать, а если я его повстречаю, то мои мысли сразу смешаются в кашу. — девушка попыталась взять себя в руки и приняться за работу. Как оказалось, гитара Тецуи еще была у нее и поэтому, выходить на поиски инструмента не надо было. Кидо села за свой стол и достала чистые нотные листки, взяла из сумки записную книжку и принялась читать имеющуюся информацию. Перечитав все записи за вчерашний день, Абурама взяла гитару и провела рукой по струнам. Инструмент был безнадежно расстроен, покрутив колки и пощипывая струны, девушка добилась идеального звучания. Нужная мелодия сразу возникла в голове, но как только Кидо хотела ее наиграть, мелодия сразу бесследно пропадала, Абурама даже не успевала записать ее. «Мне что-то мешает…» — отодвинувшись от стола и потирая уставшие глаза, подумала Кидо. — Влюбленная дура. Это глупое чувство мешает мне работать — от ярости Абурама резко и сильно ударила по столу. В один момент показалось, что он переломится пополам, но благо этого не случилось. «Дорогая, любовь должна окрылять тебя и помогать писать мелодии. Любовь — это своеобразная муза» — начала свои нравоучения Кайдо, наигранно хлопая глазками. — Иногда мне кажется, что ты старше меня. — Кидо и не думала обижать свое второе «я» — Пожалуйста — проскулила девушка — Скройся, а. «Хорошо, я тебе не мешаю, но запомни, чем дольше ты отвергаешь свои чувства, тем дольше у тебя ничего не получается» — сказала Кайдо и скрылась в глубине сознания. — Бред… — Кидо не приняла слова Кайдо всерьез. Следующие три часа прошли в сплошной тишине, но работа не продвинулась не на йону. — Твою ж мать… — в руке Кидо послышался треск, еще один карандаш был сломан. — Все… Я устала. — Кидо уже не знала что предпринять. Был лишь один выход, и он не очень радовал нашу зеленоглазую. — Я знаю. Если я сейчас тебя послушаю, — обратилась девушка к Кайдо- То я обязательно потом об этом пожалею. — девушка глубоко вздохнула и вернулась к решению проблемы. Кидо вытянула руку и сделала пальцы пистолетом. — Одиночество, холод, часы нервируют, время бесцельно уходит — стала перечислять свои чувства Кидо — Но где-то в глубине души меня греет огонек, — Кидо аккуратно положила руку на грудь. — Как будто этот огонек во мне зажег он. Но кто ты мне, Курасаки Ранмару? Правильно, никто. Ты ведь меня даже не знаешь. — иногда побывать в одиночестве даже хорошо. Можно разобраться с тем, что мешает сосредоточиться. Что и произошло с Абурамой. Может всё-таки она зря не слушает свое второе «я». Кидо шлепнула себя по щекам. — Соберись тряпка! — Кидо взяла гитару, провела пальцами по струнам и… О бинго! Вот она так мелодия. — Спасибо Кайдо. (Noragami / Бездомный Бог (На Русском)) У меня пистолет заряжен И с сомнениями я не знаком, Не дрожу, я совсем бесстрашен, Никогда не церемонюсь с врагом. Тик-так, часики стучат, Как будто душу мою встревожить хотят. Тик-так, часики стучат, Время прошло и не вернётся назад. В доме пустом не найти мне тепла, Руки холодные просят огня. Кто мне подскажет, куда занесла Вновь судьба-чертовка меня. Тик-так, часики стучат. Конец с началом наверно сходятся здесь. Тик-так, часики стучат, И совпадений не счесть. Сидел и ждал я знаки небес. Опять в незнании полном с тревогой в душе. Сидел и ждал я знаки небес. Но мне томленья мои надоели уже. В доме пустом не найти мне тепла, Руки холодные просят огня. Кто мне подскажет, куда занесла Вновь судьба-чертовка меня. Тик-так, часики… И прошлое скребётся в дверь Тик-так, часики… Из вечной боли и потерь. Тик-так, часики стучат. Я снова выше в никуда. Тик-так, часики стучат. Вот совпадение, да? Сидел и ждал я знаки небес В кромешной тьме один, теряя покой. Сидел и ждал я знаки небес, Но не открылась дверь чужою рукой. Сидел и ждал я знаки небес, И в моём сердце тьма жила без причин. Сидел и ждал я знаки небес, Но страха больше нет, я не один. У меня пистолет заряжен, Я богами всегда храним. Вперёд! И теперь я совсем бесстрашен. Выстрелом с прошлым покончу своим. Пережил все свои страдания, Мукам и боли скажу до свидания, Просто потому, что я не один. И вот уже через полтора часа на нотном листке была мелодия и даже только что сочиненные слова. Вот так любила работать Кидо. Продуктивно и с чувством того, что ты делала это не зря. — Надеюсь, слова они сочинять сами, свои им я не отдам. Осталось только доработать мелодию. — Остаток дня Кидо провела именно за этим занятием. И вот мелодия была готова, но что-то Абураме в своем творение не нравилось. — Что же не так? — надо этим вопросом Кидо ломала голову больше недели, как она только ее не изменяла. Но все было не то. Нет, мелодия была хорошей, но девушке казалось, что она что-то упускает. Какую-то важную деталь, отличающую Quarter Night от других групп. На эту темную и непонятную историю пролила свет Аёми. — Мне кажется, что не хватает шарма — говорила Инари. — Чего? — недоумевала Кидо. — Ну, обычно у Quarter Night есть определенный шарм. Они своими песнями завораживают людей. Мне кажется надо добавить немного плавных переходов. Это должно помочь. Так Абурама и поступила. Мелодия зазвучала еще лучше и стала еще больше подчеркивать образ группы, что, несомненно, радовало Абураму. Еще пять дней девушка провела за аранжировкой. Качественная, профессиональная, интересная музыкальная аранжировка часто имеет решающее значение, сможет ли, например песня, стать популярной. Школьная студия звукозаписи отвечала всем параметрам создания хорошей, качественной аранжировки. И вот мелодия готова и Кидо шла к Блестящему с CD диском в руках. «Ведешь себя как маленькая девочка, которой подарили новую игрушку » — пробубнила Кайдо. «Просто у меня сегодня хорошее настроение, а у тебя плохое.» — подумала Абурама, уже стуча в дверь директора. Не дождавшись ответа, Кидо вошла в кабинет и бесшумно закрыла за собой дверь. — Здравствуйте мисс Абурама. Зачем пожаловали — поинтересовался Саотоме (на этот раз он изъявил желание поговорить с нами, повернувшись лицом) — Она готова. — заявила Кидо, подходя к директору и кладя диск на стол. — Это хорошо. — сказал Блестящий, нажимая кнопку на столе. В столе открылся тайный отсек для компакт-дисков. Блестящий вставил диск в разъем. Всю комнату наполнила ритмичная мелодия. Директор же слушал молча. «Ему не нравиться?» — недоумевала Кидо, но ее раздумья прервал сумасшедший смех Саотоме. — Это потр-р-ресающе! — протянул директор, запрыгнул на свой стол. — Вы справились! Поздравляю! — Саотоме сел обратно на стул и скрестил руки на груди — Я в вас и не сомневался — немного помолчав, директор продолжил — Через месяц состоится праздник по случаю моего юбилея. Эту песню на празднике исполнят Quarter Night, как я вам и обещал. Это бал — маскарад, на который вы тоже можете прийти — Блестящий вопросительно смотрел на Кидо, ожидая ее ответа. — Спасибо за приглашение. Я с удовольствием приду, если вы приглашаете. — ответила Кидо. Она просто не смела отказаться от такого шанса оказаться среди знаменитых групп. Это же огромный опыт, который в ее годы очень трудно приобрести. — Отлично. Ну, а теперь можете идти. — сказал Блестящий, отворачиваясь к стене, на которой висела картина с надписью «Из-за любви». — До свидания. — бросила Абурама, уже закрывая за собой дверь. «Везет, так везет» — сказала Кайдо, красуясь перед зеркалом. — Бывает же такое. — вслух сказала Кидо. Но тут разговор с самой собой не остался незамеченным. Кидо остановил Ринго-сенсей. Ведь даже не скажешь что Ринго-сенсей парень, так он хорошо исполняет роль милой девушки. — Кидо-тян, ты разговариваешь сама с собой? — поинтересовался сенсей. — Эм… — замялась Абурама — Да, это помогает мне расслабиться. — ответила Кидо, первым что пришло на ум. — Интересно. И часто ты так расслабляешься? — спросил Цукимия, как-то странно смотря на Кидо. — Да. Это привычка с детства — честно сказала Кидо. — Ну ладно… Я тогда пойду. И помни… Чтобы выжить в этом мире, нужно уметь справляться с любыми трудностями, а если не можешь — пиши пропало. — сказал Ринго и испарился в дыме. В прямом смысле. Кидо стояла и задыхалась от дыма, который заполнил весь коридор. «Вот чудной» — подумала Абурама, когда дым рассеялся. — «И к чему это он?» — думала Кидо, продолжая путь к своей комнате. Когда девушка добралась до спальни, на нее с расспросами набросилась Ариона. — Я видела тебя у кабинета Саотоме несколько раз. Что ты там делала? Тебе дали какое-то поручение? Тебя наказали? Или перевели на класс ниже за прогул? — вопросы продолжались еще 15 минут. Через 17 минут у Кидо уже взорвался мозг. На эмоциях она выпалила все Мибоку. Все. Ничего не упустила. Даже то, что умудрилась влюбиться в Курасаки. — Стыдно- то как! — кричала Кидо, лежа на кровати и накрывая голову подушкой. — Да ладно тебе. Это же так здорово. У тебя такая насыщенная жизнь. — восхищалась Ариона, сидя подле подруги. — А он красивый? Ну… в живую. — проговорила Мибоку, в предвкушении длинного описания закрыв свои голубые очи. — Да… очень — тихо в подушку, сказала Кидо «Веду себя как маленькая девочка… » — терзалась Абурама. «Куда делась вся моя сдержанность?» — И это все, что ты можешь сказать? Краткость — сестра таланта. Бака ты. — обижалась Ариона, но обида была временной. До самого вечера она продолжила мучительную тираду вопросами, пока не задала вопрос, который был действительно актуален. — А в чем ты пойдешь на бал? — спросила Мибоку, расчесывая свои шикарные волосы у зеркала. — Хороший вопрос. Надо на выходных сходить в магазин. — сказала Кидо, бесцельно пялясь в потолок. — Так завтра же выходной — сказала Ариона, тыкая пальцем в календарь с обложкой Starish. — Ну тогда разбудить меня завтра пораньше. — попросила Абурама, поворачиваешь к стене, дабы поскорее уснуть. Но быстро уснуть не получилось. Ариона спать не хотела, и поэтому разговоры продолжались до глубокой ночи. *** Любовь — это всего лишь случайный баг в центральной нервной системе.