Стая

      Лиам не подходил к оборотням. И дело далеко не в том, что они на разных ступенях учебной деятельности. Дело было совсем в другом.       Оборотни не воспринимали его всерьез, он чувствовал это шестым чувством. Проходили мимо, завидев в коридоре. Усмехались, видя в раздевалке перед тренировкой.       Близнецы не видели в нем соперника, тогда как Джексон, предупрежденный Дереком, иногда оценивающе его разглядывал, пытаясь, видимо, найти ту сверхъестественную жилку. Но, в более младшем сокурснике, никогда этого не находил. Поэтому подколки, иногда весьма обидные, стали некоторой обыденностью.       Задевало ли его это? Да. Но рядом всегда был Мэйсон, способный одним только взглядом попытаться остудить пыл волчонка.       Но каждый раз остановиться было все сложнее и сложнее. Дело осложнялось тем, что он уже довольное долгое время не мог поговорить с глазу на глаз с альфой. И даже в полнолуние он остался наедине со своими мыслями и страхами.       Когда на перемене он увидел Айзека, сразу двинулся в его сторону. Но его опередили. Близнецы, почуяв свежее мясо, окружили оборотня. А уж появившийся Джексон совсем скрыл с глаз волчонка Лейхи.       Взрыв произошел после тренировки, в раздевалке. — Пошел нахер! — Айзек оттолкнул от себя нависшего Итана, вскакивая на ноги. Он не обратился, но был очень близок к этому. А Лиам невовремя вспомнил, что после ритуала оборотням нельзя обращаться или срываться. Так говорил Стайлз, в больнице. От этого пошатнется еще не восстановившаяся нервная система. И волк может сойти с ума.       Он наблюдал за разворачивающейся ситуацией у двери, понимая, что Лейхи очень близок к тому, чтобы обратиться. Потому что шепот Итана звучал и у него в голове. — Ты бесполезен. Даже обратиться не в состоянии. Какой ты оборотень при альфе? — Бесполезный, — в диалог включился Эйдан, выпуская когти прямо перед лицом Айзека. — А судя по едва уловимому шлейфу, он оставил тебя не просто так. — Сука, — едва дыша от ярости, выдохнул волчонок, в мгновение ока перекидываясь.       И в туже секунду дверь раздевалки распахнулась. На пороге стоял альфа. — Отошли от него. Живо! — почти рыкнул Скотт, внимательно наблюдая, как близнецы, скривившись, отодвигаются в сторону. Джексон же пытался слиться со стеной, а Айзек все не мог подавить ярость. Его пульс сильно участился, и Скотт очень быстро подошел к нему так близко, насколько позволяли приличия, и сжал руками кисти оборотня. — Дыши. Глубокий вдох, — МакКолл дышал вместе с ним, удерживая связь между вожаком и подчиненным. — Выдох. Еще раз…       Дыхательная терапия постепенно помогала. Когти втянулись, пульс упал. И Айзек, моргнув, виновато опустил голову, почувствовав возросшую злость альфы. Вот только злился он не на него. — Вы, три долбоеба, совсем охренели? — Скотт повернулся к близнецам, кидая в сторону. — Джексон, я все вижу. Тебе лучше вернуться. Иначе я разверну тебя силой.       То, что было дальше, Лиам старался забыть. Потому что слова альфы врезались в душу, оставляя отпечаток.       Одними разговорами, точнее монологом, дело не ограничилось. Альфа выгнал всех троих на поле, на тренировку. Вот только тренировка была больше, чем просто тренировкой. Наказанием.       Но перед этим, остановившись перед Лиамом, внимательно его оглядел, чуть улыбнувшись. — Я хочу с тобой поговорить. Когда ты можешь уделить мне время?       Лиам немного удивился, с какой теплотой в голосе обратился к нему Скотт. И поэтому не сразу смог совладать с речью. — Я сегодня ничем не занят, — он пожал плечами. — Тогда я зайду к тебе вечером.

***

      Пробуждение было отвратительным. Болела голова, во рту стоял привкус крови. К боку было не притронуться.       Он не мог исцелиться — сил не хватало.       И оставалось лишь, сцепив зубы, забинтовывать рану.       И молиться.       Чтобы доехать туда, куда он мечтал попасть всегда.