Красная нить

Стайлз забежал в класс, как обычно не постучав и опоздав едва ли не на половину урока, и за это не намерен был извиняться. Он прошел мимо ровных рядов под тихий смех одноклассников, задержался у парты Скотта, шепнув ему что-то на ухо, не торопясь занять свое место. — Стилински, — несдержанно прозвучало из-за учительского стола. Стайлз стал озираться в поисках источника голоса. Весь класс дружно засмеялся. Такие сцены Стайлз устраивал на каждом уроке химии. Ему, видите ли, не нравился их новый учитель, а точнее его возраст. Ну не может человек, едва окончившись университет, преподавать у детей и требовать уважение к себе. — О, мистер Ален, простите, я вас не заметил, — поспешил извиниться Стайлз, плюхнувшись на свободное место. — У вас, видимо, были дела поважнее, чем мой урок? — Определенно. Барри тяжело вздохнул, но не стал выяснять отношения на уроке, отнимая у себя и без того потраченное время. Весь оставшийся урок Стайлз крутился на месте, болтал со Скоттом, даже запустил бумажный самолетик в учителя, но надо отдать ему должное, когда Ален задавал ему вопросы по пройденной главе, он отвечал и отвечал правильно. Как Стайлз и говорил, он любит химию, но этот новый учитель… Когда прозвенел звонок, все заторопились покинуть кабинет, толпясь у двери. Стайлз и Скотт тоже не собирались надолго здесь оставаться, к тому же была отличная возможность просидеть следующий урок в столовой, но этим планам не суждено было сбыться. — Стилински, задержитесь, — потребовал мистер Ален, даже не взглянув на ученика. — Видите ли, я очень спешу, — попытался оправдаться Стайлз, а Скотт уже пожимал плечами, оставляя его наедине с учителем. — Ничего, вы отняли мое время на уроке, я отниму ваше на перемене. Присядьте. — Не страшно, я постою. К тому же, я здесь ненадолго. — А это зависит от вас. Стайлз, сядь пожалуйста, — Барри присел на краешек стола, устало глядя на парня. Стайлз сел, не желая и дальше препираться и терять время. — Ты когда-нибудь перестанешь прогуливать мои занятия? — А вы снова пожалуетесь моему отцу? — Я ему не жаловался, — возразил Ален, подняв руку в примирительном жесте. — Ах да, вы пожаловались своему отцу, а он уже все рассказал моему. Тонко. Умно. Почти не подкопаешься. Вот только я знаю, что наши отцы работают вместе, а значит, никто другой просто не мог ему настучать. Барри позволил себе улыбнуться, забыв на минуту про разногласия. Парень умен, упертый правда, как баран, но очень сообразительный. А значит, с ним можно договориться. — Давай сразу вскроем все карты, Стайлз. Скажи прямо, чего ты хочешь? Возраст свой я изменить не могу, так же как и солгать в официальном документе, что ты посещаешь мои занятия. Что мне сделать, чтобы лицезреть тебя на своих уроках? — Вы серьезно спрашиваете или просто тратите мое время? — Я серьезно. Что я могу сделать? Стайлз быстро прикинул в уме, что же такого попросить, чтобы Ален точно отказался, и тогда в голову ему пришел один вариант, который даже его отец не одобрит. — Проведите меня на место преступления. — Что? — Вы слышали. Говорят, вы подрабатываете судмедэкспертом, а значит, вас допускают на место преступления. Возьмите меня с собой хоть разок и считайте конфликт улажен. Барри открыл было рот, чтобы возразить. Джо не позволит такого, а Джон Стилински и вовсе его убьет, но лучше уж согласиться на это, чем ожидать чего-то пострашнее. — Идет, — согласился он, протягивая Стайлзу руку. Тот прищурился, не веря, что Ален так быстро согласился, но все же пожал руку в ответ. — И еще кое-что, — с обворожительно — пугающей улыбкой пропел Стайлз, подойдя вплотную к Барри. Ален замер боясь пошевелиться, уже представляя, что скажет Джо и как насмешливо будет улыбаться Айрис, приподнимая брови в немом вопросе: «Влюбиться в ученика, серьезно? » Стайлз наклонился к учителю и коснулся его губ своими, уже чувствуя, что победа у него в кармане, а потому не ожидал, что тяжелая рука опустится ему на затылок, притягивая ближе к себе, а настойчивый язык попытается проникнуть внутрь. В конце концов, Стайлз сдался, поменявшись с Барри местами и в итоге оказавшись спиной на столе. Ален сжимал его бедра руками, проталкивая язык в рот и тихо постанывая, пока звонок не прозвенел и Стайлз в испуге не вскочил со стола. — Кто скажет нашим отцам? — усмехнулся Стилински, прижимаясь лбом к плечу Барри и восстанавливая дыхание. — А может, пока не будем им говорить? — Ну уж нет, я не согласен на отношения в тайне от семьи. Так что готовься, я скажу им, что ты меня совратил. — Тебе восемнадцать, — заметил Ален. — А еще растлил, — разошелся Стайлз, победно улыбаясь. Все-таки этот раунд остался за ним. — Стилински, пошел вон. — Как же так? Минуту назад тискали, а теперь прогоняете? — ВОН!