Красная нить

Чарльз пристрастился к азартным играм после смерти родителей. А что еще делать двадцатипятилетнему парню, на которого свалилось целое состояние? Чарльз остался совсем один — ни дядь, ни теть, ни дальних родственников. Оно и к лучшему, никто не заявлял свои права на его наследство, но минус такого положения — было одиночество. Чарльз приходит в подпольный клуб «Икс» каждый вторник и четверг последние два года. Казалось бы, как можно всего за два года потратить свыше семисот миллионов, но оказывается, в этой жизни возможно все. Сначала Чарльзу казалось, что это всего лишь развлечение, веселое времяпрепровождение и он всегда сможет уйти, если захочет. В целом, так оно и было, вот только через день, неделю или даже месяц Чарльз всегда возвращался. И вскоре дела пошли совсем плохо. Чарльз поступал так, как любой плохой игрок — он брал деньги в долг и поднимал ставку, надеясь, что однажды ему повезет и он сможет выплатить все долги разом. А когда этот день так и не настал, он отчаялся. Серьезные люди требовали вернуть деньги, банк собирался отнять у него дом, а зависимость от азартных игр так никуда и не делась. Чарльз избегал некого Лэншера, с кем не имел чести познакомиться лично, уже вторую неделю, отказываясь возвращать деньги, потому что их попросту не было. В один из дождливых четвергов Чарльз, как впрочем и в любой другой день, пропадал в казино «Икс», уже не теша себя надеждой выиграть хотя бы пару сотен тысяч. Карта опять не шла, денег в кармане становилось все меньше, а сил встать и покинуть это заведение не было вовсе. Сегодня это казино посетил некто, кто раньше здесь не появлялся. Чарльз заметил это, так как никто еще не приходил в этот подвал в костюме за семь сотен баксов. Незнакомец оглядел помещение, презрительно скривился, рассмотрев посетителей внимательней и остановился рядом со столом, за которым сидел Чарльз. Незнакомец недолго наблюдал за его игрой, ему хватило и двух партий, чтобы понять, что соперников здесь нет. Стильная прическа, ухоженный вид, надменная улыбка — этому человеку здесь было не место, учитывая, что впервые придя в казино, он выиграл больше, чем многие зарабатывали за целый месяц. Он здесь чужой, но тем не менее никто не осмеливался прогнать незнакомца. — Спорим, что деньги у тебя закончатся быстрее, чем пальцы на руках, — с легкой улыбкой информировал незнакомец Чарльза, метнув глаза на его поврежденные пальцы. Дэвид — один из многих, кому Ксавьер должен был денег — никогда не отличался терпением, вот и сейчас он находил любую незначительную деталь, которую еще можно было забрать у Чарльза — например, ногти. Чарльз спрятал руки под стол, на минуту смутившись пристальным вниманием незнакомца. Почему-то казалось, что он здесь именно из-за него, а не пришел поиграть в подпольное казино на конце города. — Эрик Лэншер, — представился незнакомец, не протягивая руки. — Чарльз Ксавьер. Чарльз прикрыл лицо рукой от Эрика, стараясь сосредоточиться на картах, которые и в этот раз были плохими, и массировал виски, чувствуя, что у него начинается мигрень. — Ксавьер — знаменитая фамилия в этом городе, — не торопился закончить разговор Эрик. — Как ты умудрился за ничтожное время спустить бизнес родителей в унитаз и опуститься до того, чтобы сидеть в этом грязном месте в дешевой жилетке, без гроша в кармане? Чарльз молчал. Давно стоило его ткнуть носом в проблемы, да вот все некому было. — Сам не привык зарабатывать, так решил прогулять наследство? Эрик прикусил кончик пальца, улыбаясь одними уголками губ, внутренне ликуя от того, как неуютно стал чувствовать себя Чарльз. — Я с тобой говорю! Эрик впервые за весь их разговор повысил голос. В зале наступила тишина, но глаза на Лэншера никто не поднимал. У Чарльза сложилось впечатление, что он единственный здесь, кто не знает, с кем имеет дело. Эрик не сказал ничего, только метнул взгляд на крупье, и все тут же покинули стол, оставив его с Чарльзом наедине. — Итак, мой друг, расскажи-ка мне, как ты умудрился потерять все, включая ногти на руках? — Длинная история, — ответил Чарльз, боясь, что если будет отмалчиваться, то еще что-нибудь потеряет. — Я бы послушал. — Это не твое дело! Лэншер едва заметно улыбнулся, наслаждаясь тем, что противник пока еще не понимает, кто здесь хищник, а кто жертва. — Чарльз, Чарльз, неужели родители тебе не говорили, что азартные игры — это плохое занятие. Они даже хуже сигарет, убивают быстрее. Ксавьер резко встал с места, не желая продолжать этот разговор, но краем глаза заметил двух верзил у входа и остановился. — Я не желаю обсуждать это с незнакомцем. — Так ты присядь и мы познакомимся поближе. Нам еще очень долгое время придется сотрудничать. — И почему же это? Чарльз неуверенно сел на место, оглядываясь по сторонам. Кажется, он в засаде. — Ты знаешь всех, кому должен? — спросил Эрик, чем заставил Чарльза едва ли не вскочить со стула. — Фамилия Лэншер тебе ни о чем не говорит? Чарльз стал прокручивать в голове варианты, кто бы это мог быть. Ему с самого начала показалось, что он уже где-то слышал это имя, но он не стал заострять на этом внимания. А стоило бы. Эрик Лэншер был одним из первых, кто «одолжил » Чарльзу денег. Под процент, естественно. Вот проценты и накапали за два-то года. — Ох, черт! — Чарльз уронил голову на стол, прикрыв ее руками. В душе он подозревал, что когда-нибудь этот день настанет, когда-нибудь его должны были убить за долги. — Ну что ты, Чарльз, я тебя не убью, — будто бы прочитав мысли Ксавьера, сказал Эрик, присев на стол рядом с ним. — По крайней мере пока. Мертвый ты мне деньги не вернешь. — Я и живым их вернуть не смогу. — А вот здесь ты не прав, Чарльз, — возразил Эрик, пнув Ксавьера в бок, чтобы тот поднял голову на него. — И как же я смогу выплатить долг в два миллиона долларов? — спросил тот, уже смирившись, что в итоге все закончится его смертью. Эрик оглядел Чарльза с головы до ног, лукаво улыбнулся и лишь обронил, махнув Ксавьеру рукой, чтобы шел за ним. — Думаю, мы что-нибудь придумаем. Ты в шахматы играешь так же плохо, как и в карты?