Ведьма, которая меня любила

*** Снова очухался на лавке у лекаря. Понял, что дальше так жить нельзя, и так уже денег почти ни на что нет, все сбережения ушли на лечение на этой неделе. *** Прогуливался по городу и услышал интересный разговор двух девиц о местной ведьме, которая варит любовные зелья. Осознал, что надо бы прикупить для Дуры отворотного. *** Завалился в лавку странной ведьмы и вывалил на неё всю трагедию наших взаимоотношений с главной партийной эльфоненавистницей, жалуясь на творимый беспредел. На последние деньги купил у ведьмы флакон мощного отворотного зелья. Ура! Наконец-то она отвалит от меня! *** Поймал на входе в таверну жрицу и варвара, и сказал им, что Дани ищет какой-то мужчина в храме (это не настолько уж и неправда, потому что мне самому пришлось туда сбегать и поискать её). Так, от одной травоядной избавился… Осталась вторая. *** Партия уже уселась за стол и заказала ужин, так что я пробрался на кухню таверны и побрызгал жидкостью единственное заказанное овощное рагу. А остатки вылил в кувшин с ягодным морсом для ведьмы. *** Вернулся в зал и, не имея возможности толком поговорить ни с кем, напряженно ждал, пока подействует варево, потому что терпеть горящий взгляд этой мегеры уже надоело. В конце концов я все-таки подавился от резко раздавшегося шипения и понял, что зелье подействовало на неё как-то странно, слишком уж она потемнела, да и глаза блестят подозрительно. И теми же симптомами страдал и Сэй… Похоже, он тоже в этот раз решил приложиться к морсику… Чрево Тиамат… От смерти меня, как всегда, спас мой дорогой братик, но когда он вытащил меня наружу и я ему рассказал, что натворил, то горящий взгляд и потянувшиеся к моей шее руки не стали неожиданностью. *** Ура, я спасен! Но по порядку. Дюк вытащил Сэя из зала и привел его ко мне на конюшню, где мы хотели выявить симптомы, но только все больше укрепляясь во мнении, что это было ни фига не отворотное, а очень даже возбуждающее. Приливающая к голове кровь, затрудненное дыхание, подозрительно бегающие глаза. М-да, точно возбуждающее. Дюк прижал вора к стенке, желая добиться ответа на вопросы о самочувствии, и залип на языке, бегающем по тонким губам. К сожалению, мой внимательный взгляд заметили, и последовавший удар отправил меня полежать на полу, а брат снова склонился к вору. М-да, красиво целовались, паршивцы, но вот слетевшая с петель дверь не располагала к романтике, и им пришлось прерваться. А жаль, зрелище было очень даже ничего. Даже стихи написать захотелось или нарисовать картину. Но взгляд в бешеное лицо магички дал понять, что на это времени сейчас не будет, а меня будут долго и с чувством насиловать. Только этого не хватало, подумал я и дал деру. Отпрыгивая от летящих огненных шаров, я вылетел на улицу, намереваясь сбежать, как пришлось спасаться от летящих сверху помоев. Не повезло, пришлось стряхивать с ушей и волос грязную мыльную пену, что дало Дуре возможность меня догнать. Но та же самая мыльная пена стала моим спасением. Пожертвовав оставшейся в руках ведьмы курткой, я ринулся в таверну, намереваясь выскочить через черный ход на соседнюю улицу. Но мне опять не повезло. Только я дернулся от главной лестницы в бок, двигаясь к нужной мне двери, как прямо в этом узком проходе раскрылся портал, и мне навстречу вышла чертова ведьма. Что мне оставалось? Я рванул по лестнице наверх, намереваясь оторваться на крыше, и вдруг понял, что на втором этаже нет света. Служанки забыли зажечь лампады, и там стало темно, как в настоящем подземелье. Гениальная мысль пронеслась в моей голове. Я рванул в конец коридора, открыл первую попавшуюся дверь и затаился за ней, поджидая мегеру. Она вбежала по лестнице, увидела открытую дверь и, разумеется, рванула в комнату. Я захлопнул дверь и скастовал заклинание роста лиан. Пока она оттуда не могла выбраться, я сбежал в город, в уже знакомый бордель. Надеюсь, хоть теперь меня не тронут.