Солнышко, я люблю тебя!

— Вальдес, отстань! Неужели я не понятно объясняю?! — кричал сын Аида, стараясь как можно быстрее уйти от назойливого Лео. Парнишка бы что-нибудь ответил, но Нико уже растворился в тени, что вызвало у сына Гефеста разочарованный вздох. — Когда-нибудь ты всё равно станешь моим, — прошептал он, возвращаясь в трапезную. Обитатели лагеря уже привыкли к такому поведению этих двоих. Лео чуть-ли не каждый день пытался добиться разговора с Нико, пытаясь поразить его своими подкатами, но всё было безуспешно. Вальдес и сам не понимал, чем его так зацепил этот мрачный парень с черными волосами, манящими коснуться их, и глазами, похожими на бездну, в которой Лео тонул. *** Лео и не думал что встретит Нико в домике Гефеста. — Что, солнышко, передумал? — усмехнулся он. — Нет. Просто пришел заказать у твоих братьев цепь покрепче, — Нико улыбнулся, но как-то пугающе, что у Вальдеса пробежали мурашки по всему телу. — Хм. И зачем же? Хочешь подарить мне закованного себя? — Лео радостно следил за выражением лица Ди Анжело, но тот ничуть не удивился. — Близко. Но только закованным будешь ты и… — Ты будешь наслаждаться моим прекрасным телом, — перебил сын Гефеста. — Нет, тупица! — Пицца? — парень широко улыбнулся, понимая что ещё немного и Ди Анжело выйдет из себя. — Идиот! Ты меня достал! — Нико прижал Лео к стене, надавливая предплечьем ему на горло. — Я хочу заковать в цепи тебя и выбросить в море, чтобы ты больше не домагался до меня! Нико почти рычал на беднягу, улыбка которого с каждым словом становилась всё шире, делая его похожим на маньяка. — Я, кажется, понял, — прохрипел Лео. — Наконец-то… — Ты хочешь меня убить, чтобы всегда быть со мной в Царстве Мертвых! Нико замахнулся для удара, но потом, сделав глубокий вдох, отпустил Лео и повернулся к его братьям. — Ну что? Сможете? — Конечно! Нико благодарственно кивнул и поспешно вышел, оставляя ничего непонимающего Лео сидеть, прислонившись спиной к стене. *** На следующий день был запланирован захват флага. Лео оказался в команде красных, а Нико в команде синих. Сын Гефеста и не ожидал, что Король Призраков попадет в его ловушку, которую он поставил до начала игры. Хотя… на своём участке Лео поставил так много ловушек, что не попасться в них был бы грех. Нико висел в сетке над землей, а Вальдес стоял рядом, усмехаясь. — Ну что, солнышко? Поговорим? — Вальдес, отпусти меня! — Нико отчаянно бился, раскачивая сетку. — Нет. Я хочу поговорить. — А я не хочу! Если не хочешь отпускать, то просто уйди и не нервируй меня! — Ммм, я заставляю тебя нервничать? Приятно… Лео подошел к сетке, дернул Нико так, что тот перевернулся, смотря лицом в землю. Лео взял Нико за подбородок. — Солнышко, почему ты от меня вечно убегаешь? Я же люблю тебя, — голос Лео был хриплым и низким. — А с чего ты взял, что Я люблю тебя? — фыркнул сын Аида. — Хм. По-моему это весомый аргумент, — Лео, усмехаясь, кивнул на джинсы Нико, из которых выпирал внушительных размеров бугор. Ди Анжело покраснел. Он закусил губу, чтобы не стонать, когда ловкие пальчики прошлись по холодной коже шеи, заставляя мурашки бегать по спине. — Если я отпущу тебя, ты скажешь мне правду? — Лео говорил совершенно серьёзно, для него это был важный момент. — Вальдес, какая к чертям правда? Ты и так всё прекрасно видел, — Нико старался спрятать лицо в непослушных черных прядях, но Лео нежно убрал одну из них, заправив за ушко Ди Анжело. — Солнышко, — Лео потянулся к парню. Губы Вальдеса были мягкие горячие, Нико уже давно хотел почувствовать их. И вот эти самые губы впиваются в его собственные, холодные, похожие на фарфоровые. — Ты меня любишь? — спросил Нико, отстранившись от Лео. — Конечно, мой ангел, — сын Гефеста не мог скрыть своей широкой улыбки. — И я тебя, кажется… — Нико обнял Лео настолько насколько позволяла сетка, обнял, конечно, по-своему, немного грубо и холодно. В голове Вальдеса промелькнула мысль, что скоро он это исправит. Лео быстро перерезал веревку ловушки, ловя Нико на руки, и пошел в сторону Бункера 9. — По-моему так быстрее, — усмехнулся Нико, перемещая их по теням прямиком в Бункер. Больше им слова были не нужны. Им требовалась только кровать, так кстати находящаяся в Бункере. Нико извивался под длинными пальцами, проникающими под его футболку, но она мешала Лео, да и одежда в общем тоже особого восторга у сына Гефеста не вызывала, поэтому он быстро избавился от всего этого трепья, оставляя на бедняге лишь черные боксеры. Нико тоже не отставал, и вскоре Лео был раздетым. — Мы как инь и ян, — прошептал Лео на ухо Нико, обжигая своим дыханием. — Потому что я в черных трусах, а ты в белых? — усмехнулся сын Аида. — Это тоже одна из причин. — Хотелось бы послушать и другие, — прошептал Нико. — Хм. Ну смотри. Твоё тело прямо создано для меня, — улыбался Лео. — Куда бы я ни положил руки, они ложатся как будто так и было всю жизнь, как будто ты часть меня, — он нарочно медленно провел руками по телу Нико, вызывая у второго толпы мурашек. Вальдес грубо притянул Ди Анжело к себе, впиваясь поцелуем, второй рукой растягивая Нико. На что тот лишь сдавлено стонал. — Не сдерживайся. Мне так нравится твой голос, — прохрипел Лео куда-то в шею своего солнышка. В каждой истории есть своё «но», разрушающее идилию. В этой тоже есть, хотя оно не очень существенное. В Бункер ворвался один из братьев Лео, застав парочку в не очень приличном виде. Перед его глазами предстали два голых парня. Лео дышал Нико в районе ключиц, растягивая уже тремя пальцами, заставляя беднягу выгибаться так, что казалось он сломает позвоночник, и стонать во всё горло, иногда, скуля от его прикосновений. — Эмм. Ребят, вы в следующий раз хоть двери закрывайте, — усмехнулся парнишка. — Проваливай к чертям, — в унисон прохрипели Лео с Нико. Парнишка усмехнулся и поспешно вышел, оставляя счастливых наслаждаться друг другом. *** — Кстати, зачем тебе нужна была цепь, — спросил Лео у лежащего рядом Нико. — Не волнуйся не для тебя, — усмехнулся сын Аида. — Ты что мне изменяешь? — Вальдес вопросительно приподнял бровь.  — Ага, конечно! С Цербером! — фыркнул Нико. Лео звонко рассмеялся, притягивая Ди Анжело к себе, зарываясь носом в его волосы, как хотел сделать очень давно, и вдыхая чудный запах кофе вперемешку с запахом леса. — Солнышко, я люблю тебя, — прошептал он. — И я тебя.