Зашел в гости...

Дазай прижал Ацуши к футону и накрыл его губы поцелуем. Светловолосый был в шоке, наконец-то осознав: Дазай целовал его. Губы самоубийцы были тёплые, тонкие и на вкус напоминали что-то солёное. В любом другом случае он сразу же оттолкнул бы его, но в этот раз он словно не мог сдвинуться с места. Ацуши ощущал, как тело Дазая прижимается к нему. Дазай углубил поцелуй, и он становился ещё более жарким и пылким. Он покусывал его губу, грубо, но в тоже время нежно. Ацуши покраснел и неловко положил свои руки на плечи Осаму. Дазай, отвлекая Ацуши страстным поцелуем, снимал с него рубашку вместе с галстуком. Он ловко расстёгивал пуговицы, едва касаясь оголённой кожи. При каждом прикосновении холодных пальцев, парень стонал в рот Дазаю и тот сквозь поцелуй усмехался. Дазай оторвался от губ парня и начал покрывать поцелуями его шею, оставляя на ней багровые засосы. В то же время стягивал штаны с парня, что ему в конце концов удалось. Темноволосый провёл горячую дорожку поцелуев до пупка и взял разгорячённый член в руку. Ацуши застонал, ощущая, как Дазай медленно проводит по стволу рукой. Дазай проводит языком по головке, словно пробуя на вкус, и затем берёт её в рот. Ацуши толкается бедрами вперёд, и Дазай покорно заглатывает возбужденную плоть. Дазай начинает двигаться медленно и спокойно, но этого уже хватает, чтобы Ацуши кончил, а Осаму в свою очередь проглотил семя. По его подбородку стекала белесая сперма тонкой струйкой. Дазай выглядел пошло, извращенно, но красиво. Темноволосый оторвался от Ацуши на секунду и открыл отдел тумбочки, стоящей рядом с футоном, доставая смазку. Дазай поднял свой взгляд на Ацуши. Он лежал с закрытыми глазами, его щеки пылали, рот был приоткрыт. Дазаю определённо нравился такой откровенный Накаджима. Дазай открыл крышку тюбика и выдавил немного геля себе на ладонь. Затем он снова прижимается к Ацуши, даря поцелуи, в то же время вводя палец. Растягивая его. Ацуши ещё не больно. Он хватается за спину Дазая, у него по-новому встаёт. Дазай ввёл два пальца и аккуратно начал двигать ими. Когда Ацуши почти привык к его действиям, брюнет ввёл третий, что явно повлияло на Ацуши не совсем позитивно. Он ещё крепче схватился за Дазая и вместе с тихими пошлыми стонами уже сам насаживался на пальцы. Вскоре самоубийца нашел нужную точку и начал двигаться в ее направлении, заставляя блондина максимально выгнуть спину. Дазай больше не сдерживался и в следующее мгновение расстегнул ширинку брюк, спуская их вниз вместе с бельём. Ацуши было снова хотел оседлать пальцы, как ощутил головку члена. Дазай вошел в Ацуши и блондин сжал член брюнета, заставляя обоих протяжно застонать. Он с трудом снова расслабился, и Дазай, почувствовав это, начал двигаться, постепенно увеличивая темп. Ацуши стонал. Беспрерывно, словно забывая обо всем на свете, даже о соседях, живущих в квартире напротив. Дазай одаривал поцелуями его шею, предплечье, ключицы. Ацуши обвил ногами талию Дазая, и в тот момент словно проснулся второй он — тот, кто любит это. Ацуши умолял входить глубже, выкрикивая имя своего партнёра, а когда тот наконец-то задел простату, Ацуши выгнулся в спине, ощущая тёплое дыхание за ухом. Дазай входил до конца, заставляя Ацуши стонать и комкать руками простыни. Лица покрасневшие, дыхание сбилось... Дазай посмотрел в глаза Ацуши, но он засмущался, отвел взгляд, на что Дазай лишь усмехнулся. Дазай понял, что он уже на пике, и начал двигаться быстрее. Уже через несколько минут кончил Ацуши, а через пару толчков — Дазай. Брюнет ложится на футон рядом с Ацуши и устало прикрывает глаза. Через несколько минут тишины Ацуши произносит: — Дазай, а вы… меня любите? — Не знаю.  — Тогда что делать, если дорогой тебе человек не любит тебя? — Продать, пока дорогой. — Дазай-сан!