Слишком хорошая учительница

Хартфилия надела свой шерстяной бирюзовый свитер, заплела растрепанную гульку на голове и отправилась на кухню, где кипел чайник, и в ожидании сидел Драгнил. — Полную? — мило спросила она у него, в ответ парень кивнул. — Так, ты собираешься вернуться в школу? — сложа руки между колен, словно маленький ребенок, который смущался, поинтересовался Драгнил. Это очень удивило Люси, так как буквально час назад, он был похож на маньяка-убийцу. — Не думаю. — заваривая чай себе, безрадостно ответила она. — Почему? — На то есть свои причины… — она села за стол, и стала медленно колотить ложкой сахар. — Какие? — у Нацу начинали сдавать нервы. Вечно она в себе, не показывает эмоций! — Нацу, я... — она наклонила голову, — Спасибо, что заступился за меня. Спасибо, что когда-то принял на работу. Но... — Но, что? — он облокотил локти на стол, и посмотрел прямо в глаза, от чего девушка жутко покраснела. — Что на этот раз? В прошлый ведь, я оказался бабником, так ведь? — обиженно произнес он, с нотками злости. Люси выдохнула, и собралась что-то сказать, но резко зазвонил ее мобильный. — Да, мам. — протирая глаза от усталости, сказала она, — Ч-Что... — ее рот приоткрылся, и казалось, весь словарный запас испарился, — Что?.. Ты серьезно? О боже! — улыбаясь крикнула она, — Но кто, кто этот человек?! Анонимно... И когда состоится операция? Хорошо, завтра утром я буду. — Люси положила трубку и закрыла глаза, улыбка не сходила с ее лица. — Надеюсь, что-то хорошее? — мягкой, нежной, некой заботливой улыбкой, спросил Нацу. Люси засмотрелась на него, ведь за все месяцы работы, не видела его таким. — Да. Ты, наверное, слышал за моего отца? — Да, было немного. А что с ним? — Попал в аварию. Ехал с работы, и, другая машина летела по встречной и врезалась в него. Папу откинула на задние сиденья, а двери машины вылетели... — она резко замолчала. Люси не любила посвящать людей в свои жизненные проблемы. С раннего детства, девушка все держала в себе, таковы все Хартфилии. Только в семье, только среди родных. Да и сама Люси, придирчива к людям, если дело касается доверия. Тут, казалось бы, ничего такого, но девушка не стала продолжать, закончив на этой фразе. — Я рад, что все хорошо. — вздыхая, произнес Нацу. Он сразу понял в чем дело, он понял это с первых дней их знакомства. Эту замкнутость, не в общении, не в содействие, а в том, что бы показать себя, быть собой с другими. Драгнил разобрал в ней одноименное поведение на людях: улыбка и глаза. Это было ее оружие, ее сила, власть. Мужчины, могли сказать ей: «Да», даже если Люси не о чем не попросит. Они были похожи, похожи тем, что надевали маски, что скрывают всю свою боль, никогда не показывая ее. Обжигаясь раз, другим не доверяют — таков их общий девиз. — Думаю, мне пора. — Хартфилия молча встала, сложив посуду в раковину и провела его к двери. — Возвращайся в школу, детям не хватает тебя. — До свидания, Нацу. —  сказал девушка, когда вышел Драгнил и закрыла дверь.

***

Блондинка быстрыми шагами направлялась по коридорам больницы, а ее плащ цвета слоновой кости развивался в разные стороны. Она ускорила шаг, когда увидела, как возле палаты ее отца стоят двое мужчин, командуя другими, которые выносили вещи Джуда. — Кто вы такие? — спросила она, но тот даже не посмотрел на Люси. — Что вы тут делаете? — она спросила громче, но он и дальше продолжил командовать другими, одновременно разговаривая по ушному телефону. — Да вы кто такие, черт возьми! — крикнула Хартфилия, толкая его в плечо, от чего тот пришел в удивление. Но через минуту, возле нее оказался человек, которого Люси и вовсе не думала увидеть. — Эльза?.. — отходя чуть назад, медленно переходя с ноги на ногу, произнесла Люси. На Скарлет был одет черный свитер, клетчатая юбка и черные колготы с короткими сапогами, — Что ты, они все, делаете тут? Эльза позвала ее на улицу, дабы в спокойно обстановке все разъяснить. Девушки вышли и сели на лавочку возле больницы. — Извини… — начала первая Эльза, — Извини, что так относилась к тебе. После слов Леви, я многое переосмыслила. Я узнала, что твой отец попал в аварию. Нашла сайт, где был и номер твоей мамы, позвонила ей и она сообщила, что всю сумму вам послал анонимный человек. До этого, я хотела положить вам немало на счет. Но раз, все вышло так хорошо, я забронировала вам палату в лучшей Холькинской больницы Токио, и, твоя мама с отцом уже там. Люси тяжело выдохнула. — Эльза, я не понимаю. То ты ненавидишь меня, то так помогаешь... — настороженно сказала Люси, пытаясь осознать происходящее. — У меня есть на то свои причины. Да и не ненавидела я тебя, а относилась со всей строгостью. — Какие же причины? Эльза ответила не сразу, подперла сложенные руки в замок под подбородок, и принялась смотреть куда-то вдаль. — В моей жизни был человек, которого я безгранично любила — Стефан Драгнил — отец Нацу. Я сирота с рождения, отца никогда не знала, мать умерла при родах, вот дядя и забрал меня к себе. Он любил нас одинаково, никогда не разделял, в отличии от его жены. Да и мы с Нацу были не разлей вода в детстве. — она на секунду замолчала и выдохнув, закрыла глаза, — Он умер... — Люси заметила маленькие капли, которые стекали по ее щекам. Эльза плачет, сейчас, при ней. Девушка, вечно серьезная, не уступающая слабости и принципам — плачет. — Умер... В автокатастрофе. Его не спасли. Не хватило денег, отец тогда только начинал вести бизнес, копил нам на учебу. Но на его лечение и гроша не ушло. Он погиб на месте. Хартфилия вытерла свои слезы, девушка понимала: по сравнению с ее ситуацией, Эльза пережила ужас. Она тоже терпит все внутри, тоже, в каком-то понимании, ходит с натянутой улыбкой. Вот, что когда-то ее обожгло, как и Нацу. По этому, они стали такими. — Я не хотела, чтобы ты пережила такое. Пойми Люси, я не такая злая крыса внутри, как кажусь снаружи. Порой, жизнь делает нас такими. — вытирая слезы, сказала Скарлет и встала с лавочки. — Вот все документы, в принципе, вы уже оформлены, но на всякий случай. — Спасибо, Эльза. — Люси хотела обнять ее, но та лишь улыбнулась и направилась в противоположную сторону, и казалось, душа ее еще долго не успокоится от рассказанного.

***

— Вот, апельсины, мандарины, и… — Люси выкладывала продукты на стол, который стоял напротив кровати отца. — Как думаешь, после операции наш папа… — Лейла прикрыла рот рукой, а второй держала за руку мужа, стараясь не плакать, — Проснется? — Люси подошла к матери и обняла ее за плечи. — Все будет хорошо. Прошу, не плачь мам. Если бы не Эльза и… Человек, не имеющий имя для нас, не знаю как бы мы справились. — она присела на стул, и посмотрела в окно, за которым приближался закат, окрашивая небо в розово-фиолетовый цвет. Лучики солнца нежно освещали кожу девушки, проблескивая через стекло. — Если бы отца не стало, — начала Лейла, — Я бы перестала жить. Я бы не знала, как смогу жить дальше. Но ты наша спасительница, — она улыбнулась дочери сквозь слезы, — Ты искала выход, работала не покладая рук, тратила все деньги на капельницы и все, что могло понадобиться. Ты и отец, для меня единственная радость. — женщина снова перевела взгляд на мужа. — Я так люблю его, ни смотря ни на что. Люси не осознано вспомнила Драгнила, его глаза, улыбку, нежную, не такую, как у всех. Как он заступился за нее, как чувствовала себя Люси, когда он заступился, словно за каменной стеной. Она положила локти на подоконник, а после голову на них. Люси снова захотелось вернуться в школу, каникулы уже кончились, но она не была в школе около двух недель.

***

— Дети, тише, прошу! — смеялась Хартфилия, — Я ненадолго уходила в отпуск! Я не бросала вас! — они налетели обнимать ее, — Так, так, ну все, теперь за парты, и пишем тесты. — она стала стирать с доски слова, написанные детьми, улыбаясь. Как же она рада снова быть здесь, чувствовать эту атмосферу! Видеть улыбки детей, проверять тетради, во истину, это может любить только прирожденный учитель! — Люси! — в кабинет вошла Леви, улыбаясь, и позвала ее за дверь. Хартфилия дала указания детям и вышла к подруге. — Привет, Леви. — Это правда, насчет Эльзы? — в ее глазах Люси читала шок и радостное удивление. — Да, правда. Но, прошу, давай не об этом. МакГарден кивнула. — Так, я о чем, в общем, к нам на следующей недели приезжает проверка. Будут проверять классы, чистоту, и, собственно работу учителей. — Люси резко выдохнула и нервы заиграли, словно по струнам. — Да уж… — После этого урока, состоится совет в учительской.

***

Нацу зашел в зал, вокруг была шумиха и нецензурные фразы: все обсуждали предстоящую проверку. Драгнил рассмеялся и хлопнул папкой по столу. — Дорогие мои, ну что же вы раскричались?! — улыбаясь проговорил он, садясь за стол, сложив руки в замок. — Ты издеваешься Нацу?! — возмутился Грей, — К нам едет проверка! Драгнил изогнул бровь. — И? — от этого Фулбастер разозлился еще больше, — У нашей школы есть повод паниковать? Она одна из лучших в Токио! — развел он руками и откинулся на спинку кожаного кресла. Грей хотел что-то возразить, но Нацу не дал ему этого сделать, сменив веселое лицо серьезным. — Довольно. — Люси слегка даже испугалась, она, как и все присутствующие здесь, редко видела Драгнила серьезным или же злым, хотя, не будем забывать о недавнем случае…- Школа чистая, повара у нас отменные, детям здесь нравиться. Ну, а учительский профессионализм за вами. Совещание окончено. Все начали вставать со своих мест, бурно обсуждая всю ту же новость, как собственно сделала и Люси. Девушка вышла неспешными шагами, направляясь по коридору, который был пуст и доносилось эхо стучащих каблуков. Блондинка завернула за угол, где вытянулась длинная темно-малиновая стена, на которой висели портреты великих ученых, писателей, поэтов. Позади себя она услышала чьи-то шаги, но не обратила особого внимания. Люси прошла дальше, к такой-же стене за углом, где не доносилось эхо и не было видно ни одного человека. Резко, к этой-же стене девушку прижал очень знакомый парень, а их глаза находились на расстоянии вытянутого мизинца, и оба они тяжело дышали, то ли от волнения, то ли совсем от другого… — Нацу… Я не понимаю… — удивленно произнесла Люси, прислонясь всем своим телом к холодной стене, стараясь не касаться Драгнила, который пока что был на малом расстоянии. Нацу нечего не ответил, а лишь смотрел в шоколадные глаза девушки. Затем, аккуратно снял черную лямку майки девушки с плеча, оголяя нежную и белоснежную кожу. Люси попыталась оттолкнуть его, но сделала себе только хуже, теперь Драгнил прислонился всем телом, и Люси чувствовала его накаченное тело даже через рубашку, как напряглись его мышцы и его основная мышца, которая вдавливала ей в нижнюю часть живота. — Я не могу… — тяжело дыша от возбуждения произнес Нацу, и Люси дышала так же, — Не могу спокойно смотреть на тебя, не могу. Как бы там ни было, ты нравишься мне. Слышишь, ты слишком хорошая учительница, чтобы я тебя не замечал… — улыбаясь произнес он, целуя ее шею, которая отпахивала ему ароматной розой. — Нет, вам лучше оставить меня… — протянула девушка, отталкивая его накаченный торс хрупкими руками, — Прошу… — Драгнил усмехнулся. — Я знаю, я нравлюсь тебе. — Хартфилия пришла в возмущение, от чего тот рассмеялся еще больше. — Да ты самовлю… — хотела крикнуть блондинка, но, не успела. Драгнил жадно впился в ее губы, полные, мягкие, ангельские. Одной рукой он прижал ее осиную талию к себе, одновременно властвуя у нее во рту языком. А второй, сильно прижал оба ее запястья над головой к стене, да так, что шансы вырваться равны были нулю. Люси покраснела, но не могла не признать, что целовался он великолепно! Хартфилию бросило в жар, все тело горело, требовало больше, как и тело Нацу. Парень оторвался от ее губ, взглянул на девушку, которая тяжело дышала, закинув голову к верху, а веки ее были полузакрыты. Ее изящная шея манила его, да она вся, манила его словно сон! Он поднял ноги Люси, прислоняя девушку на весу к стене, от чего ее юбка карандаш стала намного короче, открывая вид на ее верхние части ног, которые были прекрасны, как и все тело девушки. Драгнил снова впился в ее шею, на этот раз кусая, также жадно и с некой ненасытностью. Как же долго он этого ждал! — Нацу, нас могут увидеть… — издавая стоны, произнесла она. — Уйдем же туда, где будем только мы вдвоем…