You make me wanna scream...

Тишина и лекция. Отличное сочетание. Если бы… Как же меня раздражают эти многочисленные «если бы», из которых и собирается вся жизнь. В данном случае тишина была прервана легким прикосновением к плечу. Я вынужденно посмотрел на эту смертницу, позволившую себе обратиться ко мне. Не просто обратиться, а еще чего-то потребовать. Именно потребовать — об этом говорила ее поза, тон голоса, взгляд. Ей, видимо, было не знакомо правило психологии — не говорить что-то вроде «не мог бы ты». То есть, начинать предложение с фразы-отрицания. Спросила бы она «можешь открыть окно», и мой ответ был бы другим, но если бы… Вот опять! — Не мог. — холодно ответил я, даже не делая попытки быть вежливым. Надо будет — сама откроет. И вот теперь моя ненависть начинала быть вполне обоснованной. Дождь за окном усилился, реагируя на мое раздражение данным «диалогом». Что ей вообще в голову взбрело открывать окно в октябре во время дождя? Мозг плавится, перерабатывая информацию про поведение жертв в криминогенной ситуации? Или наконец дошло, что чрезмерное употребление духов влияет на нормальное дыхание, причем всех окружающих? Хотя ладно, духами, допустим, несло не от нее, а от девушки за три стола от меня. Которая, кстати, «тихо шепталась» с подружкой, с каждой секундой рискуя своей головой. В которую я наверняка что-то брошу. Желательно, тяжелое. Нельзя просто так ненавидеть человека. Это пишут во всех учебниках психологии. Я долго пытался разобраться в причине подобного отношения к незнакомой девушке, которая за три года первый раз со мной заговорила. И пришел к выводу, что «подобное притягивается к подобному», но не факт, что это будет с положительной оценкой. То есть она настолько похожа на меня характером, что мне ненавистно смотреть на «себя» со стороны. Именно это вызывает ненависть почти до рычания. — Мистер Виллард, мисс Стоун, выйдите к доске. И мистер Виллард, снимите капюшон, в очередной раз я вам это говорю. На занятиях запрещено сидеть с покрытой головой. Я переключился на миссис Эндорс, оценивая ее прищуренными глазами. Она забыла, как в прошлом году я оставил ее в дураках, просто ответив на поставленный вопрос? Когда человек, имеющий докторскую по психологии, не нашлась, что мне ответить? Да еще не сумев-таки обвинить в хамстве? Я молча поднялся с места, каким-то шестым чувством догадываясь, кто такая мисс Стоун. Та выскочка, что сидит рядом. — Миссис Эндорс, я вам в очередной раз говорю, что я имею полное право сидеть в капюшоне на занятиях, так как капюшон — не головной убор, а часть одежды. Следовательно, если вам не нравится моя одежда, вы заставляете меня раздеться. А это противоречит уставу университета и Декларации независимости. — я не мог сдержаться, отвечая новыми аргументами. Кажется, в прошлый раз я сообщил, что ношение капюшона выражает о моей политической готовности в любой момент идти под знамена любимой страны. Как-то так, но она не нашлась, что ответить, чтобы не выглядеть некомпетентной. Женщина поджала губы, ей точно не понравился мой ответ, но опять-таки, ответить ничего не могла. Поэтому просто дождалась, пока мы с этой как-ее-там-открой-окно выйдем к доске. Твердо стоя на ногах, я сложил руки на груди, приподнимая бровь, молча ожидая объяснений, с какой стати меня выдернули с места. Да еще перед двумя потоками. Я не боялся публичных выступлений, я просто презирал собравшихся сейчас здесь. И, думаю, это было ощутимо. — Так как мы разбираем психологическое поведение жертвы, то сейчас разберем на примере. Мисс Стоун, для начала вы будете пассивной жертвой. Я не мигая смотрел на профессора, моментально просчитывая варианты собственной роли в этом фарсе. Пассивная жертва — обычное поведение человека, который оказался не в том месте, не в том времени, и в критической ситуации. Классический жанр — девушка ночью на улице без сопровождения. — Мистер Виллард будет вашим напарником. Мы посмотрим, что нужно делать, чтобы переломить ход ситуации и избежать криминогенного исхода, такого как ограбление, изнасилование или убийства. Я проглотил ругательства, рвущиеся с языка, продолжая смотреть на преподавательницу с вниманием питона, обнаружившего мышку в собственном террариуме. — Вы предлагаете мне напасть на нее? — почти вежливо уточнил я, самим вопросом задавая другой: «вы в своем уме?». — Не напасть, а сымитировать ситуацию. — поправила миссис Эндорс меня и очки на носу. — А она следующая. Мисс Стоун, вы оказались ночью на улице в явно неблагополучном районе. Ваш телефон сел, а такси уехало. Ваши действия, если вы ощущаете, что вас преследуют? Вы преследуете, мистер Виллард. — Я понял, спасибо. — огрызнулся я, поворачиваясь к этой мисс Стоун и пронизывая ее таким ненавидящим взглядом, что, будь она в реальной описанной ситуации, ей бы стоило бежать не оглядываясь. Потому что дело не пахло изнасилованием. Я хотел ее убить. И, надеюсь, она смогла это прочитать во взгляде. — Мы сейчас не говорим о действительных физических контактах с нападающим. Только психологическая сторона вопроса. Отлично, меня бить не будут, она не имеет права оказать сопротивление. То есть, ей тупо надо сказать, что-то вроде «я бы успокоилась, следила за шагом, изобразила звонок телефона и зашла в ближайший магазин, где есть люди».