Дитя Индиго II TOP SECRET

Я просыпалась, чувствуя остаточную радиацию и что-то ещё, что свойственно медицинским обследованиям. Голова плохо соображала первые минуты. Я просто смотрела в серый потолок над головой, пока не стала ощущать себя целым живым организмом. И пока была возможность исследовать то общество, в которое попала, я решила мысленно покинуть тело и «слетать» на разведку, но тут же столкнулась с полем, которое отшвырнуло меня назад. Это заставило меня усилить собственную защиту, напрячься и заставить себя подняться на постели. Я поднялась с кровати, сделав пару шагов по направлению к двери, но поняла, что не смогу дойти, возвращаясь и тяжело опускаясь на кровать обратно. На моё состояние повлиял тот наркотик, которым меня решили усыпить. Вся комната была куполообразной. Стены были сделаны из какого-то сплава и выкрашены в серые тона. — Это так вы встречаете гостей, люди Земли? — крикнула я в никуда. Жжение в желудке согнуло меня пополам. Почти сразу дверь отворилась, и в комнату вошёл мужчина средних лет, невысокого роста, с залысинами и в чёрном деловом костюме. Представительный землянин, только было в нём что-то неуловимое. Манера держаться или то, как он вошёл в комнату: босс? — Наркотик действует на всех по-разному, приношу извинения за неудобства, — сказал мужчина, но в его голосе не было тепла. Для него я была очередным объектом для изучения. Зато я читала его мысли, они — это всё, что было сейчас мне доступно. Мужчина подошёл ко мне ближе, присел на единственный стул, стоящий рядом с кроватью. Я подняла голову, глядя на парламентёра, пытаясь понять, с миром он ко мне пришёл или с войной. — Нашли что искали? — задала я вопрос первой, глядя прямо в его глаза серо-зелёного оттенка. Мужчина не отвёл своего взгляда в сторону, только сделал вид, будто не понимает, о чём я спрашиваю. А в его голове было пусто. Он будто знал, что я умею читать мысли. — Не понимаю. — Всё вы понимаете. Просканировали меня, взяли кровь, потыкали иголками. Думаете, я наивная и первый год живу на свете? Я часто обжигалась на лживом приветствии военных, которым я интересна, как объект для изучения. Но меня вы не спросили. Я решила, что не буду туманить его разум. Пусть раскроет карты. Какой прок от послушного болванчика, если не известен замысел других. — Ты юная, а взгляд твой взрослого и опытного…, — он подбирал слова, но нашёл одно, — … воина. — Воительницы… но, я миротворец. Я причиню боль, если почувствую опасность. Вы меня понимаете? — нет, я не пугала. Я просто констатировала факты. Пусть знает. С другого конца пошли разговоры. Так всегда бывает, когда я встречаюсь с военными и правительственными структурами во времена, когда люди не достигли своего пика развития. Всё новое — пугает. Это у них такая защита — напасть, убить, выпотрошить. — Я тебя понимаю. Ани. Мы в молчании смотрели друг на друга. Наконец, мой тюремщик соизволил обратить на меня более детальное внимание. Его взгляд сместился на мои руки, покоящиеся на области желудка. — Надеюсь, этот дискомфорт не по нашей вине? — спросил он. — Я тоже на это надеюсь. — он дёрнул бровью, я продолжила всё с той же прохладной интонацией в голосе: — Но если вы хотели меня отравить, боюсь, у вас ничего не получится. — Я говорил, что снотворное…, — его бравада сошла на «нет» и я, вдруг, услышала в его фразе нотки сочувствия, когда мужчина решил оправдываться в содеянном деле. — Просто принесите мне воды и закроем эту тему. Он поднялся со стула, отдёрнув на себе борт пиджака, учтиво глядя на меня. — Со льдом или с… — Обычная питьевая, спасибо, — ответила сухо, но у дверей его окликнула и дополнила просьбу: — Два стакана. А лучше литр. Мужчина кивнул, вышел и пропал на пару минут. Я уже было решила, что не видать мне воды, как дверь снова отворилась, но на сей раз в комнату вошёл мужчина моложе первого, в чёрной футболке и штанах, вроде не особо представительный, но от него-то веяло опасностью. Сама поступь, взгляд. Передо мной был военный, и не просто любитель пострелять, а опытный солдат, снайпер. — Застрелите меня? — иронизировала его появление. Он показал мне бутылку из пластика, свинчивая крышку, пока направлялся ко мне. «Смешная» — услышала его мысленную реплику. — Давайте так. — Я отняла его бутылку, когда он решил вылить содержимое в стакан, стоящий на столике у кровати. Я присосалась к горлышку, жадно глотая воду, совсем как рейф, который поглощал силу своей добычи. И пока я не допила до дна, бутылку не выпустила, возвращая после пустую тару мужчине. Он шутливо заглянул в горлышко, будто проверяя, нет ли там остатков воды, и отставил тару на пол. — Простите, вам не оставила, — кивнула я на упаковку и распрямилась, запрокидывая голову назад. — Ничего, я уже пил. А есть барышня, вы что будете? — Я не ем, спасибо, — отозвалась я, похрустев позвонками шеи и возвращая голову в нормальное положение, пересекаясь с внимательно-изучающим меня взглядом молодого самца. О, да, но только опасного хищника, готового вонзить зубы в твоё горло. Мне не хватало этого чувства пикантной остроты в этом мире примитивных технологий. Я протянула руку, ожидая его ответного рукопожатия. — Ани, — представилась я. — Чейз… — Врёте. Вас зовут иначе, — блеснула я улыбкой. — Читаешь мысли? — прищурил он глаз. — Нет, у вас дёрнулась мышца на лице. Плохой из вас врун. Но не бойтесь. Я никому не расскажу. — А кто такой… Гид? — мужчина улыбнулся в ответ. Я выдернула руку из его пальцев, едва скрывая волну негодования и боли, отвела взгляд, отсела подальше. — Прости, это что-то для тебя болезненное…, — землянин вздохнул, — Ты повторяла это имя несколько раз. Я думал… — Не думай. — Резко ответила я, сглотнув ком в горле и уже отвечая мягче: — Это в прошлом. Молчание обоих затянулось. Мужчина поднялся со своего места. Я поднялась с кровати, шагнув к человеку, обняла его, прильнув к груди. — Обними меня, просто обними, — шепнула я, когда волна паники объяла его сознание, — Обними меня, пожалуйста. Я не требовала, не принуждала, но моё тело дрожало. Эти привязанности. Я никогда их не знала, а сейчас страдала от разлуки, чувствуя себя одинокой. Все чувства и мысли возвращались к Гиду. «Боже, что с ней не так…, — вырвалось у него в мыслях, но руки меня сжали крепко в объятиях, — Как это вообще со стороны...? Карсон меня убьёт. Не дрожи так, девочка… Что за странные мысли…». Мужчина путался в своих же мыслях, но рук не разжимал, лишь поцеловал меня в макушку, как делал это Гид. «Малыш… что ж ты есть… а, плевать, что остальным до этого?» — Прости…, — я мягко отстранилась. А ведь я не принуждала человека к этому, не опьяняла феромонами, не туманила разум, просто попросила, и он исполнил мою просьбу. — Ничего страшного. Так, на чём мы? — мужчина усадил меня на кровать, а сам сел рядом, — Да. Мне протянули руку. Я взглянула в его карие глаза, в которых сейчас было больше тепла, чем когда он сюда впервые вошёл. — Грант. — Ани, — моя ладонь потонула в его руке. Он её пожал и улыбнулся. — Надолго в наших краях? — Пока не заберут… — Перебои в расписании? — он вёл игру сам, я лишь ловила его логики смысл и кивала на шутливые замечания. — Так всегда бывает. Я привыкла. «Чёрт, меня к ней тянет» — услышала его мысли, но сделала вид, что не в курсе, о чём он там думает. Я знаю, что это не нравится людям, тем более, военным.