Дитя Индиго II TOP SECRET

      Проблемы потянулись одна за другой: Ани не умела ладить с крыльями, для неё они были чужеродными отростками; в душевую кабину поместиться было невозможно; верхняя одежда разрывалась на лоскуты, стоило ей начать работать крыльями. Она снова впадала в истерику и начинала вокруг себя всё крушить. Воспитанием юной валькирии занимались асгардцы, но у них это выходило плохо.       Ани смыла с себя кровь в большой воде, разрушив на своём пути всё, до чего дотянулись её крылья, но по возвращении снова себя изранила и заперлась в своей комнате.       Брок некоторое время не вмешивался. Наблюдал с тоской за представлением, пока его терпение не лопнуло. Но хватать кого-либо и макать носом в ошибки он не стал. Сказал Тору, что за день он сможет обучить Ани летать. Асгардец только посмеялся.       — Ну, попробуй, — уступил он ему и глянул на Локи. — Спорим, она его укатает первой?       — А я бы поставила на Брока, — неожиданно сказала Наташа, глянув на Тора.       — Делаем ставки! — оживился Брюс. — Сотня за то, что он спасует.       — Я ставлю на Брока, — неожиданно сказал Стив, вынимая стодолларовую бумажку и разглаживая её, протянул Брюсу.       — Стив? — Бартон глянул на него удивлённо, попутно вынимая стодолларовую из кармана и протягивая её Брюсу. — Ставлю против него.       — На Брока, — Наташа протянула деньги Брюсу. Тот взял их и сложил к остальной пачке. Потянулись желающие сделать ставку. Грант только хмыкнул, ставя на командира. Он точно знал, что он не только справится с задачей, но и ещё больше расположит девушку к себе.       Рамлоу постучался в комнату.       — Уходи! — крикнула она ему сердито.       — Малышка, открой, я к тебе с предложением.       Он снова стучит. В ответ тишина.       — Ну же, Ангел? Когда я тебя обманывал?       Дверь поехала в сторону. Перед глазами промелькнуло часть крыла, и Брок отметил, что малышка научилась открывать дверь, не прибегая к рукам — крылом. Уже что-то. Ани выглядела взъерошенной, глядя на мужчину исподлобья. На стенах следы от крыльев, как от когтей. Она сидит у изголовья кровати, прижав к груди коленки, обхватив их руками, а крылья в это время подрагивают, как у кота хвост, когда тот злится. К тому же она их изранила. Наверняка ей больно, но Ани слишком измотана и испугана, чтобы реагировать на это.       Брок вошёл, закрывая за собой дверь и медленно, показывая, что с добрыми намерениями, подошел к ней и присел на кровать. Он взял край пледа и накинул на её плечи. Она прятала от него обнажённую грудь, оставаясь при этом в шортах. По её глазам он понял, что Ани немного расслабилась. Прерывисто и быстро вздохнула. Глаза были красными от слёз.       — Ангел, — обратился он к ней. Её взгляд прояснился. — Крылья теперь часть тебя, с этим ничего не поделаешь. Но знаешь, я могу научить тебя ими пользоваться.       — Как? — спросила она дрожащим голосом.       — У каждого оружия есть инструкция. Для начала тебе надо научиться держать оружие в руках, образно выражаясь. Ты держала в руках настоящее оружие? — он говорил с ней спокойным тоном. Ани кивнула.       — Стрелять из него получилось сразу? — задал он наводящий вопрос.       — Нет.       — Ты училась, — сказал он, — Постепенно, понимая принцип работы оружия.       Она снова кивнула.       — Теперь, ты научишься управлять крыльями с самых азов. Научишься сначала чувствовать их и складывать. Да?       Она смотрела на него напряжённо.       — А чтобы тебе было комфортнее, я принёс тебе это, — он показал ей свою арафатку, которой прежде закрывал лицо в рейдах. Теперь она пригодилась для других нужд. — Сделаем тебе топ, который не будет стеснять твои крылья. Придвинься ближе ко мне.       Она медлила.       — Я закрою глаза, ты прикроешься ею, и я сделаю всё остальное, — сказал он с улыбкой. Девушка хмурилась и всё же неуверенно кивнула.       Он так и поступил, протянув ей арафатку и закрыл глаза. Ани быстро скинула со своих плеч плед и выдернула у него из рук платок, прикрывая ею грудь. Брок открыл глаза и глянул на это взъерошенное чудо. Протянул руку, и Ани отпрянула от него назад. Брок сделал примирительный жест.       — Малышка, не бойся меня.       Он медленно придвинулся ближе и взял за края платка. Быстро и с толком он перекинул концы вокруг её плеч, на подобии лямок и снова вокруг груди, делая узел сбоку.       — Не туго? — спросил он.       Ани отрицательно качнула головой.       — Идём. Нам нужно открытое пространство. Заодно смоем с тебя кровь.       — Крылья…? — испугалась она.       — Пока пусть волочатся. Не думай о них. Сосредоточься на указательном пальце правой руки, пока я тебя обуваю.       Он взял её за кисть руки и поднёс к её лицу, выделил указательный палец, сложив остальные пальчики в кулачок.       — Думай только об указательном пальце и ни о чём больше. Поняла меня?       Ани кивнула. Её крылья перестали подрагивать.       Брок обул её, шнуруя ботинки и пряча шнурки внутрь.       — Продолжай думать о пальце, — сказал он и взял Ани за руку и помог сойти с кровати, подвёл к выходу и открыл дверь. — Ни на что не отвлекаешься, думаешь только о пальце. Идём.       Попутно подхватил полотенце, висящее на отогнувшемся листе обшивки стены, покрывающим всю спальню тонким металлом, напоминающем алюминий и повёл девушку через зал, наблюдая за удивлёнными вытянувшимися лицами мстителей и сослуживцев. Кажется, народ делал ставки.       — Нам здесь тесно, — сказал Брок. — Но зрители нам не нужны. Увидимся часов через пять, как закончим.       Они шли коридором, к выходу, где ранее десантировались. Ани вскрывала замки, а Брок напоминал ей, обращая её внимание на палец. Без приключений они вышли на открытое пространство. Снаружи было прохладно. Лёгкий ветерок гонял рябь по водной глади.       — Не холодно? — спросил её Брок, подводя к краю пирса.       — Нет, — ответила она, отпуская руку.       Брок присел, смочив полотенце в воде и отжал его.       — Всё внимание на палец, а я пока с тебя сотру кровь, малышка.       И он быстро, но бережно убрал следы на её лице, шее, руках, ногах, словом, прошел им по всем открытым участкам тела и посмотрел на крылья, решив пока их не касаться. Повесил полотенце на невысокие перила и посмотрел на девушку.       — Так, давай с азов, — он поставил Ани прямо перед собой, на расстоянии вытянутой руки. — Сначала научишься чувствовать крылья как отельную часть тела. Сосредоточься на них. Медленно раскрой их.       Ани же слишком резко раскрыла их, создавая волну воздуха, снова пугаясь, едва не падая от силы ветра, создаваемого ими.       — Ой-йоу! Что я сказал? Медленно, — он ухватил Ани за руку и отделил указательный палец от пальцев, поднимая его на уровень её глаз. — Переведи внимание на него. Дыши ровно. Думай только о пальце.       Её крылья тут же безвольно опали. Она смотрела на свой палец. Шум океана стихает.       Рамлоу медленно обошёл девушку и встал позади неё — самое опасное занятие и он понимал, что с её лёгкого посыла вполне может улететь в воду. Но без понимания работы оружия обучение стрельбе из него не возымеет успеха.       Брок мягко прикоснулся ладонью меж её крыльев, к спине. Они дрогнули.       — Смотри на свой палец и описывай мне свои ощущения от моего прикосновения. Договорились? О крыльях забудь. Палец — прикосновения. Поняла задачу? — сказал он.       — Да.       — Описывай ощущения от прикосновений, — повторил он задачу.       — Приятно.       — Не останавливайся, говори.       Брок собрал её пряди волос и сдвинул их вперёд, оголяя спину. Он невесомо гладил её меж крыльев, расслабляя, чувствуя лёгкую дрожь и мурашками покрывающуюся её кожу, отзывающуюся на его прикосновения. Вторая рука синхронно поглаживала её плечи, на границе с лёгким пушком оперенья крыльев, шелковистыми на ощупь. Крылья всё это время оставались в покое. Он оглаживал её спину, получая сбитые объяснения: «приятно», «щекотно», «мурашки», «тепло», а потом пошли описания, которых и добивался Брок от неё, оглаживая спину и расслабляя девушку — «спокойно», «доверие».       — Теперь полностью доверься мне, продолжая думать о моих прикосновениях к тебе, закрой глаза и не думай ни о чём. Двигайся вместе со мной.       Он смог дотронуться до её грозного оружия, а с виду белого и шелковистого. Он огладил всю длину крыла по кости: от предплечья до кисти и первостепенных маховых перьев, раскрывая сначала одно крыло, затем второе, гладя его ладонью по перьям. Его руки обняли бережно её за талию и Брок отклонил Ани назад, удерживая на себе. Он заглянул в её лицо, когда отклонил её максимально назад и положил на свою руку. Её глаза были закрыты. Крылья при этом были в покое. Она продолжала говорить об ощущениях и очень медленно Брок приучал её к своему присутствию, снимая её оборону слой за слоем. Покачал её на руке и вернул в положение стоя. Снова провёл руками по её крыльям, и они сложились.       — Запомни это ощущение, малышка, — сказал он и обошел её спереди. Обнял руками её лицо, огладил ладонями её плечи, скользнул по предплечью бархатистой кожи рук и обнял её маленькие ладошки.       — Открой глаза, малышка.       Он видел её смятение. На щеках румянец. Крылья оставались в покое и сложенные.       — А теперь очень медленно раскрываешь крылья и складываешь их. Ощущаешь каждое пёрышко, слушаешь их шорох, вспоминай мои прикосновения к ним. Начинай. Можешь закрыть глаза. Я держу тебя за руки, я рядом.       Ани закрыла глаза и её крылья дрогнули и очень медленно стали раскрываться, на всю длину. У Брока на миг перехватило дыхание от невероятной красоты, когда она полностью их раскрыла. Ему показалось, что от них шло некое сияние, как на той базе.       — Очень хорошо, малышка, очень хорошо, — похвалил он её. — А теперь сложи их за своей спиной так же медленно, очень медленно.       Ани поймала себя на том, что ей хорошо в присутствии этого человека, что его голос трогает её сознание, что она хочет проводить в его присутствии больше времени. От него веяло опасностью, он был агентом Гидры, но ей было в его обществе хорошо.       Она несколько раз по его просьбе открывала и складывала крылья, пока не выработала навык, теперь делая это чуть быстрее, но при этом не взмахивая ими.       — Умница, малышка, — похвалил он рыжую, при этом не отпуская её рук. — Ты поняла, как обращаться с оружием, подержала его в руках, образно выражаясь.       Ани кивнула. По её виду Брок увидел, что она спокойна, уверена и всецело ему доверяет. Этого он и добивался.       — Хорошо. Теперь пристреляемся по близкой мишени, — усложняет он задачу. — Но делаешь всё так же медленно. Это правило первого дня. Никаких резких взмахов.       — Хорошо.       — Тебе нужно понять принцип подъёмной силы своего крыла. Видела когда-нибудь в замедленной съёмке, как взлетают птицы? — спросил он её.       — Нет.       Он кивает и начинает снова приводить аналогии с понятными вещами.       — Чтобы взлететь, оторваться от земли, нужно преодолеть две силы: гравитацию и сопротивление воздуха. Понимаешь это? — начал он с теории.       — Да.       — Чтобы научиться стрелять, не нужно знать досконально, из каких материалов изготовлено оружие, но нужно знать, как оно устроено, из каких деталей состоит, как собирается, сколько вмещает снарядов в обойме, чтобы понимать, как вылетает пуля из ствола, с какой силой отдача. Понимаешь меня?       — Да.       — Твоё крыло — сложный инструмент, способное двигаться как закрылки самолёта, вот так, — и он показывает на примере своей руки, поворачивая запястье вместе с рукой, словно зачерпывая воды. — Понимаешь, да?       Она кивает.       — Сейчас ты ими поработаешь. Крыльями. Без взмахов, только поворачивая, потренируешься, почувствуешь мышцы в теле крыла.       Ани кивает и медленно открывает крылья. Теперь она это может.       — Поворачивай ими, можешь помочь себе руками. Это называется мышечная память. То, что умеют руки, передастся крыльям. Попробуй.       Брок разводит свои руки в стороны и точно так же поступает Ани. Её крылья медленно начинают поворачиваться.       — Почувствуй каждую мышцу в своих крыльях, — говорит ей Брок и даёт ей задачи, которые она повторяет, руками и крыльями, действуя медленно, синхронно с руками.       За всем этим с мониторов наблюдают все, кто в зале управления.       — Что он делает? — удивляется Стив.       — Показывает принцип работы крыла, — отвечает ему Брюс.       — А что там уметь? — фыркает Тор. — Взмахнул и полетел.       — Это ты так думаешь, — хмыкает Локи. — Помнишь, как Мьёльнир не подчинялся тебе, пока ты не научился слышать его зов?       — И из-за кого я перестал его слышать, не напомнишь? — бросает на него хмурый взгляд Тор.       — Да тихо вы! — шикает на них Наташа. — Смотрите, она взлетает! Давай, Ани!! Мы в тебя верим!!       — Хорошо, малышка, хорошо! — улыбается Брок, видя, что она старается, — Опускайся. Она опускается на ноги и упирается руками в колени, тяжело и часто дышит.       — Отдохни и попробуем ещё, — говорит он и ждёт, когда Ани отойдёт от пробного полёта, где Брок поставил ей задачу медленно расправить крылья, взмахнуть ими, оторваться над пирсом не выше метра, затем продержаться в воздухе пять секунд и опуститься на ноги.       Она проделала это, но с непривычки едва не упала, однако поймала равновесие, что отняло её силы.       Ани готова. Она даже пытается подпрыгнуть и механизм разлаживается. Она падает на спину. Крылья её перевешивают.       — Нет-нет, — улыбается Брок и подходит к ней, протягивая руку и поднимая её. — Прыгать не надо. Это другой механизм. В первый день только на метр и пятисекундная задержка. Меня слушай.       — Хорошо, — кивает она и с готовностью принимает это требование.       — Попробуем ещё раз, — говорит Брок и отпускает её ладошку, отходит на три шага назад. — Медленно. Всё внимание на крылья. Помогаешь себе руками. Не ногами. Давай.       Она проделывает цепочку задач и отрывается на метр над жестяным покрытием пирса. Пять секунд и опускается на ноги. На сей раз устойчиво.       — Получилось! Получилось! — скачет она на месте, словно ребёнок.       «Ты и есть ребёнок» — улыбается про себя Брок и приобнимает Ани за плечи. Теперь она заблаговременно складывает крылья за спиной и не волочит их по земле.       — На сегодня хватит. Завтра будем укреплять руки и мышцы грудной клетки, чтобы тебе было легче взлетать.       Брок забирает с собой полотенце, снимая его с перилл и приобнимая девушку за плечи, идёт с ней назад.       Едва они заходят в зал, на них обрушиваются аплодисменты со всех сторон.       — Молодец, Ани! — мстители проявляют много радости, облепляют её со всех сторон и поздравляют.       — Вы её сильно не жмякайте, — похихикивает Брок, наблюдая за ними и пересекается взглядом с Грантом. Он подзывает его, а сам разогревает себе сразу две банки с говядиной в кубе и пока одну вскрывает, перекидывается с подчинённым парой слов.       — Тебе нужно её искупать. На крыльях осталась кровь. Я не стал смывать это вначале, а сейчас в тёплом душе сделаешь это ты. Найди способ.       Гринт кивает и бросает короткое «мы готовы».       — Решим позже. Сейчас задача поставить малышку на крыло. Она делает успехи, да? — он успевает сделать шаг в сторону, когда к ним сзади подбегает Ани и вклинивается между агентами Гидры, повисает у обоих на плечах. Грант приобнимает девушку за талию и целует её в висок.       — Я летала! — Ани в восторженных чувствах.       — Пока только зависала, — смотрит на неё Брок и тюкает пальцем в нос, — Завтра полетаем. А сегодня отбой.       — Хорошо, — кивает она и обнимает его за предплечье, прижимаясь к нему головой.       — Ну, иди, малышка. Тебе надо подкрепиться и смыть с крыльев эти разводы, да? — смотрит на неё. Она кивает. Отлипает от него и Брок просачивается мимо мстителей, к креслам, присаживаясь на одно из них. Ставит одну банку на рабочую консоль, а вторую медленно поедает.       Перед ним вырастает Брюс.       — Мы тут… делали ставки на тебя… — он протягивает Броку стопку купюр.       — Правда? — Рамлоу втыкает вилку в банку и отставляет её, забирая из рук мстителя деньги, считает их и по бумажкам понимает, что большинство голосовало против. — Ладно.       Он убирает деньги себе в карман штанов и берёт банку в руки, ковыряясь вилкой банке. Брюс поджимает губы и отходит. Брок ему не нравится. Агент Гидры. Что он вообще делает в их обществе? Он явно что-то задумал. Все они. Их пятнадцать человек и держатся они друг друга, прохладно общаясь с остальными. Брюс знает, что агентам Гидры доверять нельзя. Это знают все, но никто из мстителей ничего с этим не делает. А теперь двое из них добились расположения Ани. Это нехорошо. Брюс уходит и кидает взгляд на Бартона. Тот сидит в кресле и делает вид, что изучает надписи на кнопках. Но точно знает, что наблюдает за врагом.       — А я ставила на тебя, — присаживается на ручку кресла Наташа и смотрит на Рамлоу.       — Правда? — улыбается он и слегка съезжает в кресле. Наташа перетекает к нему на колени, и они целуются на глазах у многих.       Ида отводит взгляд и пересекается взглядом с Гаем. Против воли её тело реагирует на этого парня. Она хорошо помнит, как Гай в одном из изломов трубы подтолкнул её сзади и дольше обычного задержал свою руку, не встречая её сопротивления. А ещё она помнит, как она против воли поддалась назад и он, пока они там отдыхали в трубе, даже как-то изловчился и доставил ей немыслимое удовольствие, отчего она ещё долго собирала звёзды и пыталась сдержать стон, пока продвигалась по трубе. Всё это время она боялась взглядов осуждения от коллег, но сейчас, глядя на то, как Романофф целуется с агентом Гидры, на неё накатила волна желания. Она посмотрела на Гая, и он кивнул ей в сторону спальни. Друг за другом эти двое тенью покинули зал.