Фильм двенадцатый: "Компромат"
4 июля 2016 г., 10:24
Примечания:
Кто тут хотел Англию? Получите, распишитесь. Мой отпуск надолго не затянулся, верно? Кстати, может напишите, какой пейринг хотите в следующей главе? Просто мне в голову ничего не идёт.
- Я не понимаю, к чему вы ведете этот разговор, мистер Брагинский, - отхлебнул чая молодой зеленоглазый парень.
Мужчина напротив лишь тонко улыбнулся и сказал:
- К тому, мистер Керкленд, что пора пойти на уступки. Ваша фирма начинает сдавать, единственный выход - объединиться с нашей. Но вы вдруг включили гордеца. Вы ведете себя так, словно это наша фирма на грани банкротства и именно нам нужна ваша помощь. Да и требования у вас такие, будто вы мне, как минимум, жизнь спасли.
- Не понимаю, о чем вы, - дыхание блондина чуть сбилось, зелёные глаза слегка затуманились. - Я ж-же пред-длагаю в-вам вполне выполнимые д-для вас ус-словия...
- Условия, с которых в плюсе будете только вы, - хмыкнул Брагинский, вставая с кресла и подходя к парню. - Именно поэтому я решил сбить с вас спесь, мистер Керкленд. Хотя, вы же не против, если я буду называть вас на "ты" и по имени, верно, Артур? И зачем я это спросил? В таком состоянии вы и на кличку "течная сучка" согласитесь.
- Ч-что вы со мной сделали? - дрожащим голосом спросил Артур. Галстук жутко давил, всё тело взмокло, а в паху появилось тяжёлое возбуждение.
- Попросить секретаршу подмешать вам в чай виагру - плевое дело, - был ему короткий ответ. - А теперь, - мужчина начал развязывать на Керкленде галстук, - устроим фотосессию!
Развязав галстук, Брагинский наполовину расстегнул его рубашку и приспустил штаны. Затем, взяв ослабевшую ладонь Артура в свою руку, засунул её под ткань брюк.
- Дрочим, мистер Керкленд? - издевательски улыбаясь, спросил мужчина, фотографируя получившуюся композицию на телефон. - А вам не кажется, что на вас многовато одежды?
Афродизиак был мощным и с длинным сроком действия. Сил шевелиться не было ни капли. Зато стояк был каменным, а тело стало очень чувствительным.
Брагинский не спеша раздел Артура до гола, специально касаясь то стояка, то чувствительных сейчас внутренних сторон бёдер. В ответ на это парень лишь стонал и пытался податься навстречу. Мужчина, подняв ноги Керкленда вверх, положил их на подлокотники кресла.
- Шикарный вид, - потянул мужчина, делая ещё одну фотографию, - малыш, ты отличная модель. Теперь поработай ротиком.
Мужчина, улыбаясь, расстегнул свои брюки.
Резко схватив Керкленда за волосы на затылке, Брагинский наполовину вогнал своё достоинство в его рот. Послышался ещё один щелчок камеры на телефоне.
- Уж постарайся, детка, - потянул Брагинский, начиная двигаться. Нежностей не было, мужчина вбивался в полную силу и быстро, заставляя давиться и захлебываться Артура собственной слюной.
Мужчина не кончал довольно долго. Примерно минут десять дикого вдалбливания и тёплая сперма залила лицо и язык парня.
Ещё один щелчок камеры.
- Какие фотографии получатся, любо дорого глядеть будет, - чуть сбитым от тяжёлого дыхания голосом сказал Брагинский.
Сбросив Артура с кресла, Брагинский поставил его на четвереньки и развернул к себе спиной.
- Шикарная задница, Кёркленд! - сильный шлепок по ягодице и ещё один щелчок камеры.
Артур почувствовал, что Брагинский куда-то отошёл, но вскоре он вернулся, рвя на ходу что-то, наверное, презерватив. Затем послышался звук откупоривания.
- Как бы мне не хотелось взять тебя без смазки, но тут постелен мой любимый ковёр и кровь на нём мне не нужна.
Ануса коснулись и тут же вошли два скользких от смазки пальца, начавшие трахать парня. Именно трахать, а не растягивать, эти движения аккуратной подготовкой нельзя было назвать даже с натяжкой.
- Думаю, тебе хватит, - сказал Брагинский, вытаскивая пальцы и резко входя до основания.
У Артура вышел весь воздух из лёгких, на глазах навернулись слёзы, и так сильно трясущиеся руки окончательно ослабели и разъехались в стороны. Парень упал на грудь. Его руки перехватили и завели за спину, удерживая.
И началась скачка. Брагинский вбивался быстро и сильно, не жалея, а наоборот, старался причинить больше боли.
- Узкий, - довольно порыкивая, произнёс он, - так ты девственник, лапочка?
И снова игриво шлепнул Артура.
Ещё несколько сильных толчков и внутри Артура разлилась горячая сперма Брагинского.
Выйдя, он сделал последнюю фотографию.
- А вот теперь, мистер Керкленд, - снова официальный тон, - думаю, мы сможем договориться.
***
- Сволочь! Гад! Скотина! - в такт каждому слову слышался глухой удар. - Ублюдок! Тварь! Идио-о-отина-а-а!!! На последнем слове Англия рухнул лицом в подушку, которую ещё минуту назад самозабвенно лупил, и заревел. Стоящий за дверью комнаты отдыха Россия попытался успокоить его уже в шестой раз: - Англия, не будь истеричкой, успокойся. Я не самое худшее, что могло с тобой случится. - Да?! А что тогда самое худшее?! - иронично с нотками истерики отозвались из-за двери. - Ты мог угодить в лапы Франции или Америки, вот что! - отрезал Иван, отходя от двери. - Ну как, успокоился? - спросила зашедшего в "гостиную" Россию Монако. - А хрен его знает, - пожал плечами тот. - Я сказал ему один убойный аргумент и ушёл. - Будем надеяться, что он перестанет реветь, а то у всех заболят головы.
