Студия "Пламенный поцелуй"

- ЧТО ЗА...?!?!?! Эта студия почти никогда не бывает настолько тихой, что не слышно хотя бы одного возмущенного вопля. На этот раз кричал Америка. Точнее уже не кричал, а несся по коридору к комнате сценариста с праведным гневом и злым оскалом на всю морду. Шедший навстречу Шотландия молниеносно отскочил с пути и перекрестился ему вслед. Америка, прибежав, постучался в дверь. Ну, как постучался. Грохот кулака об дверь слышал весь этаж. Хорошо, что дверь железная. - Монако, открывай! Разобраться надо! Дверь открылась. Правда за ней стояла не Монако, а Россия. - Ну, чего разорался? - спросил он у разом струхнувшего Америки, обперевшись о косяк. - Монако сказала, что не будет перекраивать сценарий, так как Канада согласился. И твои возмущения её не волнуют. До свидания. И захлопнул дверь. Америка остался стоять столбом. То есть, как это, согласился? - Да, я согласился, - прозвучал голос сзади. Америка, резко обернувшись, увидел на редкость решительного Канаду. - Мэтт, как ты мог?! - в шоке спросил Америка. - Просто Монако так старалась, - опустил глаза Мэттью. - Всю ночь не спала. И... переделывать то, над чем она так трудилась... Прости. - Ничего, - положил Джонс руку на плечо брата. - Пойдём, тебе готовиться надо.

***

- Мэтт, чего плачешь? - парень обнял со спины плачущего юношу. - Альфред, - обернулся тот к нему, - скажи, ты любишь меня? - Мэтт, что за глупость? - широко улыбнулся Альфред. - Конечно люблю! - Ты не понял, не как брата, а... - Мэттью отвёл взгляд. - А как того, с кем бы хотел встречаться. - Мэтт, что за вопросы? - Альфред нахмурился и положил ладонь ко лбу брата. - Вроде не горячий. - Это не бред! - юноша отошёл. - Я серьёзно! - Я не понимаю тебя, - Альфред испытующе посмотрел на брата. Тот же, глубоко вдохнув, зажмурился и громко сказал: - Альфред, я люблю тебя! Не как брата. Открыв глаза, Мэтт увидел явно шокированного этой новостью брата. Он стоял с широко раскрытыми в неверии глазами. - Так и знал, - горько усмехнулся Мэттью. - Прости, просто давай забудем этот разговор, хорошо? - Да чёрта с два! - Альфред в мгновение ока оказался около брата, снял с него очки и впился в губы голодным поцелуем. - Чёрта с два я забуду! - рыкнул, оторвавшись от брата, Альфред. - Я ждал этого момента два года! И своего сейчас не упущу. Я тоже люблю тебя, Мэтт! Сам же Мэтт не знал, что и сказать. Признание брата несказанно удивило его, а в груди разлилось тепло. - Брат, - только тихо прошептал он и сам поцеловал Альфреда. Оторвавшись от губ брата, Альфред начал стягивать с себя одежду. Футболка и джинсы полетели на пол. Он же остался стоять обнажённым, с улыбкой смотря на стремительно краснеющего брата. Но сказать ничего не успел. Мэтью сам скинул с себя свитер и джинсы. И стеснительно отвёл взгляд. - И чего застеснялся? - Альфред, подойдя к брату, приподнят его лицо за подбородок и посмотрел прямо в огромные голубые глаза, наполненные решительностью напополам со смущением. Мэтт ничего не ответил, а просто обнял брата, уткнувшись носом ему в шею. И громко вскрикнул от неожиданности, когда Альфред подхватил его на руки и понёс к кровати. Его бережно опустили на мягкую постель, Альфред навис сверху. - Мэтт, - прошептал он, ближе наклоняясь к брату. - Я хочу тебя, чувствуешь? Мэтью чувствовал. Стояк упирался ему в бедро. Сам он тоже был возбуждён, а в груди пекло, всему телу было жарко. - Да, - прошептал он, обнимая Альфреда за шею, притягивал его к себе. Альфред, наклонившись к груди юноши, лизнул нежно-розовый сосок и чуть прикусил нежную кожу, вызвав у брата тонкий вскрик. Будто в беспамятстве он покрывал грудь и живот брата смачными поцелуями, руки скользили по изящному телу гладя, сжимая, даже слегка царапая. - Братик... не так сильно... нет... что ты дела-а-а... - последнее слово потонуло в стоне, когда Альфред широко мазнул по возбужденному достоинству брата языком. Руки его тем временем нащупали проход и стали входить внутрь. Вошли они, что неожиданно, легко. - М-м-м, а ты шалил? - игриво спросил Альфред у покрасневшего брата. Пальцы внутри задвигались с довольно приличной скоростью. Мэттью тихо постанывал от необычных ощущений внутри. Когда он себя трогал, такого не было. Альфред, встав на колени, пододвинул Мэтью к себе и закинул его ноги себе на плечи, входя. Мэттью выгнулся и прикусил губу. Внутри всё распирало и слегка саднило. Никаких приятных ощущений. Но ненадолго. Зайдя на всю длину, Альфред тут же начал вбиваться в брата с неистовой скоростью, каждый раз задевая что-то внутри Мэттью, отчего того выгибало дугой, грозя сломать позвоночник. Ещё несколько толчков и Мэттью выплеснулся себе на живот с отчаянным стоном, утягивая брата за собой.

***

Америка сидел в "гостиной" с отсутствующим видом. - Эй, герой-штаны-с-дырой! - пощелкал перед его лицом пальцами Куба. - Чего сидим с видом дебильнее, чем обычно? - Куба, скажи мне, - абсолютно ровным голосом произнёс Джонс, - ты когда-нибудь спал с собственным братом? - Я до этого дня не доживу, - широко улыбнулся тот. - Я же не извращенец.