Одиннадцатихвостый Лис-оборотень

      В напряженных тренировках прошло еще пол года. Это было УЖАСНО! Курама мне хоть и отец, но на тренировках становился настоящим маньяком и мне приходилось туго. не знаю как, но я выжил. Кроме тренировок произошло много разных вещей. Не знаю как, но я встречаюсь с Мэной. Сначала мы просто болтали о наших мирах или о чем-нибудь другом. Однажды, во время одного из таких разговоров, она призналась, что я ей нравлюсь и тогда же у нас был первый поцелуй. А дальше… Чего мы с ней только не делали (В пределах разумного). Хэджайм стал мне как сын и мы проводим много времени вместе. В общем здесь у меня появилась семья, которой никогда не было там.       В мое 16-летие мы решили вернуться в мой мир. Как бы мне здесь не нравилось, но Курама был прав — мне нужен опыт реальных сражений, даже несмотря на то, что в спаррингах с отцом я все сводил в ничью. Но на возвращении в другой мир была и другая причина: мы с отцом решили найти ключ от печати чтобы полностью освободить отца, не умерев при этом. Но была проблема: ни я, ни Курама не знали, где сейчас ключ. Но мы предполагали что он у жаб, так как жабы были призывом Минато. А вторым кто мог призывать жаб был Джирайя — один из легендарных санинов, учитель Четвертого и мой крестный. Но он путешествует по миру и надолго ни где не задерживается.       Мы решили не заморачиваться и отправиться в Коноху. Отправились блин — мы появились где-то в стране Камня если верить словам отца. Мы — я, Курама, Мэна и Хэджайм. Я просил их остаться, но они отказались, со словами: «Хочешь не хочешь, куда ты, туда и мы. К тому же в Датомире скучно, а так хоть какое-то развлечение. И еще мы что-нибудь узнаем о твоем мире.» И с такой компанией мы появились в стране Камня.       — Такс, всем скрыть чакру и сменить внешность. — отдал приказ я.       Кстати, у ранкоров есть своя собственная техника превращения, которую мы и применили. У нее есть один большой плюс — ее нельзя распознать ни одним из известных отцу способом.       От моей родной внешности ничего не осталось. На лице был маска скалящегося демона с прорезями для глаз, напоминающая лиса. На ногах были обычные черные штаны. Волосы стали такими же, как и до встречи с отцом(короткие и цвета пшеницы). А сверху было надето черное кимоно, а на спине висел черный двуручный меч, который был сделан из чакропроводящего металла. Из обуви на мне были лишь черные стандартные ботинки шиноби.       Так как мне нужно набраться опыта то мы решили, что по пути в Коноху я буду уничтожать нукенинов разных классов опасности. Это была отличная возможность узнать новые техники, так что Наруто взялся за это с особым энтузиазмом. Иногда в бой вступали Мэна и Хэджайм, особенно когда им становилось скучно. Поверженных противников мы запечатывали в свитки, а затем продавали на черном рынке. Так как нукенинов было много, то Наруто разжился нехилым состоянием — 3 млрд ре. В народе его прозвали демоном-лисом (из-за маски) и слагали легенды. Но никто не видел его без маски и поэтому пошел слух, что он демон и пришел по черные души.       Помимо охоты на нукенинов, Наруто водил Мэну и Хэджайма во все рестораны в городах, которые они проходили. Денег было много, поэтому Наруто сказал им, что-бы заказывали все что хотят. Мэна и Хэджайм распробовали много блюд. Что-то нравилось, что-то нет, но они оставались довольными. Как бы смешно это не прозвучало, но самым любимым их блюдом оказался рамэн. Наруто когда услышал сначала не поверил, а потом проверил. В итоге они часто проводят соревнования на то, кто больше съест. Ни одно из соревнований так и не закончилось — они сидели всю лапшу в ресторанах. И это продолжалось на всем пути до Конохи. Кстати, для того, что бы его не узнавали как «демона-лиса», он снимал маску и изменял цвет своего кимоно на белый и возвращал вид своих родных волос(красные до плеч).       И вот, спустя два месяца после появления в этом мире, они подошли к воротам Конохи. Пройдя через врата они остановились у привратников. Те в свою очередь начали проводить стандартную процедуру:       — Имя, цель прибытия и длительность пребывания?       — Садо, путешественник, прибыл с семьей — кивок на Мэну и Хэджайма — с целью немного пожить в Конохе и изучить ее достопримечательности.       — Я Мэна, а это мой сын — Хэджайм.       — Я Курама, отец этого балбеса.       — Все в порядке. Добро пожаловать в Коноху. Вот ваши пропуска.       Поблагодарив охранников они отправились бродить по деревне. Несмотря на прошедшее время, Наруто все еще чувствовал себя некомфортно. Ему казалось, что жители продолжают смотреть на него с ненавистью. Группа заметила его состояние. Курама положил руку на плечо, Мэна прижалась к его плечу, а Хэджайм взял его за руку. Это подействовало. Наруто с благодарностью посмотрел на всех, а затем кивнул, благодаря всех за поддержку. Побродив еще немного они зашли поужинать в Ичираку-рамен. Съев по 5 порций рамена, они рассчитались и отправились в гостиницу, где сняли 4 местный номер.       Придя в номер, все сразу плюхнулись отдыхать на кровати. В глазах Наруто снова была печаль. Пару минут все провели в тишине.       — Наруто, что с тобой происходило во время прогулки? Тебе здесь не комфортно, я права? Почему?       — Ну… здесь я родился, до четырех лет был в приюте, дальше переселили в общежитие, а дальше… Ненавидящие взгляды в спину, унижение, выкидывание из магазинов, а самые смелые еще и избивали. Но самое ужасное происходило 10 октября, в день моего рождения и в день победы над лисом. Тогда меня избивали с особой жестокостью. Плюс, из-за наличия Курамы, на меня поставили ментальные закладки, чтобы я был послушным «оружием деревни». Но я их отключил. А когда я попал в Датомир и провел там все время, я думал что мне будет на них плевать, но мне постоянно кажется, что на меня смотрят ненавидящим взглядом. Вот и все в принципе…       После его рассказа Мэна и Хэджайм смотрели на него с удивлением. Они даже не представляли что он пережил. Это слишком жестоко, в Датомире ничего похожего и близко не было. Она бы наверно и не выдержала бы такого. Не говоря ни слова она подошла к его кровати и легла вместе с ним, даря невидимую поддержку.       — Больше ты не один. У тебя есть мы. — сказала Мэна и поцеловала его.       — Я знаю, Мэна, просто… Это не так просто забыть. — Наруто легонько гладил Мэну по голове.       — В этом мире слишком много ненависти и люди выкидывают ее на тех, кто слабее их. Просто забей на это. — Произнес Курама.       — Хм… Тебе прям речи толкать нужно — чуть улыбнулся Наруто. — Спасибо. А теперь давайте спать.