Большая игра

- Затуши костёр! Затуши, говорю! Лиам сверкал зрачками, в которых отражалось едва зародившееся пламя. Ночь обступила со всех сторон, деревья высились и давили, как конвойные. Для Дженнифер в последнее время все вокруг было подозрительным, давящим и дающим повод всегда держать руку на кобуре. Да, с костром сглупила - сейчас как раз патрульное время, украинские наемники и эсэсовские лагерные конвоиры охотятся на партизан по ночам. Но ведь холодно же, невозможно просто. - Ну мы в овраге же, - ответила Дженнифер дрожащим от холода голосом. - И что с того?! Думаешь, не увидят сверху? Не увидят дым? Джен села на пень и обхватила себя руками, не зная, как еще оправдываться перед товарищем. - Послушай, милая моя подруга. Наша вылазка сегодня ночью не должна закончиться фатально. Мы просто проверяем наши позиции. На рассвете вернемся к укреплениям. Потерпи. Лиам затоптал сапогами несколько пламенеющих палочек, которые удалось зажечь Джен, пока они с Джошем бегали на опушку проверять границы лагеря. - Где Джош? - спросила Джен, раскачиваясь в попытках хоть как-то согреться. - Отлучился. Ну, отлить ему надо, - буркнул Лиам, бегло оглянувшись в ту сторону, откуда пришел он сам. - Сейчас придет. - Понятно. - Вообще говоря, это не очень хорошо, что он по лесу один бродит, - начал рассуждать Лиам. - Ну да, а меня одну здесь оставлять было вполне приемлемо, - съязвила Дженнифер, но не дала другу ответить: - Ты прав, что-то долго он там копается. - Если через час не вернется, надо будет идти назад и сообщать штабу. Юная партизанка отряда сопротивления изумленно посмотрела на боевого товарища. Они с Лиамом и Джошем прячутся по лесам и полям Западной Польши уже два года, познакомившись здесь же, в отряде, и всегда держась друг за друга. Они выбрали непростой путь, но весьма благородный, как им казалось: среди военных и гражданских хватало тех, кто считал партизан пустышками и самопровозглашенными героями, однако на счету их отряда было уже две военных немецких роты, разбитых в лесных чащах на подходе к Освенциму. Джош, идейный максималист, всегда считал, что этого мало и надо идти в наступление. Лиам же умудрялся радоваться тому, чего и так удалось добиться. В конце концов, если кому-то удастся сбежать из лагеря, они тут как тут, рядом, приведут в чувство и примут в свои ряды сопротивления. - Где там термос с чаем? Доставай, - тихо сказал Лиам. Однако, теперь Лиам, который всегда был оптимистом, не на шутку приуныл. Дженнифер, которая еще с весны начала страдать необъяснимой паранойей и странными предчувствиями, умело скрывала это от ребят, чтобы они не усомнились в ней как в бойце - других причин не было и нет. Она привыкла видеть Лиама улыбающимся и говорящим такие слова, от которых проходила тоска. Дженнифер вынула из вещмешка двухлитровый жестяной термос с горячим чаем, открыла и налила в железную кружку дымящийся напиток. - На, не обожгись только. Себе она налила чаю в крышку от термоса, обхватила ее ладонями и принялась осторожно пить. - Так что там, у лагеря? - Тихо, - выдохнул Лиам. - Тихо, темно и вообще никого. Может, отменили патруль или нам просто повезло. Или наоборот... - Наоборот? Что ты имеешь в виду? Слышал что-то по радио? - Если бы я слышал, ты бы тоже слышала, передатчик у нас в штабе один на всех. А имею в виду я то, что Джоша уже полчаса нет. Надо допивать и идти в штаб. - Может, он заблудился? - Не будь дурой, Джен! - рыкнул Лиам, и Джен отпрянула. Она никогда не видела его таким. - Извини, - тут же извинился тот. - Не надо, - ответила она. - Лиам, не подумай обо мне плохо, но у меня уже давно скверное предчувствие. - Тебе кажется, что нас ведут? - Вроде того. - У меня то же самое. В этот момент со стороны леса послышался треск веток и шорох сухой хвои. - Джош! - осторожно позвал Лиам. - Лиам, Джен, - ответил из темноты несколько сдавленный голос Джоша. - Что случилось, дружище? Где ты пропал? Джош вышел на поляну, где сидели его товарищи и где его стало видно под светом луны. Его и пистолет, приставленный к его виску. А еще двоих конвойных: один, заломив руки Джоша за спину, держал его под дулом, а второй шел чуть поодаль и ухмылялся. На них была форма СС. - Вот черти, - выругался Лиам, уронив кружку на землю. Дженнифер сунула руку в кобуру и положила палец на курок. - У-у-у, - протянул второй конвойный, тот, у которого руки были свободны от пленника. - Да вас тут всего трое! Вылазка на разведку, так? Все трое молчали. - Отвечайте, а то хуже будет, - сказал первый конвойный, стиснув в своих эсэсовских объятиях Джоша. - Бегите, они не смогут вас подстрелить ночью в лесу, - просипел Джош и тут же получил удар под ребра от второго патрульного. - Если твои друзья сейчас дадут деру, мы убъем тебя на месте, парень. А потом доберемся и до них рано или поздно, если они сами не сдохнут с голоду в этом лесу, - патрульный мерзко рассмеялся. - Никуда мы не убежим, - сказала Дженнифер и вытащила пистолет из кобуры. - О, смотри-ка, - хмыкнул один конвоир другому, - девка с огоньком! Оба рассмеялись, будто увидели неуклюжего медвежонка, а не врага. Когда они закончили смеяться, тот эсэсовец, что не держал пленного Джоша, уселся на пень, на котором до этого сидела Джен, достал папиросу из кармана брюк и закурил. - Значит, так, ребятки. Предлагаю вам стандартную сделку: вы говорите нам, где ваш штаб и сколько вас там народу, а также расположение и вооружение всех ваших поганых партизанских отрядов, а мы за это сохраняем вам жизнь. Если же вы откажетесь говорить, то будем с вами общаться до тех пор, пока не заговорите. И уж можете мне поверить, детки, общение это будет не из приятных. Они трое прекрасно знали, что эсэсовцы делают с партизанами, которые попались. Так бездарно попасться в эту тихую ночь, имея при себе лишь паршивое предчувствие - просто феерично. Дженнифер уже морально готовила себя к пыткам, вырыванию ногтей, выкручиванию суставов, изнасилованию, в конце концов... однако сдаваться она была не намерена. За два года в отряде ее намерения не изменились: делать все возможное для искоренения нацистской погани и освобождения несчастных из лагерей. И плевать, с чем придется столкнуться. Дженнифер давно уже забыла свои простые человеческие желания: дом, тепло, родители. Она давно забыла о том, как еще до войны с подругами они раскладывали колоды карт и гадали на женихов, мечтали о хорошем мужчине рядом, о семье. Где они сейчас, ее подруги? Не исключено, что именно там, за колючей проволокой в нескольких милях отсюда - в Освенциме. Или и вовсе развеяны пеплом вокруг. Джен заставила себя не ностальгировать, а направить мысли и силы на то, что еще можно исправить. - Все с ними понятно. Бери парня с девкой, и пойдем в часть, - скомандовал первый второму, и второй попытался скрутить руки Лиама, видимо, думая, что Дженнифер не доставит особых хлопот, девушка же. Но Джен выстрелила конвойному в ногу. Тот взвыл и машинально начал палить в сторону Джен. Лиам решил, что может вырваться, но не тут-то было: конвойный хоть и был ранен в ногу, хватку рук не ослабил ничуть. По рукам стрелять было опасно, можно было случайно попасть в Лиама. Второй конвойный, державший скрученного Джоша, в какой-то момент исчез из поля зрения Дженнифер, но когда он появился, стрелять было поздно: девушка почувствовала сильную боль в правом виске и потеряла сознание. Лиам не оставлял попыток вырваться из хватки конвойного, но ему по-прежнему это не удавалось. Эсэсовцы были похожи на зверей - противников такой физической силы этим партизанам еще не доводилось встречать. - Джош! Держись, Джош! - крикнул сдавленно Лиам, за что тут же получил удар под дых. - Разговорчики в строю! - рыкнул раненый патрульный и хрипло усмехнулся. Офицер, державший уже обессилевшего Джоша, взвалил на плечо отключившуюся Дженнифер и побрел в сторону опушки леса. Второй с Лиамом хромал рядом. Джош и Лиам решили разобраться после, что за монстры эти конвойные, почему этот, например, может идти с простреленной ногой, почему они не могут вырваться из их рук, и как тому, первому, удается держать Джоша и тащить на плече Джен. Конвойные привели партизан на опушку леса, где за большим кедром стояла черная машина. Лиам готов был поклясться, что ее там не было, когда они с Джошем ходили проверять опушку час назад. Если они приехали потом, то как можно было не услышать мотор в ночном лесу, пусть даже за несколько миль?