Paper hearts

Чонгук в курсе, что в мире есть те, кому всё достается довольно легко, можно даже не прилагать усилий – и он не из их числа. Ему, чтобы добиться стоящего результата, приходится рвать себе всё. Но он с детства знает, что не нужно показывать свои слабости, потому что энергия тратится на пустое нытьё. Поэтому со стороны кажется, что всё, чего он добивается, происходит потому, что Чонгук классный. Учится на отлично, бегает, занимается в танцевальной школе – классный же, не придерёшься. У Чонгука есть твердая установка – как бы ни было хреново, не терять лица. Пореветь и пожалеть себя можно дома, за закрытой дверью комнаты и с громко включенной музыкой, чтобы даже родители не догадались, что что-то не так. Никто не любит нытиков. Тех, у кого всё получается, тоже не любят, но из этих двух крайностей лучше выбрать ту, которая поможет добиться успеха в будущем. Он доставляет минимум хлопот. Он не жалуется, думая, что в итоге всегда сможет или повернуть ситуацию в свою пользу, или найти хорошее. Поэтому когда мама говорит о переезде и новой школе, Чонгук только улыбается. В мамином голосе – понимание и осторожность. Ты взрослый мальчик, ты ведь не будешь злиться и сопротивляться. Чонгук и правда не будет – он не высказывает особых восторгов, но и против ни слова не говорит. Ему всего семнадцать, у его голоса нет веса. Поэтому он долго сидит с Чимином, своим, кажется, лучшим другом на свете, и молчит. Тот понимает, что Чонгук просто не может найти слов, потому что обычно ему не нужно этого делать. – Ты же не на другую планету переезжаешь, – улыбается Чимин, ероша Чонгуку волосы. Тот тоже улыбается, но криво. Для него это равноценно. Другая планета, другой город, другие люди, другое всё. Новая школа встречает равнодушием. Наверное, улыбайся Чонгук чуть шире, говори чуть громче и чуть больше, всё было бы иначе, но он пока слишком придавлен вещами, ждущими распаковки. В его новой комнате из-за коробок не протолкнуться, но он пока не может – вещи, разложенные по новым местам, окончательно убедят его в том, что всё, назад дороги нет, его привычная старая жизнь со знакомыми людьми, неприятностями и вечерними дорогами от остановки уже позади. Он не знает, чем занять себя здесь, поэтому записывается на дополнительный курс математики, потому что она сложнее всего и забьет всё время, которое можно потратить на сожаления и воспоминания. Курсы по математике – для выпускных классов. Но Чонгук сдал тест, поэтому сейчас ему остается только осторожно просочиться в аудиторию, полную старшеклассников, и занять место где-нибудь, где его не заметят. Он собирается тихонько слушать, решать и не отсвечивать. Не отсвечивать не получается. Почти сразу за соседний стол подсаживается парень и смотрит на Чонгука очень внимательно. – Новенький? – спрашивает он. Чонгук кивает. Ничем хорошим не закончится, если этот парень узнает, что Чонгук еще и на два года младше и не должен здесь быть, по идее, потому что у него пока не горит поступление. Парень пожимает плечами и отворачивается. Пронесло. Тэхён не то чтобы отличается особой подозрительностью, но мелкий новенький выглядит слишком уж странно. Хотя бы потому, что правда мелкий. – Знаешь, так бесят эти вундеркинды, – жалуется он, сидя с Хосоком в кафе вечером. Хосок – студент, у Тэхёна вообще все друзья уже поступили, он один самый младший, и ждет-не дождется, когда тоже станет студентом, переедет в общежитие и почувствует себя по-настоящему взрослым. – Он что, выпендривается? – резонно спрашивает Хосок. Тэхён пожимает плечами. Новенький вообще ни слова за все два часа не сказал – только строчил в тетрадке, чесал в затылке, решая задания, и иногда беспомощно оглядывался по сторонам, словно не решаясь попросить помощи с тем, чего он не понимает. – Не придирайся к нему без повода, тебе ведь уже не двенадцать, – мягко советует Хосок. Тэхён улыбается максимально мило и кивает. Когда Чонгука спрашивают, он отвечает, словно жалея, что знает ответ. Тэхён морщится, понимая, что решил неправильно, и ему кажется, что мелкий новенький просто сочится высокомерием. Хосок справедливо как-то заметил, что у Тэхёна типичный комплекс младшего. Все его друзья старше и впереди на пару шагов, Тэхён не хочет отставать, поэтому каждый мельчайший повод считать себя хуже, вгоняет его в злость. Стоящий у доски Чонгук вгоняет в злость особенно. В нём нет ничего примечательного, он не похож на задрота, поэтому Тэхён бесится еще и из-за этого. Он видел Чонгука на футбольном поле – тут тоже не к чему придраться. Сам Тэхён слишком погружен в грядущее поступление, у него не хватает времени почти ни на что. А этот мелкий получает всё, не прикладывая особенных усилий. Да еще и строит из себя скромника – прячется на задней парте, сам отвечать не рвётся, помогает тем, кто просит помощи. Был бы он выскочкой, Тэхёну было бы проще. А так он все еще не может Хосоку связно объяснить, что его так бесит. Чонгука напрягает парень за соседней партой на курсах математики. Напрягает настолько, что он даже рад, что они не каждый день так вот вместе сидят. У этого Тэхёна подозрительный взгляд и вечно взъерошенный вид. Чонгук предложил бы ему помощь с математикой, но почти уверен, что после такого предложения он огребет. Это почти привычно уже даже – к нему многие так относятся. Никто ведь не видит, что он учит сутки напролет. Что он сам многое не понимает, поэтому может сидеть над одним правилом часами, перебирая все примеры до тех пор, пока не начнет понимать – и что в процессе ему хочется волосы себе вырвать от осознания собственной непроходимой тупости. Математика никогда не была его любимым предметом, но если ее игнорировать, можно потом завалить экзамен. А Тэхён – нормальный парень. Явно жил здесь всю жизнь, у него явно есть здесь друзья, и Чонгук завидует, болезненно и до сжатых зубов. Он с радостью забил бы на всё, если бы его позвали куда-нибудь после занятий или в выходной. Он иногда видит, как Тэхён уходит – разговаривая по телефону, жестикулируя и улыбаясь. Чонгук почти стопроцентно уверен, что тот встречается с друзьями. Возможно, кто-то хочет дружить и с Чонгуком, но он, за привычкой обходиться самостоятельно, просто не видит этого. Тест в конце месяца делает Тэхёну больно. Он сам виноват, конечно – прошатался с Хосоком и Юнги, не сделал несколько заданий и вообще не понял тему, задач по которой в тесте было больше всего. Но безразличное лицо Чонгука, мельком взглянувшего на свой тест, снова бесит его. Он не успевает заметить оценку – ее озвучивает преподаватель. Многословно хвалит мрачнеющего с каждой секундой Чонгука и в итоге советует брать с него пример. Перед младшим Тэхёном далеко впереди – Хосок, Юнги и остальные его друзья-студенты. К этому он привык, тут ничего не исправишь, возраст не он сам себе выбирал. Но теперь всех этих друзей обходит еще более младший Чонгук. С безразличным лицом, которое, волей воображения Тэхёна, меняется на презрительную гримасу. И Тэхён понимает, что ему нужно делать. У любого человека есть слабое место, достаточно лишь внимательно за человеком понаблюдать. Наблюдения за Чонгуком оказываются не такими скучными, как Тэхён представлял. Он необщительный, с ним мало разговаривают, причем не потому, что он не нравится – Чонгук как-то почти невольно отталкивает от себя людей. Тэхён понимает, что вот сейчас ему бы повторить текст по английскому, но куда интереснее сидеть в столовой, прикрывая лицо планшетом, и краем уха слушать, как Чонгука, сидящего за три стола от, хвалят его одноклассники. Никто не знает, как к нему подступиться. При этом он вообще не затворник. После занятий он идет на стадион, чтобы размяться и сыграть в футбол с теми, кто тоже уже освободился. Играет он вполне неплохо, Тэхён на время даже забывает, зачем он здесь, и болеет за команду Чонгука. Они проигрывают, но Чонгук широко улыбается и искренне пожимает руки победителям. Он, кажется, добрый. И совершенно не расстраивается. Сам Тэхён еще неделю дулся бы за проигрыш. – Значит, теперь ты за ним сталкеришь, – логично резюмирует Хосок. Тэхён пожимает плечами, потому что ну что тут скажешь. Сталкерит. Ему обидно за тест и за то, что какой-то мелкий снизил его самооценку и тоже обошел его. – Если у тебя проблемы с математикой, может, просто попросишь его о помощи? – всё ещё логично предлагает Хосок. У Тэхёна нет цели подружиться с самым умным мальчиком в классе. Тэхён собирается сбросить его с первого места, подорвать его спокойствие, и уже даже придумал, как это сделать. Чонгук косится на Тэхёна почти подозрительно. Тот сидит чуть ли не за его столом, и это странно, и скорей бы закончилась перемена, чтобы этот странный парень ушел за границы его территории. – Как дела? – улыбается Тэхён. – Нормально, – отвечает Чонгук. Это странно, потому что он уверен, что Тэхён его недолюбливает. – Я видел вчера, как ты играешь, – продолжает улыбаться тот. – Ты молодец, даже обидно, что победа досталась не вам. Чонгук тоже видел вчера Тэхёна. И до этого вот момента думал, что ему показалось. – Победа ведь не главное, – хмыкает он. – Мне нравится просто играть, а одному не особо удобно. Тэхён удивленно приподнимает бровь и тут же снова расплывается в улыбке. Звенит звонок, Тэхён кивает Чонгуку и двигает стул к своему столу. Чонгук весь урок не может убрать мысли от этого их диалога, поэтому плохо слышит, что говорит преподаватель, и понимает, что сегодня придется не спать половину ночи, чтобы самому разобраться в теме. Проще было вообще не приходить. Когда Хосок еще учился в школе, они с Тэхёном часто кого-нибудь разыгрывали. В основном потому, что это смешно. Брали Юнги на спор и заставляли того делать всякие смешные для них штуки. Подкладывали Намджуну, который иногда вел курсы по английскому для младших классов, на стул подушку-пердушку и громко ржали, когда тот садился в полной тишине. Ничего умного в их приколах не было, любви они тоже не добавляли, но им было весело и смешно. Сейчас Тэхёну тоже ой как не помешал бы Хосок. Вдвоем они быстро бы поставили Чонгука на место, выбили бы его из колеи и успокоили бы Тэхёна. Но Хосок даже на предложение подкинуть идею сказал, что Тэхён олень, поэтому придется все делать самому. Слабым местом Чонгука были люди. Это было настолько очевидно, что Тэхёну достаточно было бы просто подружиться с ним, а потом раздружиться обратно, оставив его не понимать, как и что произошло. Грустно, трагично, добавление к комплексам, проваленный тест – всё отлично, Тэхён мерзкий, но отмщён. А потом он случайно видит, как Чонгук общается с девушками. Точнее, как они пытаются общаться с ним. Чонгук девушкам определенно нравился, а они его определенно пугали. Тэхён даже забывает про осторожность в наблюдениях, улыбается, прикусив язык, и убирает старый план про псевдодружбу. Потому что псевдочувства куда круче, да и выламывают сильней. За это время Тэхён успеет восстановить самооценку и закончить школу. А там – хоть трава не расти. Он спрыгивает с подоконника и на ходу ослабляет галстук. – Простите, девочки, я его у вас заберу, – ухмыляется он, аккуратно беря Чонгука за локоть и отводя за собой. В теории, Чонгук мог бы с этого же локтя ему зарядить, но тот, видимо, так теряется, что просто молча идет рядом с Тэхёном. Они выходят во двор, рука Тэхёна – на чонгуковом предплечье, а Чонгук все еще ни слова не говорит. – Слишком паникующе ты выглядел, – объясняет Тэхён, останавливаясь, наконец. – Спасибо? – неуверенно благодарит Чонгук, выразительно косясь на пальцы Тэхёна. Тот словно спохватывается, отдёргивает руку и смущенно чешет в затылке, лохматит светлые волосы. – Если понадобится спасение, зови, – говорит он и уходит. Уходит с полной уверенностью в том, что Чонгук обязательно в него влюбится. Хосок уже минут пять не может опустить брови. Тэхён даже жалеет, что рассказал ему про свой гениальный план. – Ты теперь решил стать геем, потому что маленький новенький мальчик бьёт по твоей самооценке? – резюмирует Хосок довольно метко. Тэхён фыркает. Он немного представляет, как работают механизмы в таком, как Чонгук – слишком уж разные у Тэхёна друзья, чтобы не уметь разбираться в людях. Чонгук неопытен и любую попытку общаться воспринимает как самое удивительное событие дня. Наверное, он неплохой, но Тэхён устал, ему скучно и у него накопилось слишком много пыли в глазах из-за тех, кто идет впереди него. Чонгука настолько выводит из себя прошедшая неделя, что он звонит Чимину. И сосредоточенно слушает, как тот рассказывает новости, не слыша из них ни слова. Странный парень с курсов по математике окончательно стал Ким Тэхёном, улыбчивым, болтливым и вездесущим. Он рядом на курсах, он выруливает из-за поворотов, он читает на школьном крыльце, он оказывается рядом в любой неловкий момент Чонгука с окружающими людьми. Трогает за локоть, хрипло смеется, говорит ерунду, чешет в затылке и улыбается, улыбается, улыбается. Чонгука это так бесит, что он понять не может, как так вообще. – Чимин, – перебивает он друга в середине несомненно увлекательного рассказа про то, как Сокджин выбирал занавески. – Чимин, тут есть один парень, он какой-то странный. Чимин моментально замолкает, и Чонгук просто видит, как он улыбается. – В каком смысле странный? Нового друга себе завел, предатель? Чонгук рассказывает про Тэхёна, про то, как тот себя ведет. И про то, как это всё Чонгука почему-то бесит. – Он к тебе, кажется, подкатывает, – задумчиво говорит Чимин. – Как к девушке, что ли? – возмущенно выдыхает Чонгук. – Ну или как к парню, – фыркает Чимин. – Я же его не видел, откуда мне знать, с какой он из сторон. – С какой из сторон что? – спрашивает Чонгук, а потом понимает. – Серьезно, Чимин. Тот смеется, ему вообще вся эта «ситуация», кавычки для которой можно найти и побольше, кажется довольно смешной. – Знаешь, если ты не собираешься отвечать на его чувства, – предельно серьезно говорит Чимин, – то все равно попробуй не обижать его. Довольно сложно признать в себе склонность к другим парням. Чонгук кивает. Чимин прав, а Тэхён, наверное, очень смелый. И очень переживает сейчас. Тэхён сидит рядом с Чонгуком и прям чувствует, как тому не по себе. Он понимает это по-своему и думает о том, как удачно складывается его розыгрыш. Маленький впечатлительный умник скоро перестанет быть умником. Тэхён напишет тест лучше всех и успокоится. Одного раза ему хватит, потом можно будет расслабиться и, наверное, извиниться. Поэтому он придвигается ближе и улыбается так, что видит Чонгука только сквозь ресницы. Лицо у Чонгука недоумевающее. Но он тоже неуверенно улыбается в ответ и тут же отводит глаза. Тэхён во всех смыслах подбирается к нему, осторожно, незаметно, но быстро, потому что времени у него особо нет. Он может позволить себе потратить месяц, как раз до еще одного теста, но никак не больше. Потом, по его плану, Чонгука нужно будет снисходительно отвадить от себя, желательно при свидетелях. Тэхён иногда представляет, как смущенный Чонгук опускает голову ему на плечо, а он пихает его и громко, с насмешкой говорит, что не обязательно в него влюбляться, потому что у него совсем нет времени на такие малолетние глупости. И как Чонгук смотрит на него большими глазами, полными подросткового разочарования в первой любви, а Тэхён смеется с одноклассниками. А потом пишет тест, и убеждается, что Чонгук тест проваливает. Оценка в табель, самооценка в порядке. ...Правда совсем иногда Тэхён думает о том, что на просто касаниях и улыбочках он никуда не выедет. Чонгука, видимо, придется поцеловать. В планирование этого Тэхён не углубляется, потому что ему сразу становится дискомфортно и не по себе. Чонгук не знает, как сказать Тэхёну, что уважает его смелость, но не может ответить на его чувства. Потому что вдруг он ошибся? Вдруг Тэхён просто дружелюбный? Но дружелюбные не трогают твои пальцы просто потому, что они лежат на странице книги и вообще не загораживают буквы. Дружелюбные не убирают чёлку у тебя с глаз. Дружелюбные не смотрят так странно. Впрочем, Чонгук уже который раз ловит себя на рассматривании Тэхёна, пишущего в тетрадке. У того сосредоточенный вид, и Чонгуку кажется, что так ему идет больше, чем с вечной улыбкой. Тэхён чуть хмурится, смотря на доску, потом хмурится сильней, смотря в свою тетрадь – это довольно забавно, Чонгук даже улыбается уголком губ. Он с радостью помог бы Тэхёну, но тот ни разу не попросил его помощи, а предлагать сам Чонгук просто не умеет. Люди по-разному воспринимают предложения помощи, по некоторым такое бьет довольно сильно. Хотя в процессе таких вот рассматриваний, Чонгук невольно думает о том, что с Тэхёном, если уж он интересуется парнями, можно целоваться. То есть, это не единственный вариант, и у Чонгука личная жизнь запланирована на куда более старший возраст и явно не в школе, но думать-то никто не мешает. Он примерно в курсе, как такое делать с девушками, и вряд ли между парнями происходит как-то иначе. Но все равно странно. И почему-то волнительно. Наверное, потому, что Тэхён явно представляет, как целуется с Чонгуком, если не что покруче делает. Чонгук роняет ручку, краснеет и опускает голову, чтобы волосы закрыли лицо и чтобы удивленно повернувшийся к нему Тэхён не заметил, как ему не по себе. Месяц на исходе, и Тэхён понимает, что нужно действовать или сейчас, или никогда, потому что тест уже завтра. Его потряхивает, он понятия не имеет, зачем придумал именно такой план и почему не послушал умного Хосока, да и почему вообще зациклился на Чонгуке – ну как будто первый раз его обходят в учебе, честное слово. Хотя нет, Хосок не умный, потому что пару дней назад предположил, что Тэхён банально влюбился и теперь ищет поводы, как отомстить за пошатнувшуюся ориентацию, а учеба тут вовсе ни при чем. Эта версия настолько абсурдна, что Тэхён теряет дар речи, а когда обретает его снова, его хватает только на сиплое «дебил, что ли». Чонгук словно видит нервное состояние Тэхёна. Он вопросительно кивает во время урока, потому что сейчас нужно максимум внимания – преподаватель систематизирует все темы, которые будут в тесте. Тэхён только качает головой и понимает, что тем, кто завалит тест, будет именно он, причем завалит с таким треском, что проще уже забить на поступление и понять, что его снова обставили, только на этот раз он сам. Решать всё нужно быстро. Очень быстро. Поэтому когда звенит звонок, он вскакивает и тянет Чонгука за рукав, мешая тому даже вещи собрать. Они быстро идут по заполняющимся учениками коридорам, поднимаются по лестнице на третий этаж. Сейчас все в столовой, аудитории там пусты – просто вот любую выбирай. И Тэхён выбирает наугад, открывает дверь и оглядывается по сторонам. Убеждается, что никого нет, и только тогда затаскивает Чонгука за собой. – Теперь-то ты мне объяснишь, что происходит? – нервно спрашивает тот, одёргивая пиджак. – Нет, – коротко отвечает Тэхён и толкает Чонгука к стене. На этом его смелость заканчивается. Чонгук смотрит на него, хмурится и, кажется, даже не дышит. И вот сейчас, пока тот и не думает двигаться, нужно что-то сделать. Чонгук очевидно напуган, или какая еще эмоция может быть рядом со страхом. Тэхён вздыхает и делает шаг вперед. Его нос почти касается носа Чонгука, и от этого странно. У Чонгука темные глаза, он смотрит ими прямо, даже не думает опускать и трепетно дрожать ресницами. Сделай он так, Тэхён бы засмеялся и сказал, что всего лишь пошутил, а Чонгук наивный дурак, у Тэхёна на таких нет времени. Но тот серьезен, и это продолжает бесить. Потому что еще несколько секунд – и это Тэхёна обсмеют. Очень вежливо и аккуратно, но тем не менее. Поэтому Тэхён облизывает пересохшие губы и наклоняет голову, замирает в сантиметре от чонгуковых губ. Тот совершенно точно понимает, к чему всё идет, но продолжает стоять, только дышит рвано. Тэхён смотрит на него и криво улыбается, не меняя положения. Глупый был план. Так себе розыгрыш. А потом прикасается к губам Чонгука своими. И снова замирает. Это странно. Вот так, в выпускном классе, Тэхён целует другого парня просто потому, что тот младше его и учится куда лучше. Хотя ему пока не за чем стараться – у него есть время до выпуска. Но вот в тот момент, когда Чонгук вздыхает, словно соглашаясь, Тэхён думает – а только ли поэтому? Он аккуратно подходит совсем близко, проводит ладонью по затылку Чонгука, запуская свои пальцы в его волосы, чуть оттягивает назад и прижимает к себе, целуя уже по-настоящему. Его не очень волнует то, что Чонгук не отвечает, потому что тот сжимает руки в кулаки и закрывает глаза, подаётся вперед. Тэхён кусает Чонгука за губу, заставляя того приоткрыть рот, и углубляет поцелуй, скользит своим языком вдоль языка Чонгука. А потом внезапно понимает, почему тот не отвечает. И тихо хмыкает. – Просто повторяй за мной, ничего сложного, правда, – улыбается он, отстраняясь, и чуть не падает, когда Чонгук совершенно серьезно кивает. Он резко притягивает Тэхёна к себе за поясницу, мокро мажет губами по его губам, хмурится, но не сдается. Тэхёну заверещать хочется от того, как это мило. Но это спугнет Чонгука, определенно. Перемена долгая, у Чонгука есть достаточно времени, чтобы потренироваться. Тэхён совершенно не против направлять его, показывать, как надо, молча, с какой-то совершенно неподходящей улыбкой. В какой-то момент у Чонгука начинает получаться. Тэхён вздрагивает, когда тот проводит пальцами вдоль его позвоночника, целует в скулу и довольно улыбается, когда Тэхён откидывает голову. Их останавливает звонок. Скоро аудитория заполнится учениками, нужно уходить. Нужно забрать свои вещи, по идее, но выглядят они оба сейчас довольно взъерошено. Тэхён идет за Чонгуком и видит, как тот улыбается. План был действительно глупый, а еще интересно, кого разыгрывал Тэхён. И не самого ли себя. – Завтра тест, – напоминает Тэхён Чонгуку, который закрывает дверь подсобного помещения. Тот смеется и качает головой. – Ну, значит, мы его завалим. – Тебе-то что, у тебя нет поступления, – Тэхён проводит рукой по его волосам, опускаясь к шее. – Хочешь, я тебе потом помогу с математикой? – предлагает Чонгук, тепло улыбаясь. – Придумаешь для меня систему поощрений? – дёргает бровями Тэхён и смеется. Чонгук задумчиво чешет в затылке. – Придумаю, – обещает он. – А сейчас помолчи, мне надо практиковаться. Хосоку кажется, что у него сегодня день рождения или что покруче, потому что помятый Тэхён, плохо сдавший тест, выглядит таким счастливым, что большего доказательства собственной правоты Хосоку и не надо. – Значит, ты теперь на полном серьезе встречаешься с парнем? – радостно спрашивает он. – Я ему пока не предлагал, но вроде да, – так же радостно соглашается Тэхён. Хосок хлопает его по плечу и смеется. А Тэхён понимает, что, кажется, первый раз его самый громадный комплекс привел к чему-то действительно хорошему. Пусть и через такие дебри.