Все против меня или Я совсем другая

Человеческое сердце может вместить лишь определенную меру отчаяния. Когда губка насыщена, пусть море спокойно катит над ней свои волны — она не впитывает больше ни капли.

Волчица долго бродила по лесу, чтобы успокоить свои нервы, которые натянулись словно гитарная струна, того гляди возьмут еще один аккорд и тонкая нить порвется. Она была зла на этого приставучего парня, который себя по-хозяйски вел себя на её скале. Также он имел наглость претендовать на неё саму, возможно он не знал, что произошло, но для неё это не имело значения. Непонятно было, как ему еще объяснить слово уйди. Волчица постоянно прокручивала в голове различные фразы, которыми его можно отогнать от себя, но в тот же момент ловила себя на мысли, что чем больше она старается отогнать от себя Джареда, тем сильнее он проникает ей в душу, чтобы обосноваться и там. От такой догадки волчица даже зарычала, отчего две испуганных птички сорвались с ветки и улетели прочь, испуганно щебеча. Волчица подошла к одной большой сосне и прислонилась к ней боком, тяжело дыша, через секунду прислонившись боком стояла уже девушка. Дайя решила перевоплотиться, чтобы в эту ночь побыть одной, поэтому она ловко забралась на дерево и расположилась на толстой ветке, которая спокойно могла послужить за спальное место на двоих. Дайя ударила себя ладонью по щеке, чтобы не дать думать себе о Джареде, но он будто издеваясь над ней постоянно стоял перед глазами, особенно когда она пыталась их закрыть. Она понимала, что нужно что-то делать. Но ей так не хотелось вновь убегать. Убегать это означает постоянно оглядываться назад, а если оглядываться назад, то никогда не увидишь своего будущего, либо можно пропустить что-то важное в жизни. Поэтому она будет бороться за своё правообладание над скалой, ведь она первая нашла её и её запах там повсюду, каждая травинка и камень пропитаны её запахом. А квилет пусть бежит вновь в свою резервацию. Сколько бы Дайя не пыталась уснуть, но у неё не получалось, поэтому приходилось постоянно думать о Джареде Кэмероне, как бы она этого не желала и не старалась этому противостоять. Прошло пять дней. Дайя стояла на краю обрыва, легкий ветер резвился в её волосах, развивая их в разные стороны, порой сильно хлестая по щекам, но девушке было всё равно. Её лицо было уставшим, а в глаза будто песка насыпали, но закрыв их она не ощущала спокойствия, поэтому не могла уснуть и из-за этого она постоянно думала о Джареде, он ей виделся повсюду, за каждым стволом дерева, за каждым кустом, а порой казалось, что глядит на неё из воды, когда она смотрела на океан. Но сам парень появлялся не только в её мечтах, но и в реальности он постоянно приходил. Где-то она даже привыкла к этому, но разговор их никогда не клеился и заканчивался тем, что Дайя убегала от него, а потом места себе не находила и не могла уснуть, вслушиваясь в ночную жизнь различных жителей леса, а сама вспоминала добрую и искреннюю улыбку и искрящиеся глаза парня, казалось что она водит пальцем по его скулам, на которой пробивалась жесткая щетина, и пытается дотянуться до его волос, чтобы попробовать какие они на ощупь. Причем каждый раз, когда Дайя появлялась у обрыва, то видела всё тот же плед и футболку, но с третьей ночи там стал еще появляться и цветок, который напоминал колокольчик, но был голубого цвета, а не обычного сиреневого. Дайя даже не могла предположить откуда он нашёл такую красоту и каждый раз ей хотелось подойти и вдохнуть аромат этого чудесного цветка, но гордость заставляла проходить её мимо и садиться на край обрыва, чтобы смотреть на звезды или на облака, оставаясь нагой. Дайя с трудом смогла сесть на край, порой ловя себя на том, что если подует ветер в спину, то она свалится с края в воду. Спустя какое-то время к ней подсел Джаред, который появился как всегда будто из ниоткуда. Когда он посмотрел на Дайю, то брови его поднялись от шока. - Что с тобой происходит, - забеспокоился он, - если сказать прямо, то хреново выглядишь! - Без различных заноз знаю, что хреново, - фыркнула Дайя, даже не поворачиваясь к парню, хотя сама какой-то частичкой души была рада его появлению, в другой бы раз она эту частичку отпинала бы конкретно, но сейчас у неё не было на это сил. - Хотелось бы узнать причину, - Джаред вытянул шею, чтобы заглянуть хоть на мгновение в глаза Дайи, которая постоянно прятала свой взгляд за волосами. - Бессонница замучила, - почему-то она сказала ему правду и потом сама же себе удивилась. - Могу рассказать одну квилетскую легенду о бессоннице, но при одном условии. - Каком? - Мы переходим с этого обрыва на плед, и ты надеваешь футболку. - Но это два условия, - Дайя показала два загнутых пальца на правой руке. - Оно просто обобщено, - Джаред сжал губы, чтобы скрыть свою улыбку. Дайя в согласии кивнула и начала подниматься, как пошатнулась и она бы упала со скалы, если бы её не подхватил Джаред. Ему было больно смотреть на измотанность девушки и поэтому хотелось стараться еще больше, чтобы этого избежать. Он поднял Дайю на руки и донёс до пледа, осторожно положив девушку на середину, после чего протянул футболку, которую она стала надевать не сказав ни одной колкости в его адрес, а он откровенно любовался её красотой, в подсознании он старался не обострять внимание на наготе девушки, но физиология всегда брала верх и он ничего не мог с этим поделать, только внутренне бороться с собой, чтобы этого не стало заметно. Дайе футболка Джареда была велика и она больше походила на растянутый балахон, по длине она доходила девушке до середины бедра, а рукава до локтя. Но даже в такой несуразной одежде она была желанна для парня, который в данный момент просто горел желанием быть рядом с голубоглазой, чтобы она вновь не сбежала от него, а лежала невдалеке маня своим прекрасным ароматом и неземной красотой. После того, как Дайя расправила ладонями футболку на животе, то легла на правый бок и заложила под голову согнутую руку в локте, чтобы было удобно наблюдать за человеком, который пока был для неё неизвестной личностью, и она до сих пор не знала как к нему относится, как к врагу или как в другу. Сам же Джаред примостился от Дайи в полуметре, чтобы не пугать девушку близостью, лёг он на спину и заложил под голову свою левую руку, чтобы было удобно не только любоваться ночным небом, но и наблюдать за своей нареченной, которая в тайне от него сейчас любовалась его профилем. Но стоило ему слегка повернуть к ней голову, как она стала внимательно разглядывать рукав футболки, что не могло ускользнуть от Джареда и от этого он улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой, а сердце учащенно забилось. - Ты кажется хотел рассказать легенду, - поторопила парня Дайя. Джаред смотрел на Дайю и ему было трудно переключиться на историю прошлого, когда в груди сердце колотилось с такой силой, что хотело выпрыгнуть, а тело желало просто прикоснуться к девушке, чтобы почувствовать бархатность её кожи, но сделать это он хотел только с согласия, однажды он не удержался и она мгновенно ускользнула от него. - Ты уснул что ли, - Дайя ударила квилета ладонью по плечу. Терпение девушки заканчивалось и ей уже показалось, что это всё было спланировано специально и появилось желание, чтобы встать и уйти в лес, но почему-то тело не хотело ей подчиняться, ведь плед был таким мягким, футболка пахла запахом парня, а от самого Джареда исходил такой жар, что если бы не ветер, то можно было бы покрыться испариной. - Я просто думаю, как начать, - признался Кэмерон, улыбнувшись, и следом произошло нечто для него необыкновенное, девушка улыбнулась ему в ответ и пусть эта улыбка была слегка вымучена, но она предназначалась ему и от этого была самой прекрасной на свете. И после этой улыбки слова стали сами складываться в легенду, которую он еще в детстве слышал от дедушки, но никогда не придавал ей значения, пока не увидел в каком состоянии находится его нареченная. - Когда-то давным-давно, когда одно индейское племя было не такое обширное и подвергалось постоянному гонению с разных сторон и жило в маленьких лачугах, то в одну безлунную ночь у любящей семьи родилась девочка. Казалось, что луна спряталась на небе, потому что была затменена этим прекрасным созданием любви, девочка была круглолица и белокожа, огромные глаза сияли, как два черных бриллианта, а легкий румянец на щеках будто лежащие лепестки роз на них. Имя ей дали Наоми и была она самым любимым ребенком, которого баловали каждый день и каждую минуту, но росла она не напыщенной и злой, а самой доброй, милой и прекрасной девушкой, которая не могла отказать ни одному человеку в помощи, потому что сердце её было велико и хотело делать только добро, принося в их жизни любовь и гармонию. Девочка росла и становилась краше с каждым годом. И вот когда ей исполнилось восемнадцать лет, то она стала самой желанной невестой. Её черные густые волосы сияли даже без лучей солнца, доходили они ей до стоп и никогда не запутывались, талия была тонка настолько, что можно было обхватить двумя пальцами на каждой руке, а лицо оставалось таким же прекрасным, черные горящие глаза в обрамлении пушистых ресниц, которые касались её черных бровей, губы были красными, будто она смазывала их каждое утро клубникой, а щеки при такой бледности кожи, которая не свойственна их племени, всегда оставались румяными. Поначалу ходили слухи, что жена нагуляла ребенка от другого племени, но у всех тогда была кожа красновато-коричневой. Но эти слухи пускали лишь те, кто сильно желал девушку. О да, она была самой желаемой невестой в их племени, но никого не выбирала девушка, оставаясь свободолюбивой и независимой. В один прекрасный день все заметили, что она стала будто вянуть, лицо её приобретало нехарактерные черты усталости, глаза больше не сверкали, а взгляд был потерянным. Испугались тогда её родители и спросили, что происходит и ответила тогда им Наоми, что уснуть не может уже которую ночь. И на вопрос почему, ответила, что видит постоянно одного и того же парня, который будто преследует её. Когда начала она описывать его, то выяснилось, что это Мотоки из другого соседнего враждующего племени. Пошли к нему её родители вместе с девушкой, чтобы выяснить, что за чары он использует черные и коварные. Но как выяснилось, то просто желал он очень сильно девушку, что думал о ней постоянно, и как выяснилось, если думает о тебе человек настолько сильно и искренне и снишься ты ему, то не уснешь до тех пор, пока он не отпустит тебя из своих видений. А отпускал он её только утром, когда просыпался. Долгое время не могли они понять, как быть с этим недугом, но нашли решение. И оно оказалось таким простым, будто всегда лежало на поверхности, но никто не хотел видеть его. - И какое же решение, - перебила Дайя Джареда не удержавшись, отчего он вновь улыбнулся. - Встретились они как-то у границы, где речка протекала бурная и сели на пригорок рядышком, девушка стала мерзнуть, а парень обнял её и в ту же минуту уснула она в его объятиях сном крепким. Как потом выяснилось было это не наваждением и проклятием, а любовью крепкой, которая и породнила два враждующих племени и обобщились они в одно сплоченное племя - племя квилетов. - Ты сейчас намекаешь на то, что я не могу уснуть, потому что нахожусь постоянно в твоих снах, - уточнила Дайя, на что Джаред без слов просто моргнул один раз, подтверждая её предположение. - Назови мне хоть одну причину по которой я не могу разбить тебе нос, - поинтересовалась девушка. Джаред засмеялся и повернулся на левый бок, чтобы их лица оказались друг напротив друга. - Слишком заманчивое предложение, но есть другое решение без побоев, - и Джаред наглым образом схватил девушку одной рукой и притянул к себе, как бы она не брыкалась, но он был сильнее, а объятия очень крепкими, да и она была слишком слаба, поэтому несколько раз взбрыкнувшись, Дайя прислонилась своим лбом к груди Кэмерона и закрыла глаза, мгновенно погружаясь в сон, который опутал её своими объятьями и понять было невозможно, кто её сейчас по-настоящему обнимает. А Джаред боялся не только двигаться, но и дышать, потому что в руках сейчас держал самую настоящую любовь и казалось, что даже если бы не запечатление, то он мог бы просто так влюбиться в эту казалось бы хрупкую девушку, у которой храбрость была самой настоящей, как у львицы. Он понимал её как никто другой. Постоянная опека родителей заставила пойти её против них и закончилось это поучительным уроком не только для неё, но и для Джейкоба с Ренесми, которые до сих пор себе места не находят, думая и гадая, где она и что с ней происходит. Джаред знал, что Джейкоб не будет искать Дайю по всем лесам и не только, потому что доверился ему. Нужно было наведаться в резервацию, чтобы рассказать радостную новость о том, что девушка жива, но пала духом и пока он её не восстановит, то никто к ней не приблизится на расстоянии пушечного выстрела, уж об этом он позаботится. Кэмерон осторожно поцеловал Дайю в макушку и вдохнул аромат её волос, после чего закрыл глаза и сам погрузился в прекрасный сон, где-то глубоко в подсознании прекрасно осознавая, что он обнимает самое настоящее сокровище и нужно быть предельно осторожным. Рассвет наступил очень быстро, как показалось Джареду, и когда он открыл глаза, то внутренняя улыбка сникла, потому что он лежал один, в гордом одиночестве. Он быстро подскочил на ноги и увидел, что рядом с ним на пледе аккуратно лежит сложенная футболка, а на нём цветок, который он приносит ей каждый вечер. Убежала, она опять убежала от него! Джаред обхватил голову руками и сжал так сильно, пытаясь понять причину, что же он сделал не так, почему она вновь убежала от него, почему испугалась проснуться вместе с ним в его объятиях. Также Джаред понимал, что не стоит обижаться на девушку за то, что она не оправдала его ожиданий, он сам виноват, что ожидал от неё больше, чем следовало. Но любви меньше не стало, наоборот, он полюбил её еще сильнее и знал, что будет добиваться её еще яростнее, чем до этого....