Все против меня или Я совсем другая

В одном часе любви – целая жизнь. Оноре де Бальзак

Прошло несколько недель с того момента, как Дайя поняла как сильно ей дорог тот человек, который так внезапно появился в её жизни и как оказалось внезапность спасла их жизни. Сейчас каждый прожитый день не казался однообразным и долгим, будто играла заезженная пластинка, которую сломали, и поэтому она проигрывала один и тот же кусок жизни, где не было радости и счастья, а были лишь боль, огорчение и недопонимание. Но сейчас будто кто-то взял и починил эту самую ненавистную разбитую пластинку, имя которой жизнь. Они жили в лесу, Дайя больше не виделась со своей стаей, которая убежала на другую территорию, будто почувствовав, что сейчас здесь правят более сильные и ловкие, чем они. Джаред поделился с Дайей тем, что он бесплоден и девушка приняла это, понимая, что возможно дети и являются цветами жизни, но она еще не выросла для того, чтобы они у неё были. Ей нужен был сам парень и не важно, что их ждало в будущем, главное, что они были вместе. После первого перевоплощения в волков Дайя и Джаред услышали друг друга, но мысли им были недоступны, казалось, что они люди и могут общаться. Они создали новую стаю, хоть она и состояла всего лишь из двоих - волка и волчицы. Тогда Джаред рассказал о последнем разе, когда понял, что не слышит своих братьев, умолчав о том, что предположил Джейкоб, потому что ему не хотелось травмировать девушку, которая категорически отказывалась поговорить о своих родителях. День сменялся другим днём, пока однажды Джаред не предложил Дайе выйти из леса и зажить своей жизнью, где они будут вдвоем и это не будет Форксом или резервацией Ла-Пуш. Они могут даже пересечь океан и поселиться там, где захочет девушка, ведь им не нужна такая конспирация, как вампирам. Дайя долгое время сомневалась, но в один прекрасный день подошла к Джареду и ответила согласием. - Думаю, что лес и так надолго приютил нас, пора и честь знать, - сказала она ему. Джаред достал из рюкзака одежду для девушки, которую она долгое время не принимала, но когда примерила, то парень обомлел насколько она красива в голубом сарафане на тоненьких бретельках, длина которого доходила ей до середины бедра. - Ди, - Джаред ласково обратился к своей нареченной, - я знаю, что тебе не совсем понравится, но по дороге нужно заскочить в резервацию. Дайя закатила глаза и скорчила смешную гримасу. - А без этого никак нельзя обойтись, - с надеждой в голосе поинтересовалась она, наблюдая за тем, как Джаред надевает на себя черную майку. Кэмерон отрицательно покачал головой, а девушка принялась бурчать под нос, что глаза бы её не видели эту самую резервацию и всех её обитателей. - Если тебе так не хочется идти со мной, чтобы встречаться с квилетами, то можешь подождать меня на границе, я улажу кое-какие дела, и мы двинемся в путь. Данное предложение больше понравилось Дайе, поэтому она положительно кивнула. Джаред приблизился к девушке, которая в сарафане вызывала в нём еще больше желания, нежели чем она была бы без него, и погладил её плечи своими огромными ладонями. - Двигаемся вперед, любовь моя, - засмеялся он и стал подталкивать девушку бедром, чтобы она начала движение. Они даже не подумали о том, что можно перевоплотиться в волков и добежать до резервации в два раза быстрее, потому что понимали, что им спешить некуда, их ждет впереди целая вечность. Поэтому Джаред держал одной рукой девушку за руку, а через плечо другой руки был перекинут рюкзак с хранящимися в нем вещами. Они вышли, когда солнце только собиралось появляться на горизонте, а приблизились к границам резервации, когда полностью стемнело, но это не помешало Дайе увидеть вдалеке всю её семью. В центре стояли Джейкоб и Ренесми, которые держались за руки, рядом с Ренесми стояли Элис и Джаспер, Розали и Эммет, а рядом с Джейкобом стояли Эдвард, Белла и Карлайл с Эсми. Дайя остановилась и повернулась к Джареду. - Зачем? Зачем ты так поступаешь со мной? Зачем привёл их? Она готова была расплакаться, её сердце вновь заныло от ярких воспоминаний, которые выплыли наружу, стоило только увидеть отца и мать. - Дайя, ты сама говорила, что не нужно бежать от прошлого, нужно двигаться дальше, - возразил он. - А ты не сможешь до конца быть свободной и не оглядываться назад пока не встретишь своих родных. Тебе нужно с ними поговорить. Вы должны объясниться. Ну или на худой конец ты должна им представить своего жениха, если у тебя серьезные намерения по поводу меня. Дайя понимала, что Джаред полностью прав, впрочем, как всегда. Но стоило ей посмотреть на своих родных, как все страхи вновь сковали её движения, а щека заныла, будто по ней только что ударили. И ей казалось, что не прошло практически десяти месяцев, как она сбежала от них. Джаред потащил девушку за собой, ближе к тем, кто замер в ожидании, боясь сделать одно неверное движение. Дайя шла и смотрела в глаза Джейкоба, которые светились от радости, вот только для неё не было понятно, что это радость была именно от их встречи. Когда девушка всё же остановилась в двух шагах и замерла на месте, не желая больше делать ни одного шага, Джаред отошёл назад и положил свои руки на её плечи, давая знать таким образом, что он с ней и никуда не уйдёт. Все стояли и смотрели друг на друга. Каждому казалось, что это нереально, а только плод их воображения, ведь время никуда не денешь, а практически год стёр многие границы, которые в прошлом выстраивались по маленькому кирпичику, имена которым были разные «недопонимание», «горечь», «обида», «нежелание», «недопонимание», но имели практически одно и тоже значение в их судьбах. Как дышать забыли абсолютно все. Языки намертво примерзли к небу, и казалось, что никакими даже хирургическими операциями не исправить. - Дайя, - ласково обратился Джейкоб к дочери. Но никто не видел, как пальцы на его руках дрожали от тревоги и испуга. Они смотрели друг другу в глаза, что казалось общение у них происходит где-то за пределами этой вселенной, что общаются только их сердца. Спустя пять минут Дайя заплакала, а Джейкоб в мгновение ока оказался около неё и обнял свою дочь, которую казалось ему больше не увидеть. Объятие было таким сильным, что будь они обычными людьми, то все косточки в их телах дали трещину. - Прости нас, - прошептал он ей на ухо, а девушка заплакала еще сильнее. Ренесми не в силах было стоять в стороне и смотреть на воссоединение, поэтому она вклинилась в их объятия и стала покрывать поцелуями лицо своей дочери. Объятия казалось разрушили все преграды, которые были выстроены когда-то в прошлом. А Дайе только мысленно оставалось благодарить Джареда за то, что он пошёл наперекор её принципам и воссоединил дочь с родителями. Ведь сколько бы они не прошли, сколько бы мест не сменили, она всегда бы думала о них, думала бы, а что было бы если они встретились? Сделали бы они вид, что незнакомы или вновь она получила бы оплеуху. - Мы так счастливы вновь тебя видеть, - от всего сердца призналась Ренесми, стараясь изо всех сил говорить внятно от своих же рыданий. - Доченька, прости, что так с тобой поступили. Это был самый ужасный момент в нашей жизни, который будет преследовать нас всю вечность. - Мама, нет, - Дайя дала волю своим слезам, которые текли по её щекам, сходясь внизу подбородка и падая вниз, и дотронулась ладонью до щеки матери, которая была влажная. - Вы не должны себя корить за то, что я оказалась трудным подростком на протяжении практически века. Всё это время я постоянно задирала вас, испытывая ваше терпение, не понимая, что оно может закончиться. Бежала только за своей вымышленной мечтой, которая казалась тогда для меня всей моей жизнью, что в какой-то момент была готова пожертвовать вами. Я бежала за любовью, которую придумала для себя сама же. Это так эгоистично, знаю. Но обещаю, что исправлюсь.... - Уже исправилась, - перебил её Джаред, который стоял за спиной девушки. - Уже исправилась, - улыбнулась Дайя. - А теперь я хочу познакомить вас с моим женихом. Джейкоб плохо скрывая свою улыбку, распахнул объятия для своего друга, но он только поднял руки вверх и сделал шаг назад. Ему хватило однажды встретится с кулаком Джейкоба, а еще крепких объятий он бы точно не выдержал. Данная ночь стала для Дайя самой счастливой, не считая той, когда она поняла, что любит Джареда Кэмерона, человека, который смог не только доказать ей, что любить возможно и после разбитого сердца, причем любить в разы сильнее, но и воссоединить с семьей, которая казалось уже навсегда потеряна. Когда пролились все слезы счастья и казалось бы закончились все объятия, то огромная семья ушла с поляны, на которой состоялась встреча, в дом, где они сели за большой стол. Джейкоб, Ренесми и Дайя с Джаредом навели себе горячего чая, чтобы хоть чем-то занять себя за разговорами, которые не прекращались и лились без остановок. - Насчет исправилась я, конечно же, погорячился, - засмеялся Джаред, обнимая свою нареченную за плечи, - уж больно она вспыльчивая стала в последние дни. То не то. Это ей не так. На предложение может поохотимся она рычит на меня. На предложение поесть рыбы она вновь на меня рычит и убегает. А на вопрос не хочет ли она искупаться, берет и плачет ни с того ни с сего и опять убегает. Дайя закатила глаза и, сделав глубокий вдох, призналась в одном своём маленьком секрете, который утаивала на протяжении нескольких дней и всё собиралась с силами, чтобы признаться. - Да потому что я беременна, дурачок. Джейкоб поперхнулся глотком чая и стал громко откашливаться, все вампиры замерли будто по команде смирно, Ренесми прикрыла ладошкой рот, чтобы никто не увидел её улыбки, а Джаред казалось превратился в вампира, потому что замер также как и они. - Я думала, что новость будет более радостной, - удивилась Дайя, осматривая присутствующих, но потом дотронулась ладонью до щеки своего возлюбленного и прошептала слова, которые предназначались только ему одному, - готовься стать счастливым папочкой и молись, что ребенок не пойдёт характером в маму. Джареду было всё равно в кого именно пойдет ребенок, потому что его счастью не было предела. Судьба и на этот раз перевернула все его морали и принципы, его мечты и желания. Казалось, что он в глубине души смирился с тем, что не сможет познать счастье стать отцом, как эта маленькая девушка берет и говорит, что ждет от него ребенка. Столько лет пытаться и ничего не выходило, а когда отпускаешь ситуацию и в этой ситуации просто плывёшь по течению, то тебя сбивает огромная волна, которая берётся неизвестно откуда. Но где-то в глубине души он знал, что Дайя и есть та самая волна, его личное огромное цунами, из-за которого он никогда не сможет устоять на ногах. Что она всегда будет сбивать с ног, но также он знал, что она всегда подаст ему свою руку, чтобы он поднялся. Для него это и было определение одного целого. Одна единственная слеза скатилась по его щеке, но для Дайи это было самым громким признанием в любви и радости, что ребенок родится настолько желанным, что может быть избалованным еще в утробе матери. Дайя осмотрела всех присутствующих в комнате и поняла, что абсолютно счастлива. Счастье всегда было рядом с ней, а она брала и отталкивала его. Ей казалось, что если она другая и все против неё, то нужно платить другой стороны монеты, нужно быть грубой и поступать только по-своему не считаясь ни с чьим мнением. И только Джаред смог на протяжении нескольких месяцев практически молчанием доказать, как она была не права. Да, она другая, но зато единственная в своем роде, ни на кого не похожая. И она должна гордиться этим. Благодарить родителей, что подарили ей жизнь. И никто никогда не был против неё, это она старалась плыть против течения, упираясь своими невидимыми рогами, чтобы боднуть любящих её родных как можно сильнее. Также она не знала, что такое истинная любовь, пока не познакомилась с милым, симпатичным и веселым парнем, который попрощался с этим миром, но она смогла вытащить его и не только она, но и он её. Не это ли называется счастьем.