Часть 1
17 мая 2016 г., 17:08
Тот день, когда Леонард и Пенни разругались в пух и прах, казалось, уже не мог стать хуже. Традиционный визит в магазин комиксов отменялся по причине того, что обе половины вышеупомянутой парочки предпочли молча дуться друг на друга каждый в своей квартире, не реагируя на внешние раздражители, а Шелдон до сих пор так и не научился водить. Если бы не этот прискорбный факт, он вполне мог бы свистнуть машину своего соседа – тот бы даже не заметил, поскольку уже второй час сидел за ноутбуком с огромными наушниками на голове. Музыка жужжала на всю гостиную, когда Шелдон, от скуки решивший освежить в памяти словарь клингонского, устроился на своем обожаемом месте.
– Леонард, сбавь, пожалуйста, громкость. Эти высокочастотные звуковые волны мешают мне сосредоточиться.
Просьба, само собой, осталась без внимания. Леонард по-прежнему сидел, уставившись в монитор и чуть заметно покачивая головой в такт музыке.
– Леонард! – повысил голос Шелдон, но ответа не последовало.
Тогда он встал и, подойдя к своему соседу сзади, от всей души потряс его за плечи, словно имитируя землетрясение.
– Леонард!!!
– Рёбаный йод, Шелдон!
Наушники полетели на пол и, хрюкнув напоследок, развалились на части. На пару мгновений наступила гнетущая тишина.
– Ну ошизеть просто, они ведь даже не мои были! – Леонард со страдальческим стоном принялся собирать остатки наушников.
– А чьи? – недоверчиво покосился на них Шелдон. – Надеюсь, ты в курсе, что небезопасно пользоваться вещами, которые до этого контактировали с ушами другого человека? У него хоть есть справка из кожвендиспансера?
– Это были наушники Лесли Уинкл. Она их забыла здесь давно, еще когда мы… ну, того.
– А, ну, тогда и переживать не стоит, – с облегчением махнул рукой Шелдон. – Сейчас я надену резиновые перчатки, и мы это выбросим.
– А я ведь собирался их ей вернуть… Значит, не судьба, – приговаривал Леонард, пока Шелдон в поисках перчаток рылся в шкафу. – Тем лучше. Не будет этого неловкого момента, когда мы оба вспомним то время.
Шелдон оставил в покое шкаф и повернулся.
– Знаешь, Леонард, я всё же считаю, что вещи необходимо возвращать их законным владельцам. Как сказал бы Радж, для очищения кармы. Поэтому ты должен купить Лесли Уинкл такие же наушники.
– Вот еще! Они разбились из-за тебя, ты и покупай.
– Хорошо, – неожиданно быстро согласился Шелдон. – Если ты отвезешь меня в магазин.
Леонард со стоном закатил глаза, однако повиновался. Раз уж пострадать под найденный в недрах жесткого диска альбом «Нирваны» ему было сегодня не суждено, он решил хотя бы таким образом отвлечься от ссоры с Пенни.
Всю дорогу в его голове крутилась песня, на которой, собственно, плей-лист резко оборвался стараниями Шелдона. Нехитрый текст и навязчивый мотив так крепко вцепились в мозг, что Леонард сам не заметил, как начал напевать вслух, бродя между стеллажей в магазине электроники.
– Rape me… – тихонько мурлыкал он себе под нос. – Rape me, my friend…
Шелдон появился за спиной слишком неожиданно.
– Леонард, хватит!
В последний момент подхватив падающую из рук коробку с наушниками, Леонард резко обернулся.
– Да эбонитом тебя потри, Шелдон! Прекрати вот так подкрадываться ко мне сзади!
– А ты прекрати давать мне недвусмысленные сексуальные намеки в людных местах.
Леонард открыл рот от изумления.
– Чего? Да это просто песня ко мне прицепилась! Какие еще намеки?
– Ты поёшь: «Изнасилуй меня, мой друг», – невозмутимо ответил Шелдон, прохаживаясь вдоль полок с электронной дребеденью. – Эта фраза сама по себе – нонсенс.
– Еще бы я стал всерьез о таком просить, – вполголоса пробормотал Леонард и сказал уже громче: – Не надо воспринимать слова песни буквально.
– Вот почему я не люблю музыку, – вздохнул Шелдон. – Стоит кому-то в пьяном угаре черкануть пару строк, и вот уже пипл хавает эту бессмысленную околесицу… Смотри: понятие «изнасилование» подразумевает под собой действия сексуального характера без обоюдного на то согласия. То есть, если бы ты меня просил изнасиловать тебя, то выполнение мной твоей просьбы изнасилованием бы априори не являлось.
Леонард почувствовал, как кровь прилила к лицу, потому что он живо себе всё представил. В красках. Руки предательски дрогнули, и коробка с наушниками в который раз за сегодня остановила свое падение в нескольких дюймах от пола. Шелдон тоже ринулся ее ловить, но вместо этого схватил ладони Леонарда, едва не столкнувшись с ним носами. На несколько долгих секунд они застыли в такой позе, не сводя друг с друга глаз.
– Знаешь, что… – произнес Леонард сдавленным голосом и сунул коробку Шелдону в руки. – Берем вот эти. Ты платишь. Касса там, – выпалил он скороговоркой и поспешил на свежий воздух.
***
Если бы в машине не было кондиционера, Леонард бы точно упал в обморок от перегрева – и тогда здравствуй, ДТП. Об этом он думал, стараясь не смотреть вправо, на самодовольную физиономию Шелдона, который по пути к кассе свернул в отдел игрушек и теперь трепетно прижимал к груди модель локомотива «Big Boy» 1:87. К слову, по этой причине денег на наушники уже не хватило. А проклятая песня продолжала звучать в голове. Леонарду казалось, что проще будет выжечь лазером слуховой центр в своем мозге, чем ее забыть. А заодно тогда уж и зрительный – вместе с той сценой не самого гетеросексуального содержания, которую он благодаря Шелдону имел неосторожность вообразить. И только когда в дюйме от переднего бампера пронесся истошно сигналящий грузовик, Леонард решил, что с него хватит. Плей-лист под названием «На случай острых душевных переживаний» был экстренно удален с ноутбука, а все имевшиеся в квартире музыкальные диски отправились на помойку. И, что не могло не радовать, Пенни в тот же вечер позвала Леонарда к себе – мириться. Правда, он еще не знал, что на большее, чем совместный просмотр клипов Леди Гаги, рассчитывать не стоит…***
– I want your love… Love-love-love, I want your love… – напевал Леонард, открывая дверь своей квартиры. Погруженный в раздумья о том, считать ли примирением их с Пенни чисто дружеские посиделки, в результате которых ему не обломилось абсолютно ничего, он не сразу заметил Шелдона, строящего железную дорогу посреди гостиной. – Знаешь, Леонард, а вот эта мне даже нравится, – подал голос тот и расплылся в такой искренней улыбке, словно ему показали коалу. – Только прежде чем просить моей любви, тебе бы следовало сначала предложить мне свою. – Нет, только не снова! – Леонард закрыл багровеющее лицо ладонями и ретировался в свою спальню. – А уж я бы в долгу не остался, – добавил Шелдон, но сосед его уже не слышал. – Клянусь «Биг Боем».
