Судьба - зловредная штука

      Две последние недели августа прошли незаметно. И вот, Женя уже усердно мыла окно в своем новом кабинете. К большой радости девушки, в классе стояло новенькое электронное пианино, на котором она успела немного поиграть. Так же Евгения уже успела взять всю необходимую литературу в библиотеке и расставить все по полкам. Все оказалось не так страшно, и Жене нравились ее новые владения. Вдруг тишину нарушил резкий стук двери. Женя также резко обернулась и крикнула: — Кто там? В ту же секунду она поняла, что большая половина ее туловища находится за оконной рамой. Нога, стоящая на подоконнике, поскользнулась на мыльной лужице, и молодая учительница потеряла опору… Дальше Женя плохо помнила, что случилось, только сильные руки подхватили ее под талию и за бедро, и с силой втянули обратно в помещение. — Не стоит начинать новый учебный год с самоубийства. — С улыбкой произнес молодой человек в спортивном костюме. — У нас и без вас проблем бывает по горло. Я Толя. Ну, для этих мелких обормотов Цой Анатолий Васильевич— препод физкультуры. Ну как вы после полета? Совсем бледная. — Я так испугалась! Конечно, тут не очень высоко, но все-таки… Я Женя, новенькая. Буду, как вы сказали, этих мелких обормотов приобщать к музыкальному искусству. Физрук еще раз улыбнулся. — Я знаю, меня к вам прислали вот с этой доской, попросили повесить в вашем кабинете. Но, похоже, профессия супермена мне больше подходит, чем завхоза. — Смеясь, промолвил он.        У молодого человека была азиатская внешность и его карие глаза сейчас светились озорством. — Спасибо, что спасли меня. — Ну что мы все на «вы», мы ж почти ровесники, да и в нашем дурдоме мы с тобой самые молодые и типа дерзкие, так что предлагаю сразу подружиться. Женька лукаво наклонила голову на бок и весело ответила: — Прекрасная идея, Толик! Введешь меня, так сказать в курс дел? Анатолий согласно кивнул, и они стали вешать новую доску.       К всеобщему огорчению учителей школы, педсовет начался только в шесть вечера, и недовольная моська Анатоля таки излучала пофигизм и неудержимое желание спать. Женя, как могла, тормошила за плечо нового товарища, чтобы он не упал лицом на парту. — Итак, мои дорогие, позвольте представить вам нашего нового учителя музыки, Семенову Евгению Владимировну. — Торжественно произнесла Ирина Васильевна. Женя привстала из-за стола и смущенно поклонилась присутствующим преподавателям. Их было не так уж и много, кто-то еще не вернулся из отпуска, поэтому в кабинете директора находилось всего-то десять человек. — Евгения Владимировна с отличием закончила музыкальное училище и в этом году заканчивает наш главный педагогический ВУЗ страны. Прошу вас всячески поддерживать нашего молодого коллегу, все вы знаете, что на Евгению в этом году ложиться очень большой груз ответственности в связи с неожиданным уходом… — Этой маразматички. — Тихо шепнул Толик, от чего рядом с ним сидящий трудовик по имени Сергей Степанович чуть не заржал во весь голос. — … Светланы Георгиевны. — Продолжила директор. — Так что, удачи, Евгения Владимировна. Ирина добродушно посмотрела в глаза Жени и продолжила совещание. К концу летучки, Анатоль все ж таки заснул, поэтому Ирина Васильевна громко кашлянула, отчего молодой человек тут же разлепил глаза и пробормотал: — Уже все? — Нет, не все, дорогой наш, Анатолий Васильевич. Последнее нововведение в этом году. Все вы знаете, что нам очень сократили финансирование, грубо говоря, чихать на нас все хотели. Поэтому, теперь, как таковой, школьной формы нет… — Ой, для нашего ирода окаянного Рамма такого слова в принципе, начиная с первого класса никогда не существовало. — Возмущенно произнесла женщина с короткой стрижкой «под мальчика». В последствии, Женя узнала, что это классный руководитель «самого безнадежного во всей школе 10 „А“ класса», и ведет она биологию. — Послушайте, я конечно все понимаю, демократия и все дела, но, по-моему, оставлять Рамма в стенах нашей школы просто опасно для жизней учителей и учеников. — А кто такой Рамм? — Тихонько спросила Женя Толика, на что он быстро прошептал: — Ооооо, Женька, поверь, в двух словах об этом придурке не расскажешь, может я тебя провожу и по дороге все поведаю? — Заметано, — весело ответила девушка. Ирина Васильевна еще недолго рассказывала о последних нововведения в распорядке школы, самым главным было то, что педагоги теперь могут не соблюдать строгий дресс-код, как это было ранее, и к превеликому счастью Жени, можно было носить кеды!

***

      Линейка прошла благополучно. Обещанный синоптиками дождь так и не пролился, и красивая толпа букетов на ножках торжественно прошествовала со школьного двора в здание школы и разбрелась по классам.       Первый урок у Жени должен был быть в 10 «А» классе, и она переминалась с ноги на ногу у входа в кабинет, нервно сжимая журнал в руках и боясь открыть дверь. — Ну что, Женек, успехов тебе в твой первый рабочий день, не бойся. — Спасибо Ирина Васильевна, а вы меня не представите ребятам? — Нет-нет, сама давай, у тебя все получится! — И директор легонько подтолкнула ее к двери в класс. Женя мысленно перекрестилась и вошла в кабинет.       Звонок на урок только что прозвенел, поэтому все ребята уже сидели за партами, хотя ребятами их было назвать уже очень трудно. Женя оглядела этих молодых людей, у которых длинные ноги не помещались под столами и торчали в проходах, и улыбнулась. — Всем привет! Класс дружно встал и в разнобой послышались приветствия: «здрасьте», «добрый день», «а вы кто?». — Садитесь, спасибо. Женя положила на свой учительский стол классный журнал и вышла на середину. — Я ваш новый учитель музыки, так как вы знаете, что Светлана Георгиевна покинула нашу школу. Но не вы не волнуйтесь, я сама тут волнуюсь… Девочки мило улыбнулись Жене, а парни тихо засмеялись. — Так вот, меня зовут Евгения Владимировна, я буду вести у вас такой предмет, как мировая художественная культура. Я прекрасно понимаю, что этот великохудожесственный предмет нафиг никому не сдался… Ребята дружно и одобряюще засмеялись. — Ой, простите, я же говорю, что волнуюсь. Ладно, давайте по-честному, я не предполагала, что буду работать со старшими классами, и я не особенно знаю, как мне с вами быть, потому что с маленькими все просто, а вы уже взрослые люди. Я хочу, чтобы у нас с вами сложились нормальные взаимоотношения, так что, просто приходите на мои уроки. Кто хочет, тот пускай слушает музыку, но только в наушниках, а если найдутся те, кому реально интересно, то я постараюсь подбирать для вас крутой материал. Ну что, идет? Молодые люди растерянно пробубнили что-то вроде: «че, реально? ваще крутяк», и тут, руку поднял темноволосый крепкий парень, сидевший на первой парте возле окна. — Да, какие-то вопросы? — Простите, а вы точно учитель, вам вообще есть уже восемнадцать? Женя оглядела сама себя, именно сегодня она приложила все усилия, чтобы выглядеть солидно. На ней был темно-синий брючный костюм с зауженными штанами и бледно-голубой рубашкой. Она даже пожертвовала любимыми кедами и надела замшевые ботинки на шнуровке. Правда, прическу она не сменила, это был все тот же хвостик. Да, наверное, все-таки на учителя она не очень тянула. — Я, безусловно, могу показать вам свой паспорт, но думаю, что вы поверите мне на слово. Класс засмеялся, а тот самый парень по имени Артем сказал: — Ладно, вы уж извините меня, просто очень непривычно вместо нашей нафталиновой Светы видеть вас. — Все нормально, мы с вами обязательно подружимся. Ну, а теперь, давайте вы мне представитесь. Девушка подошла к своему столу и открыла журнал. — Я буду называть фамилию, а вы вставайте и говорите мне буквально пару слов о себе.       Женя бежала карандашом по списку и называла фамилии, а в классе из-за парт по очереди выскакивали то какой-нибудь мальчик, то девочка. — Киоссе. Женя давно заметила в среднем ряду юношу, чьи колени больше всех высовывались в проход, и чья шевелюра на голову выше всех торчала над классом. — Меня зовут Никита, я натура творческая. Люблю петь и сочинять стихи. Женя довольно кивнула, давая понять парню, что он может сесть. — А еще я этим летом подрос на 2 сантиметра! — добавил тот и сел. Все засмеялись и Женя тоже. А с задних парт кто-то крикнул: — Стремишься до Рамма дорасти? — Не дай Боже. — Ответил Никита, закатывая глаза. Евгения продолжила перекличку: — Мещерская. Девушка со светлыми кудрями встала с первой парты. — Я Полина. Самая обычная. Учусь нормально, хочу поступить на филологический факультет МГУ, нравится литература. — Это чудесно. Я уверена, что у тебя все получится. — Улыбнулась Женя. Девочка села на место, и новоиспеченная учительница продолжила: — Пиндюра. Со своего места поднялся тот самый парень с первой парты у окна, спросивший ее про возраст. — Это я. Зовут Артем. Люблю спорт, с детства увлекаюсь футболом. Хочу поступать на препода физкультуры. Петь не люблю. Никита крикнул: — Это потому что ни слуха, ни голоса! Все засмеялись, а Тема улыбнулся, показал кулак Киоссе и сел на место. — Рамм. Тишина. — Рамм! Женя подняла голову и увидела злорадные улыбки на лицах ребят. — В чем дело? Рамм отсутствует? — Было бы новостью, если бы он присутствовал. — Чуть ли не хохоча отозвался Никита. — Вы про него лучше у Пиндюры спросите — они типа лучшие друзья. — Да, Влад у нас вообще редко приходит на такие предметы как музыка или ОБЖ, вы уж не обижайтесь. — Попытался оправдать друга Тема. — А если и приходит, то обязательно уходит домой через кабинет директора. Это просто лидер всех раздолбаев нашей школы, его даже учителя побаиваются. — серьезно проговорила Аня Богатырева.       Ученики по очереди выдавали какие-то фразочки в адрес этого Влада, из чего Женя сделала вывод, что не очень-то они любят своего одноклассника. Она подняла руку: — Так, тихо, тихо! Дальше давайте, я уже все поняла. И карандаш снова побежал по списку.       В конце урока Евгения Владимировна встала: — Забыла вам сказать. Сегодня утром меня снова обрадовали, вообще весь последний месяц меня только и делают, что радуют. Власти нашей школы поручили мне вести школьный хор. По словам вашего классного руководителя Анастасии Александровны, на этот хор толком никто никогда не ходил, а я в этом году должна что-то из вас слепить. В общем, те, кто будут ходить на хор, автоматически освобождаются от всяких там контрольных по МХК. Надеюсь это будет хорошей мотивацией для вас. Ребята довольно загудели.       В целом урок прошел хорошо и Женя осталась довольна своим боевым крещением.

***

Прошел месяц На дворе уже стоял конец сентября. Толик рассказывал Жене в ее кабинете о безмерном счастье всего педагогического коллектива. Хитроумный ирод Рамм (Женя была удивлена, узнав, что все учителя только так и называют Влада) уже больше четырех недель с начала учебного года не появлялся в стенах школы. Но тут прозвенел звонок на урок, и в класс вломилась толпа десятиклассников, из-за чего Анатоль был вынужден прервать свой увлекательный рассказ.       Сегодня Женя собиралась поведать ученикам биографию великого русского композитора Петра Ильича Чайковского и рассказать историю создания балета «Щелкунчик», но с первых слов поняла, что никто из класса не готов ее сегодня слушать. Абсолютно на каждом лице Женя увидела невероятную грусть и тоску в блестящих глазах. — Че вы такие загруженные? — Спросила она, заметив, что даже вечно веселая Вика Расторгуева растерянно листает страницы своего дневника. — Да контра сегодня по алгебре. А у нас не готов никто. — Отозвался Тема. — А что так? Никто не любит математику? — Да просто училка у нас дура, кто за один день предупреждает о срезе знаний? Мы даже физически не успели бы подготовиться! — Возмутился Никита. — Некрасиво обзывать своего педагога, тем более за спиной и в присутствии другого преподавателя. — Строго проговорила Женя. — Извините. — Осунулся Никита и стал ковырять карандашом парту. — Ладно, все нормально у вас пройдет, это же не итоговая работа. — Подбадривая несчастных школьников, проговорила Женя. Но лица их, казалось, еще больше погрустнели. Женя осторожно постучала в кабинет математики и приоткрыла дверь. — Олеся Сергеевна, извините меня. Хотела вас попросить, можно ли мне забрать у вас некоторых учеников? У меня школьный хор сейчас, а в 10 «Б» с музыкой почти никто не дружит, они же все там будущие светила российской экономики. Разрешите им в поддержку 10 «А» позвать. — Ой, Евгения Владимировна, да без проблем. Забирайте этих лентяев. Пусть потрудятся! — Позлорадствовала Олеся Сергеевна. Она знала, как дети «любят» школьный хор, ведь обычно этот урок был наказанием для самых безнадежных и нерадивых учеников. — Возьмите весь класс, им не помешает. Ребята с нарочито томными лицами стали складывать тетради в рюкзаки и выходить из кабинета. Но как только они высыпались в коридор, то тут же кинулись обнимать Женю, с криками: — Евгения Владимировна, мы вас обожаем! Вы самая лучшая! Спасибо! А Киоссе вообще чуть не задушил в объятиях свою любимую преподавательницу. — Так тихо, а то застукают, не орите так. Пошли, оболтусы, все равно петь заставлю!       И под тихое мурлыканье Никиты: «когда уйдем со школьного двора» ребята, еле сдерживая радостные прыжки по лестнице, спустились в актовый зал на репетицию школьного хора.