слов не надо.

Сидела на широком подоконнике и смотрела в окно на горящие фонари вдоль набережной. Даже не курила. Как-то забылось. Про сигареты и про всё остальное. Литвинова вошла в квартиру. - Зе, я тут. Устала невозможно, умираю. Никто не ответил. - Боже, где ты? Прошла на кухню, включила свет. Певица прикрыла веки от яркой вспышки. - Ну что ты в темноте, а? - Не заметила как стемнело. - Поняла… ты, это самое, опять хандришь. - Имею право на тупую обывательскую возможность посмотреть в окно. Рената подошла ближе, дотронулась до острого плеча. Певица наклонила голову, прикасаясь щекой к её холодной руке. - Я скучала по тебе, Литвинова. - Я — сильнее. Ты ела? - Не помню. - Утром, со мной последний раз? - Возможно. - Боже, тебя нельзя оставлять одну. - Вот и не оставляй. Рената коротко поцеловала в сухие губы, цокнула, шумно выдохнула давая понять, как она не довольна таким поведением. Поставила чайник, достала из холодильника продукты, накрывая на стол. - Земфира Талгатовна, вина? - Тебя. Блондинка рассмеялась и мечтательно закрыла глаза, качая головой. - Меня — обязательно. Но, когда поедим. - Литвинова, бесишь. - Короче, это… ты меня поняла. - Поняла, поняла. Певица обреченно села за стол. - Мне с журнала одного звонили, просят у тебя интервью. - Нет. - Подожди, что ты так сразу. - А как? Мне нечего сказать. - Это очень серьезное издание, они тебя пол года ждут и ровно столько же звонят мне. Сначала, я говорила им, что идет подготовка к туру, потом - сам тур, теперь я не знаю, что им ответить. - Литвинова, ты забыла, как говорить слово 'нет'? - Я просто думала, что тебе это будет интересно и …. - Да нихуя мне это не интересно. Услышала? Рената опустила глаза и сделала глоток вина. - Не груби мне, пожалуйста. - Прости, но ты с первого раза не слышишь. - Слышу. Но, как редактор, хочу поддержать коллег. Это же не простое издание. Я бы не стала предлагать тебе сомнительную компанию. - Спасибо, было вкусно. Очень. Певица с грохотом отодвинула стул, стремительно покидая кухню. Рената обреченно проводила глазами её сутулую фигуру. Есть моментально расхотелось. А допить прекрасное вино стоило. Что она и сделала, с грустью глядя на одинокий бокал напротив. С каждым глотком, всё больше корила себя за неумение промолчать. Последние капли полусухого не добавили радости. Убирать со стола совсем не хотелось, она крайне редко это делала сама. Особенно, последнее время, когда Земфира постоянно была дома. Несколько секунд постояла, обводя взглядом кухню, махнула рукой, погасила свет и ушла в ванную. Горячая вода и холодное вино, смешанное с усталостью дали о себе знать. Улыбнулась, подставляя лицо под горячие струи, смывая эти никому ненужные подробности вечера. Ночь никто не в праве забрать. Певица лежала, укрывшись с головой. Литвинова тихонечко вошла, ныряя к ней под одеяло. - Зе… Попыталась обнять, но женщина не откликалась. - Земфира… Тишина. Медленно перекинула через неё ногу, прижимаясь сильнее. - Литвинова, я с тобой не разговариваю. - О, да. Но…кажется, я с ужина осталась тебе должна. Провела рукой под футболкой, нежно сжимая её грудь. Певица молчала, но на лице заиграли ямочки. Резко повернулась, наваливаясь на блондинку. - Я с тобой всё равно не разговариваю. Рената рассмеялась, обхватывая её за шею. - Хорошо, не говори ни слова… только целуй скорее.