Тюльпан

      Милая девушка, ничего не скажешь, но что-то в ней сильно раздражает, не могу пока понять что. Может, эти длинные, стройные ноги? Ну, светлые волосы, пряди которых так красиво развиваются на ветру? Ох, бежала бы ты от него, девочка, совсем юная ещё. Чонгук ей очаровательно улыбается, придерживая за осиную талию, что-то шепчет на ухо, заставляя мило хихикать обоих. Остаётся только наблюдать за этой парочкой в густых, цветущих кустах. Помнишь, Эмма, такие трюки он и с тобой проделывал: на той же скамейке, в том же самом парке. А, как же, чуть не забыла, он и убил твою прошлую жизнь в этом самом парке. — Чонгук, ты куда? — послышался взволнованный голос девушки. — Подожди меня пару минут, Юра, — сладко отвечает парень, учтиво поцеловав её руку перед уходом. Он сейчас видит меня, но ничего не говорит, знает, что я наблюдаю за ними, но ничего с этим не делает. Парень проходит мимо моей тени, с ухмылкой на лице моргнув ресницами в знак приветствия. Я никак не реагирую, лишь молча провожаю его фигуру взглядом. Чонгук бежит к маленькому цветочному ларьку и, как во все предыдущие дни, покупает полураспустившийся красный тюльпан. — Ты красивая… Что ты хочешь получить от этой жизни? — пряча маленький бутон за своей спиной, задаёт наизусть заученные слова девушке. Они снова и снова бьют по ушам, заставляют вспомнить прошлую жизнь. — Гукки, ты ведь знаешь, что я хочу путешествовать, а моим желанием на данный момент являешься только ты! — пряча смущённое лицо в ладошках, лепечет та. — Хм, тогда этот подарок достоин тебя. — Протягивая тоненький цветок, он с вожделением смотрит в её глаза, украдкой пытаясь разгадать мысли в глупой голове. Искуситель. Змей. — Неспроста тюльпаны несут за собой символ странной любви — вот, что рассказывает легенда о рождении этого прекрасного цветка. Красивая и до боли печальная легенда о Любви и Смерти, — эти слова я никогда не забуду. Чонгук всё также сладко, как и всем предыдущим девушкам, доносит эти заученные фразы, не разрывая зрительного контакта. — Что? Ты серьёзно? Зачем мне твой дешёвый цветок? — вдруг возмущается девушка, не ожидая подобных слов в свой адрес. — Чонгук, ты таким образом хотел меня унизить? Что же, я тебя поняла! Не подходи ко мне больше! — выбрасывая ему в лицо уже потрёпанный тюльпан, она зашагала к выходу из парка, продолжая ругаться себе под нос. А Чон выпрямил спину и истерически засмеялся ей вслед. Эта ядовитая улыбка… — Она ещё так молода. Чонгук, что ты с ней сделаешь? — встревоженно, но довольно обыденно задаю вопрос парню, выбираясь из веток цветущей вишни. Они хорошо меня скрывали всё это время. — То же самое, что я делаю с остальными, — выдохнул он, подходя ко мне ближе. — Не надоело следить за мной каждый раз? — Ей и восемнадцати-то нет. Хочешь оборвать жизнь в столь юном возрасте? — Она сама сделала свой выбор. — Змей! Хочется задушить тебя прямо на этом месте! — гневно рассматривая эти черты лица, выплёвываю каждое слово. — Да, но ты любишь меня, Эмма.

***

      «Неспроста тюльпаны несут за собой символ странной любви — вот, что рассказывает легенда о рождении этого прекрасного цветка. Красивая и до боли печальная легенда о Любви и Смерти» — каждый день прокручиваю эти слова, ожидая возвращения Чонгука домой. В этих фразах можно утонуть, задыхаясь от нехватки воздуха, и медленно, мучительно умереть, что я, собственно говоря, и сделала. Он искуситель, заставил поверить в них, протягивая красный бутон ещё восемь месяцев назад. Он был открытым и милым, преподнося все свои чувства на ладони. Я купилась. Как последняя дура купилась, принимая его полураспустившийся цветок. Не знала, тогда просто не думала, что делаю, ведь я любила тюльпаны, именно красные тюльпаны, которые так завораживали своими гладкими лепестками. Сейчас же, хочется выкинуть открытую зажигалку в воздух над цветущими полями этих цветов и сжечь все к чертям. — Чего в темноте сидишь? — окликает голос прибывшего хозяина дома. — Меня ждёшь? Как всегда. — Убил? — перебирая края кофты, глухо отзываюсь, не поднимая своего взгляда на парня. — Убил. — Ненавижу. Хочу уничтожить тебя... — не повышая тон, спокойно говорю о ненависти. — Ты ведь не сможешь. Ты любишь меня. — Тогда я убью себя. — Ты и так мертва.       Я живу с этим существом уже восемь месяцев. Мою жизнь он забрал ещё тогда, в парке. Мне неизвестно кем он является, но одно я знаю точно — Чонгук убивает девушек, которые не принимают этот цветок, а те, что принимают, не осознавая того, отдают свою жизнь в лапы этому хищнику. За все восемь месяцев я единственная приняла его полураспустившийся цветок. Вернуть бы то время… Лучше бы он убил меня тогда, хороня мою страсть, мою любовь… — Зачем ты ищешь себе ещё одну подопечную? — поднимаясь на ноги, подхожу ближе к нему. — Мне мало тебя. — Ты любишь меня? — полушёпотом спрашиваю, но в ответ молчание. Чонгук всегда молчит, когда я задаю этот вопрос. Он смотрит на меня, не отводя своих глаз, на которые так хочется накинуться и расцарапать ногтями. — Я ненавижу тебя, — злюсь и пытаюсь оставить след от своей ладони на его щеке, но стальная рука перехватывает запястье. — Заткнись, — приторно ядовито говорит он, нагло улыбаясь мне в лицо. — Я ненавижу твою улыбку. — А я люблю твою, — не отводя взгляда, даёт чёткие ответы. — Гори в аду! — Только вместе с тобой, — наваливается всем телом, тут же сдавливая моё, и плотно прижимает к стене. Чувствую, как он дышит мне в шею, горячо обжигая венки. Чонгук сплетает мои руки, заводя их вверх над головой. На запястьях ещё с прошлой недели синяки не отошли, теперь к ним добавятся ещё новые синие пятна. — Скажи, что любишь. Скажи, что только моя, — кусая шею, тихо шепчет. — Ненавижу. Не твоя! — пускаю в ход коленки, пытаясь отбиваться. — Хватит! — пощёчина.       Он бросает моё тело на серую простыню и забирается сверху и стискивает бёдра своими коленками. — Твоя любовь подобна смерти, так предвкушающе сладка, — разрывая чёрную ткань ночнушки, парень с жадностью охватывает взглядом каждый миллиметр тела, заставляя стискивать зубы от злости. — Твоя бледная кожа так и манит изувечить её красными пятнами, — поцелуй в живот, вызывающий стадо мурашек. Ненавижу это чувство, когда хочется большего. — Твой запах, как наркотик, каждую ночь дурманит меня, — он заставляет желать его всё сильнее, нежно лаская пальцами грудь и вырисовывая губами влажные дорожки к плечам, отчего моё тело начинает сдаваться. Пытаюсь себя сдерживать, не издавая никаких стонов, ведь он любит слышать мой голос, но постоянно шумно вздыхаю, издавая звуки, более походящие на стоны.        А он все продолжает, ловко устраиваясь между моих ног и наблюдая, как я кусаю губы и стыдливо отвожу взгляды. Господи, почему я отдала свою душу не тебе, а этому дьяволу?       Резкий толчок, и я судорожно распахиваю глаза, кусая до крови губы, всеми силами стараясь заглушить эту сладкую боль, которую так люблю. Он убивает меня, душит тягучей любовью. Отпусти. Нет, не надо, не отпускай… — Скажи, что только моя! — рычит, вжимая моё тело в простыню с новой силой. — Н-не твоя... — вырывается вместе со стоном, который я так старательно пыталась заглушить. В ответ он ускоряется, жестко сжимая пальцами бёдра.       Нет сил больше сдерживаться. Не могу. Плевать на всё. — Твоя. Только твоя, — обессиленно выдыхаю ему в шею, закрывая глаза в наслаждении. Я таю в руках этого хищника, сдаюсь под его жадным напором. Животное. Убийца. И пусть. Убивай меня долго и сладко, я ведь и так мертва. Будь проклят тот день, когда я отдалась в его руки. Будь проклят ты — Чон ЧонГук. Я ненавижу тюльпаны, сгорите дотла. Пусть ветер разнесёт этот пепел, сметая серую пыль к морю, унося навсегда чёртовы следы растения.

***

      Чонгук надевает свою кожаную куртку, бросая мимолётные взгляды на моё, казалось бы, спящее тело. Он думает, что я всё ещё сплю, но ведь это не так, сон даже близко не пробирался в мою голову этой ночью. Всё время я смотрела только на него, мирно сопящего на соседней подушке, подавляя в себе желание отправить это существо обратно в ад. Но, только один еле заметный взмах его ресниц во сне, и я сдаюсь, утыкаясь носом в шею парня. Ненавижу свою слабость, свою страсть, свою любовь. — Уходишь. Куда? — переступая мелкими шагами по холодному деревянному полу, шепчу ему в спину. — Искать новую добычу, — не поворачиваясь в мою сторону, даёт самый ненавистный мной ответ. — Ты любишь меня? — какой глупый вопрос, девочка.       В ответ гнетущая тишина. Как и всегда. — Так сделай что-нибудь, чтобы я исчезла! Или я сама покину тебя. — Где бы ты не была и где бы ты не пряталась, ты всегда будешь здесь, рядом со мной. Не пытайся меня убить, я и так мёртв. Не смотри на меня по ночам, ведь я не сплю. Не пытайся меня возненавидеть, ведь я чувствую твою любовь. Ты мой цветок, мой распустившийся бутон, мой ярко-красный дышащий тюльпан. «Неспроста тюльпаны несут за собой символ странной любви —  вот, что рассказывает легенда о рождении этого прекрасного цветка. Красивая и до боли печальная легенда о Любви и смерти».