Феромоны - вещь такая...

      POV Тсуны       Вернувшись обратно в класс и получив замечание от учителя за долгое отсутствие, я снова погрузился в свои мысли. Благодаря этому урок пролетел незаметно. На перемене я сбежал из класса раньше, чем ко мне подошли Ямамото и Гокудера-кун. Разговаривать с ними не было никакого желания, объяснять свое необычное поведение тоже не хотелось. Хотя было немного неловко, ведь я видел, что Гокудера-кун не спускает с меня взволнованного взгляда.       Всю перемену я проторчал в кабинке туалета, считая минуты до начала урока. Со звонком я попытался незаметно проникнуть в класс, но споткнулся об чью-то сумку и растянулся в проходе между партами, слушая веселый смех своих одноклассников. Поднявшись под насмешливое улюлюканье, я протопал к своей парте. Сегодня явно не мой день, все-таки действительно было бы лучше притвориться больным и отсидеться дома. Одна радость, хоть учителя меня не трогают.       — Савада, если у вас есть время мечтать о чем-то, то вы, наверное, хорошо знаете тему урока. В таком случае, скажите мне ответ на пятое задание.       Рано обрадовался.       — Я не знаю, сенсей.       — Другого ответа я и не ждал. Два, Савада.       Оставшийся урок прошел без происшествий, и я смог спокойно подумать над странным поведением Хибари-сана и того парня. Должна же быть какая-то причина, почему это происходит. Был бы рядом Реборн, помог бы с этим разобраться… или же побил бы меня, обвинив в неспособности понять все самому. Интересно, куда он сегодня пропал? Краем уха я услышал раздавшийся звонок, который прервал мои мысли, обозначая начало перемены, а значит, пришло время обеда.       — Джудайме, идемте обедать!       — Надо же подождать Ямамото.       — Нет необходимости. Бейсбольный придурок пошел к тренеру, ему нужно обсудить стратегию следующей игры.       — Ну ладно, раз так, то идем.       Путь до крыши мы проделали в тишине. Я полностью погрузился в свои мысли, а Гокудера-кун не отвлекал меня. Обед также прошел в молчании. Лишь изредка я ловил на себе долгие взгляды Гокудеры-куна, хотя и не задумывался над их значением. Когда последний кусочек бенто был съеден, раздался голос Гокудеры-куна:       — Десятый, я… — он ненадолго прервался, замявшись и едва заметно покраснев, — я хотел сказать… Простите меня, Десятый.       С этими словами Гокудера-кун наклонился к моему лицу и прикоснулся своими губами к моим. Его губы были мягкими и теплыми, а горячий язык нежно провел по моим губам, раздвигая их и проскальзывая внутрь.       От неожиданности я опешил и замер, даже не сопротивляясь. Язык Гокудеры-куна в это время пытался протолкнуться в мой рот, преодолев зубы. В это же время его рука обвила меня за талию, а вторая дотронулась до затылка, удерживая мою голову и не давая отстраниться.       Все еще пребывая в шоковом состоянии, я не сразу заметил, как оказался прижат к полу. Руки Гокудеры начали блуждать по моему телу, понемногу возбуждая. Лишь когда он прикоснулся к ширинке на моих брюках, я отошел от удивления и завозился под прижавшим меня телом, стараясь вырваться. Потянув парня за волосы, я прервал наш поцелуй.       — Гокудера-кун, прекрати, — мой голос дрожал, а из горла с хрипом вырывалось сбитое дыхание, будто я пробежал кросс. В подтверждение своих слов я попытался оттолкнуть Гокудеру-куна.       Мои слова и попытки вырваться подействовали на друга, и он оторвался от моего тела, немного отползая назад, а его взгляд стал более осмысленным, скрывая пелену возбуждения. Встретившись со мной глазами, Гокудера-кун сильно покраснел, залившись краской до самых ушей, и склонил к полу голову, в очередной раз прося прощения.       — Джудайме, простите меня! Это все моя вина. Вы мне нравитесь, а сегодня от вас так маняще пахло, и вы выглядели таким… Я не сдержался. Если сможете, то извините меня, мое поведение не достойно правой руки босса Вонголы! — закончил Гокудера-кун, упираясь лбом в сложенные на полу руки. Он протараторил все так быстро, что до меня до конца не дошел смысл его слов.       Я поднялся, поправив одежду, взял свои вещи и поспешил удалиться с крыши, сказав напоследок, что не обижаюсь и хочу побыть один. В который раз за сегодняшнее утро я направлялся в туалет. Сердце громко стучало, а мысли путались, нужно было срочно привести себя в порядок. Где-то на задворках сознания возникло неприятное ощущение, что я кого-то предал. И этим кем-то был не Гокудера-кун. В глубине души стало немного больно и стыдно. Сейчас не было так противно, как в том момент, когда ко мне в туалете приставал парень, чье имя я так и не вспомнил. Сейчас тело откликнулось, но внутри все сопротивлялось происходящему, и я смог оттолкнуть Гокудеру-куна без чьей-либо помощи. Без помощи Хибари-сана… Почему же тогда в кабинете я также не оттолкнул и его? При воспоминании о нем по телу разлилось странное тепло. Было странно чувствовать что-то подобное. Мысль о том, что мне может нравиться Хибари-сан пришла в голову совершенно неожиданно. Я не смог обдумать ее до конца, как услышал оклик:       — Привет, Цуна-кун. Как твои дела? Ты сегодня какой-то странный, — послышался обеспокоенный голос Киоко-тян.       — Киоко-тян, доброе утро, все отлично, — улыбнулся я, стараясь скрыть свои настоящие эмоции. Было приятно от того, что Киоко-тян волнуется обо мне. Она продолжила что-то говорить, но я уже не слушал ее.       Такая же красивая, как и всегда, она уже не вызывала во мне тех эмоций, что раньше. Я чувствовал, что Киоко-тян мне по-прежнему нравится, что я также радуюсь, видя ее улыбку, но чего-то не хватало. Этого не было и раньше, просто я не замечал. Сейчас я понял, что чувства, которые она во мне вызывала, были сравнимы разве что с родственными. Киоко-тян мне дорога, но как сестра, которую я не хочу давать в обиду и которую хочу защищать. От осознания этого бросило в дрожь. И почему я раньше не замечал этого?       — Ну, так ты согласен? — вывел меня из размышлений голос девушки.       — Прости, Киоко-тян, я немного задумался и прослушал. — Стало жутко неловко.       — Я и Хару хотим пойти в кафе после школы. Не хочешь прогуляться вместе с нами?       — Не получится, мне нужно задержаться после уроков, — говорить, что меня оставили за прогул не хотелось.       — Жаль. Тогда в другой раз, — мило улыбнувшись, сказала Киоко. — Цуна-кун, а с тобой точно все в порядке? Ты выглядишь больным, — в голосе Киоко-тян послышалось волнение.       — Все хорошо, просто устал немного. Я, пожалуй, пойду, до встречи.       — Пока, Цуна-кун, увидимся.       Разговаривать дальше не хотелось, поэтому я попрощался с Киоко-тян и продолжил свой путь, прокручивая в голове сделанные выводы. Кажется, я влип.