Тройная жизнь

— Пресс, торс, банки… Да я Бог!  — Ну-ну, уж кому-кому, а не тебе богохульствовать, ангелок, — выкатился на скейте из-под машины заказчика Сасори в заляпанной мазутом спецовке, сел и устало выдохнул. — И вообще, ты у меня по ночам вроде появляешься, чего сегодня тут забыл?  — Хм, а то не знаешь? — перестал разглядывать себя Узумаки, поставив руки в бока и хмыкнув. — Иногда хочется и человеческим вещам порадоваться, сейчас придёт Саку и можно отпраздновать наше участие!  — Да не галди ты! Ещё ничего не известно, — нахмурился Акасуно, но по блеску в глазах ясно, что сам верит в то, что всё пройдет нормально. Зазвенел колокольчик, оба парня устремили взгляд к парадной двери, где стоит Сакура. Но вот её лицо…  — Не вышло? — на выдохе вырвалось у Наруто, девушка отрицательно махнула головой, но в лице не поменялась. Поникший взгляд, уголки губ опущены, холодность. — А что тогда?  — Мы прошли. Первое соревнование будет уже на той неделе в четверг, место сообщат потом. А вот… Дейдара вернулся в город. Повисла тишина, парни переглянулись и, словно по команде, крикнули:  — ЧТО?!  — Какого черта, эта гнида…?!  — Он без причины не является! — перебил товарища Наруто, начав ходить из угла в угол, блуждая взглядом повсюду, словно здесь можно найти ответ. Но в итоге резко обернулся и прямым тоном командира высказался. — Он уже связывался с тобой?  — Нет, — всё так же ответила Харуно.  — Откуда тогда новость?  — От них, — подняла указательный палец правой руки розоволосая, тут же сложив руки на груди.  — А почему я ничего не знаю?  — Она гугл? Успокойся уже, — шикнул Сасори, вставая на ноги и подходя к сестре, что сделал и Узумаки. Став в круг, словно заговорщики, ребята начали более бурное обсуждение. — Пока особой паники не поднимаем. Мы ничего противозаконного не делали, Сакура так же продолжает оберегать и посылать Учиху.  — Да, но проблема-то не в этом… — нахмурился блондин.  — Знаю, — сложил руки на груди красноволосый. — Но и прятаться, как? Ещё и в этих телах!  — Для начала, — прервала «истерику» девушка, — стоит мне стереть некие воспоминания.  — В смысле… — вздернул правую бровь Наруто.  — Ок, опять к нему?  — А ну погоди, Сакура! Что ты сделала, что это может «понравиться» Дейдаре? — Взгляд блондина, словно вонзился в подругу, которую это прямо говоря даже не задело, словно лень ответить так же. — Я с кем говорю? Молчание, которое уже начало затягиваться. Наруто поднял руку, намереваясь положить её на плечо девушке, но та перехватила его за запястье.  — Обнималась с тобой или у тебя склероз?  — ЧТО?! — тут уже за грудки Узумаки поднял над собой Сасори, просто убивая товарища взглядом. — Это когда было-то, окаянный?!  — Ты тогда ел, — просто ответил голубоглазый, ударив по рукам друга, от чего тот шикнул и бросил его, но ангел без проблем приземлился на ноги.  — Ну, тогда к чему твои допросы были?! Её к Орочимару тащить надо! Их прервал стук в дверь и то, что это был именно стук, насторожило и заставило все три сердца вздрогнуть. Не прошло и полсекунды, как Наруто выставил руку на стоящую к нему спиной Сакуру и в один миг девушку засосало в пространство, словно в воронку, она только и успела, что ошарашенно глянуть на него.  — Войдите, — сглотнул Сасори, сжав в руке отвёртку. Дверь медленно открылась, словно растягивая интригу и в здание зашёл он…  — Интересное местечко, — с надменностью и холодом произнёс гость, всем своим видом не вписывающийся во внешнюю «убогость». Только подумать: вокруг банки, гайки и грязь, а этот мужчина заявился сюда в дорогом черном костюме, в белоснежной рубашке и лакированных туфлях. Его волосы всё же немного сбивали облик серьёзного бизнесмена, они длинные и завязаны в высокий хвост, лишь блондинистая челка свисает, скрывая половину лица. Ангельская внешность словно ослепляет всё вокруг, если бы не взгляд маньяка, то ему удалось бы многих убедить в своей «невинности».  — Вот это да, — наигранно расширил глаза Акасуно, — сам ревизор к нам пожаловал! С какой же радости, к нам, холопам, заглянули?  — Хм, — засунул руки в карманы мужчина, по-прежнему ухмыляясь, но теперь давя взглядом Акасуно. — С каких это пор… Красноволосый тут же выплюнул кровь, красная субстанция полилась у него из рта и носа, сам он стал падать, хватаясь руками за стол рядом.  — ...какой-то замухрышка демон так разговаривает со мной? А ты? — обратился он к Наруто, но тот даже не шелохнулся. Они с этим гостем одного роста и у обоих ядрёные голубые глаза, поэтому когда их взгляды столкнулись, ясно стало только одно — равные. — Что ты забыл с этим демоном, Нуриэль?  — Сейчас, — таким же тоном, но без нотки дружелюбия, сузил глаза товарищ Сасори. — я человек по имени Наруто Узумаки, ты же Дейдара Тцукури и даже если ты здесь по заданию — не забывай, что это за мир.  — Оу, конечно. Мне только и нужно, что поговорить с нашей «пташкой», — пожал плечами Дейдара, издавая наигранный смех. — Вот только понимаешь юмор… Куда я не пойди, её нет. Только что почувствовал её тут. Может позовёте?  — Без проблем, только перестану кровью блевать и сразу же! — съязвил Сасори, всё ещё сидя на коленях. И пусть Дейдара смотрит на него, как на червя, демон продолжает пилить его яростным взглядом.  — Точно. Хорошая идея, позвать твою полукровку сестру, только… Не ты ли её и упрятал от меня, щенок?  — Самаэль! — рявкнул Узумаки, тут же обращая внимание на себя. — Ты сам чувствуешь, что её нет. Этот демон здесь ни при чём, уж кого и стоит спрашивать за контроль, так точно не его!  — А человеческий облик на тебя дурно влияет, брат. — леденящим голосом отозвался Самаэль-Дейдара. — Но я не буду тебя отчитывать, да и убивать собаку тоже не буду, — на этих словах кровь у Сасори остановилась и он стал тяжело дышать, стараясь прийти в форму, — не в моих планах. Всё, что мне надо, это проверить воспоминания Сакуры Харуно и я оставлю Вас до следующей проверки.  — Понимаю, но ничем помочь не могу.  — А не ты ли, На-ру-то, — сказал по слогам это имя, словно издеваясь, длинноволосый блондин, — за ней присматриваешь? Кто знает, может сейчас она весело проводит время, снимая печать с Учихи? — Увидев, как блеснуло в глазах Узумаки, Тцукури усмехнулся и, обнажая зубы, добавил, — У него в койке.  — Думай, как хочешь, ЭТА Сакура так не сделает.  — Хм, — понимая прекрасно, что нашёл болевую точку, Дей словно и не думает останавливаться давить на собрата. — Но и ты её тронуть не можешь, вот так ирония! Забавно, что ты до сих пор стараешься вернуть всё как есть, когда этой грязи пора стать демоном до конца.  — Ты сюда проверять пришёл или мне указывать? — ровным тоном прервал его остроты Наруто, посмотрев на проверяющего так, что Тцукури без лишних слов умолк. — Если второе, то не советую, а в остальном — ищи Сакуру, а не языками с нами чеши.  — А ты прав, что же, — резко развернулся на каблуках он, направляясь к выходу и перед самым уходом бросив презренный, словно загоревшийся взгляд на Узумаки. — Надеюсь Вы двое держали себя в руках, а то твоей драгоценной Аглее смертельной опасностью станешь ты, а не Учиха. Дверь закрылась, настала тишина. Наруто сжал кулак до такой степени, что ногти вонзились в кожу ладони и из неё тоненькими струйками потекла кровь.  — Надеюсь, ты отправил её +примерно туда, где живет змейка? — Набравшись сил, встал на ноги Акасуно, грязным рукавом вытирая с лица кровь, но стало лишь хуже — теперь он ещё перепачкался в мазуте.  — Да, хоть и не знаю сам где это, но думаю, она разберётся, — продолжает пилить входную дверь взглядом Узумаки, словно ожидая возвращения Тцукури, чтобы набить ему рожу. Но никто спешить назад не думал. — Ублюдок. *** Новый дом. Мне пять лет… Мама и папа о чём-то говорят на первом этаже, я же со всей прыти стал бегать по комнатам, изучая свои новые владения. Первый этаж быстро был изучен, задний двор оставлю на сладкое. Уж очень хочу увидеть свою комнату на втором этаже! Побежав туда, кое-как услышал просьбу мамы быть осторожнее и лишь крикнув ей в ответ «угу!» несусь дальше. Второй этаж! Я всегда мечтал об этом! Забегаю в первую попавшуюся комнату, ещё пустую и такую просторную! Бегаю по кругу, как дурак. Интересно, это будет моя комната или родителей? Пока остальные не посмотрю, всё равно не решу! Но вот мои глаза заметили большое окно, раскрытое нараспашку и впускающее сюда легкий летний ветерок. От восторга подбегаю к нему и высовываюсь на максимум, едва заметно страхуясь и разглядывая открывшийся вид.  — Круто! — выкрикиваю я, улыбаясь. Снова подул ветер, я понежился от этого ощущения и вдохнул сладкий запах, понимая что кто-то из соседей готовит ароматный суп мисо! Как же есть хочется… Резко разворачиваясь, я решил побежать назад и попросить у мамы что-нибудь пожевать, но так как я держался на носочках, они резко и больно подвернулись и я стал шататься, закружилась голова. Я полетел вниз… Крик вырвался из моих губ, ветер теперь не ласкал, а словно давил на меня, увеличивая скорость падения, а затем и удара, который вот-вот последует и убьёт меня. Вдруг я почувствовал, что меня подхватили чьи-то руки в полёте… Мама? Я завис в воздухе, просто вися на спасительных руках. С большой опаской я открыл глаза и тут же расширил их. Два метра отделяло меня от земли, но почему я повис тут? Резко подняв голову я замер и уставился на два больших и ярких зелёных глаза девочки примерно моих лет. Подул ветер и её волосы стали ласкать моё лицо, я забыл что вишу над землёй и уставился на неё, не смея моргнуть. Она тоже не моргала. Я не знаю, сколько так смотрел на эту необычную девочку, но вдруг почувствовал под ногами траву, а затем мою руку отпустили, но я не смел опускать головы, как завороженный смотря на чудо. Девочка висела в воздухе, также рассматривая меня. Затем она посмотрела мне за спину, что заставило меня тут же обернуться. Но там ничего не оказалось, а когда я повернулся назад, её уже не было… *** Учиха встрепенулся и стал потягиваться. Вот же, уснуть за компьютерным столом! Хотя он тут по делу торчит, ему делать анализ по биологии. Закончив, он выпрямился и посмотрел на часы. Почти 8 вечера, однако. А кто сказал, что этот анализ «горит»? Хотя… Карин его прибьёт, если он не сделает это. Но после сна сразу сесть за работу не вышло, мысли возвращаются ко сну, а точнее воспоминанию… Так странно, что ему эта детская выдумка приснилась, ведь явно летающего ребёнка он просто выдумал. Хотя тогда в детстве это был целый месяц впечатлений, ведь дом в котором они с семьёй живут по сей день, казался ему волшебным и он ждал возвращения этой девочки. Но её всё не было и вскоре она забылась. «Где только таких девочек найти можно, розовые волосы, зелены гла…», — парень осекся. Перед ним всплыл чистый взгляд и недавний кошмар, когда всё те же глаза, но взрослые и проницательные, смотрели на него с опасным холодом. При том, их обладательница спасла его… А ведь под это описание подходит Харуно, тут и думать не надо. Глупо так, но всё же. Да и вообще эти сны, к чему они? В последнее время всё стало странным, начиная от этого спора, который уже, слава Богу, закончился, и заканчивая его дружком Узумаки… Кстати о последнем, что-то он затих, уже два дня от этого шумного парня не слышно ничего. Учиха набрал номер Наруто, послышались гудки, но затем стандартная фраза — абонент недоступен, просить оставить сообщение после сигнала.  — Жопа куриная, — оставил свою 4 запись, дабы получилось полноценное сообщение. Теперь когда блондин будет по очереди прослушивать, выйдет примерно это: «Я давно хотел. Тебе признаться. То что ты для меня всегда так же важен, как. Жопа куриная». — Остроумно? Нет. Смешно? Ну… На уровне детского сада прокатит, а Наруто, на взгляд Учихи и не выше. Хотя, последние события и заставляют задуматься над личностью друга, но уверенность в том, что он знает шумного блондина, как облупленного не покидает темную голову. Тут ему на телефон приходит сообщение. Неужели «Нарутка» объявился? Но начав читать, Учиха понял то, что не понял ничего. «Знаешь, многие любят. Многие страдают… ИЗ-ЗА ТЕБЯ! Ты козёл, я сейчас стою под твоими окнами и если не выйдешь, я тебе окно разобью! Увел у меня девушку, думаю дам жить спокойно?!». «Ты хоть кто, мститель?», — вздёрнув брови, ответил Саске. Но тут же, как СМС дошла до отправителя, окно на первом этаже с треском разбивается, заставляя брюнета вскочить на ноги. «Что за чёрт…», — одновременно и испуг, и понимание, что это была не шутка и возможно этот неадекватный сейчас проберётся в дом… А он снова один, как же весело! Выйдя из комнаты, Учиха быстро спустился вниз к источнику звука, как ему показалось из кухни. Но войдя туда, он включил свет и увидел совершенно целое оконное стекло. И что это тогда было? Расслабился он зря, удар нанесли со спины, взяв напольную вазу для зонтов и разбив её об затылок брюнету. Но потерял сознание он не сразу, вначале упав на четвереньки и получив вдогонку удар с ноги по спине… Дальше темнота, но сознание не ушло. Удар, ещё удар, ему кажется его избивает не один человек. Но сил ответить на это нет, как и пошевелиться… Каждый раз боль волной накрывает тело и режет так, словно острые иглы проникают по каждой вене и устремляются прямиком в сердце. У нападающего нечеловеческая сила, ведь последующие удары стали проникающими… Что-то пронзается в его тело и дерёт кожу с мышцами и сухожилиями, вырывая из него ужасные крики боли и шока, что кажется, они эхом отражаются от стен… Хочется кричать, шипеть, убить… Ярость всё сильнее, понимание своей беспомощности и жалости ранит больше, чем зубы и когти, разрывающие тело. Он что, так и умрёт от рук неизвестного, даже не попытавшись дать отпор? Эта мысль за миг, словно яд, ударила в голову, сочетаясь с адской болью и собственными криками, создала распирающую жажду растерзать. Учиха закрыл глаза, умолкнув, а дальше уже было не сдержаться…  — СДОХНИ! — вырвалось вместо очередного крика. Взрыв, землетрясение, ураган, нельзя описать однозначно то, что произошло. Но от тела Учихи разошлась волна энергии, которая разорвала на шмотки нападавшего и начала мотать остатки органов по всему этажу, разбивая вещи и окрашивая всё в алый цвет. Саске встал на ноги, его глаза полностью залились черным. Он поймал правой рукой в водовороте органов желудок, с мотающимися на нём кишками и оскалившись прокусил орган, вырывая кусок плоти и пуская кровь по своему подбородку. Этот вкус… Сколько гамм может иметь вкус? Это неописуемо, экстаз пробил всё тело, он не обращает внимание на то, что его пачкает кровь и на то, что от смердящего запаха, уже любого человека стошнило бы. Сейчас это самый сладкий и желанный для него аромат. Дверь слетает с петель и тут же, скрестив руки перед лицом, на это смотрит шокированная девушка. Саске обернулся на неё и оскалился, словно улыбаясь, его зубы стали острыми, ногти отрасли, на коже появляется чешуя… Она убрала руки от лица и стала прямо. Не в стойку, а гордо выпрямилась и смотрит в его нечеловеческие глаза. Учиха дышит ртом, в зубах застряли ошметки желудка, который он сжал сейчас в руке так, что из того потекла кислота и кровь, из кишков же полезли экскременты… Они смотря друг на друга, ураган из крови и переломанных в труху органов и костей вместе с сломанными вещами набирает силу, что режет их обоих, но нарушить эту паузу словно смерти подобно. Сакура медленно, не сводя с него глаз, направила руку к карману толстовки, на что Учиха зарычал, но с места не сдвинулся. Она достала оттуда пакетик донорской крови, которая уже свернулась триста раз и бросила ему под ноги. Саске, поворачивая голову то на пакет, то опять на Харуно, приспустился на колено и когтем проткнул сосуд, пуская вязкую и тошнотворно воняющую жидкость человека наружу. Но этот аромат примкнул к вихрю в комнате и Учиха, вдыхая испарения, закатил глаза и улыбнулся, словно наркоман получивший дозу.  — Прости меня, — опустила взгляд девушка, сжав кулак, — я не успела… Но он не слышал. Учиха в аромате крови, в чувстве непрерывного экстаза. Но затем он замер и посмотрел на неё, опуская голову на бок, напоминая психбольного.  — Иди сюда, — раскинула руки девушка, улыбнувшись тепло и нежно, словно всё понимает и не осуждает его. — Убей. Больше слов не надо, животное все поняло. Нет разума, нет смысла, есть кровь и то, что можно вырвать и сожрать из её тела, глотая по кусочку или сразу целыми частями, зверю всё равно… Он рванул с места, буквально четыре гигантских шага хватило, чтобы оказаться почти у цели. Хотя глаза покрыты мраком и горят от голода, такая легкая добыча! Вот же удача! Ещё шаг и вот она, на расстоянии вытянутой руки. Тонкая шейка, упругое тело, столько плоти… Его голод уже нестерпим!!! Зверь и сам не понял, как его схватили за шею и подняв, перекинули через себя, впечатывая в стенку. Саске поднял на неё глаза. Сакура медленно подходит к нему, вся теплота и понимание исчезли, стоило только взглянуть в её глаза и инстинкты тут же почувствовали то, что в начале не дал осознать голод…  — Это ты так себя проявил? До чего ты пал, Учиха? — с безразличием смотрит на него полу-ангел, тут же ногой ударяя прямо в лицо, чем ещё сильнее впечатывает в бетон, вызывая рык боли и звук сломанного черепа. — Это мне впору рычать. Она убрала ногу и пока Учиха сползает на пол, достала фляжку из другого кармана, показывая её парню и видя, как поднялись его брови, что не могло не вызвать у неё усмешки. Зверь явно понял, что это…  — Запомни этот день, что тебя можно остановить этим. Даже жалко, раньше ты мне давал повод бояться за свою жизнь, а теперь, — она сорвала крышку и только хотела вылить на него святую воду, но Саске подорвался с места и перехватил её руку, с ненавистью смотря прямо в глаза. Но Харуно улыбнулась ещё шире, так безумно, словно готова залиться смехом и зверь даже не посмел продолжить залом, не отрываясь от глаз этой «хищницы». — Жалкая попытка. Она роняет сосуд на него и всего жалкие четыре капли попали на кожу, но вот что от них началось… Саске оттолкнул от себя девушку так, что она полетела в конец другой комнаты, но по пути затормозила приземлившись на корточки, наблюдая, как прекращается ураган и Учиху начинает выворачивать на полу… Он не кричит, задыхается скорее, катясь по полу от стены до стены и словно пытается разодрать себя же на части, оставляя ужасные порезы от ногтей на и без того изуродованном теле. Но процесс пошёл, появившаяся в некоторых местах чешуя начала отпадать, глаза вернулись в нормальное состояние и когти словно отвалились, оставшись в его же теле. Сакура подошла, к казалось бы, уже еле живому телу и подняв с пола не до конца пролившуюся фляжку, начала поливать его святой водой, говоря на не знакомом для любого человека языке. В дверях раздались аплодисменты, но Сакура даже бровью не повела, продолжая лить воду, чем заживляет раны парня, которые затягиваются, испуская пар.  — А я всё думал, где же ты пропадаешь… Почувствовав твою энергетику здесь, даже решил, что ты снять печать решила, а нет. Вот только, чего это у него она надломлена а, Сакура Харуно?  — Это мой вопрос, — холодно ответила девушка, резко повернувшись на ангела Тцукури. Тот же посмотрел на неё пронизывающе ещё секунды две и тут же расплылся в улыбке.  — Какая ты догадливая, девочка. Она встала на ноги, словно закрывая собой тело Учихи и смотря на Дейдару с таким презрением и остротой, что тот не может не усмехнуться ещё сильнее. У них разная весовая категория, в случае драки Харуно могут и убить, но её ярость этот факт не останавливает.  — Напасть на моего подопечного, выудив гниль у него внутри, надломить печать? В своём ли ты уме?  — Как дерзко для полукровки, — прошёл внутрь здания Тцукури, идя медленно и словно растягивая своё приближение, продолжая говорить властным тоном. — А не забылась ли ты? К тому же, ты оказалась настолько неуловима, что кроме как вынудить тебя его спасти у меня не осталось выхода. И то, я смотрю не особо мы спешили… Он остановился буквально в нескольких сантиметрах от неё, давя взглядом, но у «мелкой блохи», кем окрестил её мужчина, хватает сил и наглости убивать его своими ядрено зелёными глазами.  — Надломлена печать. Внутри неё один из самых мощных демонов, что убил не одну сотню ангелов. Ты, боевой ангел, не понимаешь, что он может пробудиться теперь?  — Кто сказал тебе такую чушь? — сверкнул глазами Дей, не убирая с лица «дружелюбной» улыбки. — Его до конца можешь пробудить только ты. Теперь же лишь будут появляться некоторые воспоминания, его запах заинтересует многих существ… — На этих словах Сакура стиснула кулак, глядя на ангела не смыкая глаз и вызывая у того лишь усмешку. Как смешно шутить над слабаком. — В общем, у кого-то станет больше работы, не потрясающе ли? А теперь, давай свою руку. Как джентльмен Тцукури протянул Харуно ладонь, словно собирается пригласить её на танец. Девушка медленно вложила руку в его ладонь и тут же её тело пробило, она поднялась в воздухе, выкатив глаза и раскрыв рот, из которых вырываются лучи яркого белого света. Всё закончилось так же быстро, как началось. Тцукури отпустил руку девушки, которая упала перед ним на колени, вся сжавшись и трясясь.  — А ты не перестаёшь меня удивлять, сладкая чертовка, — улыбнулся ангел. — Что же, проверка пройдена отлично, сделаю тебе подарок. Он расставил руки и тут же поднялся новый вихрь, но на сей раз этот ветер стирал кровь и восстанавливал сломанные вещи, приводя комнату в порядок. Быстро вернув всё в нормальное состояние, Тцукури подмигнул Сакуре, которая всё ещё сидит на коленях и не может прийти в норму.  — До следующего раза. И растворился в воздухе, оставляя гробовую тишину. Сакура на коленях повернулась к Учихе и легла рядом с ним, смотря на потолок. Медленно повернув голову к парню, она закрыла глаза, поджав губы. Она протянула руку и положила ладонь ему на лицо, пальцами поглаживая кожу бессознательного Саске. Он не подумает на «очередной сон», но Сакура уже знает, что с этого дня все дни, что будут наступать в его жизни, начнут превращаться в пытку… Для них троих. Из её правого глаза покатилась слеза, медленно оставляя мокрый след на лице, хотя оно грустью искаженно не было, лишь сострадание во взгляде. Или это иное чувство? Она молчит, всматриваясь в каждую черточку лица. Раны по прежнему затягиваются на теле, испуская пар. Вокруг такая тишина, словно её не может нарушить ничего, такие редкие минуты покоя…  — Аг…лея… — вырвался из уст тихий шепот. Сакура тут же резко убрала руку с его лица, расширяя глаза. — Агл…е...я… Девушка проглотила комок и,вставая с пола, выдохнула, в миг возвращая свой привычный вид, маску которая уже срослась с ней так, что без неё жутко себя представить. Поднимая брюнета на руках как девушку, словно он ничего не весит, Сакура понесла его на второй этаж, продолжая с каменным лицом слушать его бред, в котором он повторяет урывчато и помешано, одно единственное имя — Аглея.