В Теле Злейшего Врага...

Драко

Все эти дни, начиная с того, когда мы отправились за ингредиентами, сильно изменили кое-что во мне. Я согласился на эту глупость только потому, что я уже чувствовал себя частью Золотого Трио. Да я и был ею! Почему я усадил Грейнджер к себе на метлу? Не знаю, но от одной мысли, что Гермиона будет прижиматься к Уизли, мне становилось плохо. Не знаю... Скажете, ревность? Нет... Но я ни разу не чувствовал ревности, поэтому точно сказать не могу. Почему не разбудил ее? Вот этот вопрос будет посложнее. Было тепло, но... Думаю, если начну заливать вам о том, что мне было удобно, поверит в это только Грейнджер, поэтому давайте начистоту. Мне не было удобно, но мне было приятно... Я, правда, сказал? Признался? Может, я просто сошел с ума? Но когда Грейнджер вошла к нам в комнату в... нет, одеждой это назвать стыдно! Скорее, в нижнем белье. Конечно, она уверяла вас, что она была в топе и в шортах, да? Я бы назвал это короткой обтягивающей майкой на бретелях и трусиками-шортами. Уверен, что Грейнджер назвала их просто шортами! Поверьте мне, это нельзя назвать шортами... А ее растрепанные волосы? Я просто не могу описать этого! А как Уизли пялился на нее? Это же просто кошмар! Я мысленно отметил, что у меня появился конкурент. Конкурент?! Я вообще о чем?! Я же о Грейнджер думал! Так, пусть Уизли заберет свою Грейнджер с моих глаз! Иначе... я сам ее заберу. А как вы думаете, почему я пришел утром будить ее? Мне вновь хотелось увидеть ее в том наряде... Со мной точно что-то не так! Мне нравится Грейнджер?! Да, она симпатичная и все такое, но ее характер? Как она мне может нравиться? Может, она мне подлила в чай приворотное зелье? Надо будет спросить ее об этом! Именно с такими мыслями я стоял около входа в гостиную. Я думал: идти или не идти. Как только решил не идти, Грейнджер сказала: – Привет. Я тихо вскликнул. – Грейнджер, не пугай меня так! – Ты что-то хотел, Малфой? – она была крайне удивлена тем, что я вот так стоял около ее комнаты. – Я? Да нет. – Так «да» или «нет»? – она насмешливо склонила голову влево. – Хм... И «да», и «нет», – не говорить же мне ей, что одной из причин, почему я хотел зайти – это то, что я еще раз хотел увидеть ее в топе и трусиках-шортах! – Заходи, – она вошла в гостиную и пригласила меня. Я увидел, что она уже разложила диван и постелила белье. – Но не надолго. Я спать хочу! – Еще же только два часа дня! – воскликнул я. – Я совершенно не выспалась, ясно тебе? Дай мне поспать хотя бы два часа, перед тем, как мы пойдем в Интернет-кафе. – Грейнджер, – я присел в кресло. Сразу расхотелось делиться с ней тем, что меня мучило. Было как-то стыдно спрашивать: «Гермиона, а ты случайно не подливала мне приворотное зелье в тыквенный сок?». – Что это? Я взял со стола странного вида очки. – Это из магазина близнецов Уизли. Они Рону на Рождество подарили. Они позволяют видеть человека голым. Но все это бред, – она улыбнулась. Я одел очки. Конечно, ничего я не увидел, кроме Грейнджер. Она была в одежде. Черт! – Все-таки хотел увидеть меня голой? – Я и сейчас вижу, – соврал я. – О, ну и как тебе моя новая татуировка? – она улыбнулась. – Грейнджер! Когда ты успела? И... на каком она месте?! – Гермиона развернулась и легла в кровать, даже не раздевшись. Меры предосторожности. – Малфой, я спать хочу, – она укрылась одеялом. – Но если ты так хочешь лицезреть меня, в чем мать родила – пожалуйста. – Чего мне смотреть? – я встал с кресла. – Я уже все видел. Я победно ухмыльнулся. Гермиона поняла, что я имел в виду не сегодняшний день, а те дни, когда я был ею. – Ты невыносим! – она свернулась калачиком и закрыла глаза. – Сладких снов, Гермиона, – я лукаво ухмыльнулся и подмигнул ей. Черт! Я что флиртовал с Грейнджер?! Мне захотелось вырвать себе все волосы за это! Как я мог?! Со мной точно что-то случилось. И я даже знаю что! Со мной Грейнджер случилась! Уже через два часа я разбудил ее. – Нам пора. – Да иду я! Мало того, что ты преследуешь меня во сне, ты еще и в жизни меня доконаешь! – тихо пробормотала она, но я ее услышал. – Неужели тебе, правда, снился я? Прости, что разбудил и прервал твои фантазии... – Малфой, дай мне переодеться! – она встала с кровати. – Переодевайся, я, что, тебе мешаю? – недоумевал я. – Выйди, Малфой!!! После того, как она буквально вытолкнула меня за дверь, я решил, что больше не буду будить ее сам. Пусть лучше Уизли достаются ее «ласки». – Итак, кто пойдет со мной? – спросила Гермиона. Я все еще дулся на нее немного. Как можно было вот так бесцеремонно вытолкнуть мистера Безукоризненность из своей комнаты?! – Я пойду, – сказал я. Кто-то же должен был первый сказать это. – Я хотела бы посадить морковь, – сказала Джинни. – Гарри сказал, что это важно. Я умею. – Хорошо, значит остается Джинни? – И я тоже останусь. Мало ли, что может случиться? – Гарри незаметно улыбнулся, а Джинни прямо светилась от счастья. Рон странно покосился на них. – Да и я лучше останусь. Что-то же может случиться, верно? Я чуть не рассмеялся у них на глазах. – Я иду с вами. Мне надоело сидеть в этой палатке! – воскликнула Панси. – Да и я тоже с вами! – сказал Блейз. Гарри, Рон и очень недовольная Джинни из-за присутствия своего брата остались сидеть в гостиной, а я, Гермиона, Панси и Блейз ушли. И вот мы нашли какое-то Интернет-кафе. Гермиона вошла первая. Тут стояло очень много странных окон с откусанными яблоками* (прим. автора: эмблема компании Apple). Мне эти штуки напомнили наши портреты. Но... это было очень изобретательно. Один парень лет двадцати барабанил по кнопочкам, а на экране появлялись буквы и слова! Меня это привело в восторг! Конечно, до нас магглам еще далеко, но они все-таки не промах! – Гермиона, там, что, маггловский бутик с одеждой? – спросила Панси, указывая на лавку с надписью «Coco Chanel». – Я так хочу туда! – Панси рванула из кафе, а Блейз поплелся за ней, что-то недовольно бормоча. Гермиона в это время заплатила за час. Она уселась за свободный стол с какой-то штукой, напоминающей мне наши портреты, но вот только в ее «портрете» никого не было. Просто черное. Она нажала на какую-то кнопку и эта штука заработала. – Это компьютер, Малфой, – пояснила Гермиона. Она что-то сделала, и перед нами появилось окно. – Коллекционный... ром... Тысяча пятьсот пятьдесят девятого года... купить... – она набрала все это в какой-то строке. Не прошло и секунды, как ей выдало кучу картинок и адресов. – Сейчас найдем. Это Интернет. – Интернет? Круто! Тут можно найти все? Все обо всем? – я так удивился, что даже уселся за соседний столик с компьютером. – Да, – Грейнджер была очень занята, а я тихонько попробовал включить этот компьютер. Я проделал те же операции, что и Грейнджер. И вот я уже набираю: «Как понравиться девушке, которая тебя ненавидит?». Мне выдало так много всего, но я открыл пока только первую страницу. Как понравиться девушке, которая тебя ненавидит? Это очень просто. Вот берешь и начинаешь относиться к ней со вниманием. Просто следи за ее повадками и привычками. Начни общаться с ней. Попробуй одарить ей что-нибудь. Делай комплименты... – Грейнджер, ты сегодня классно выглядишь, – сказал я, отвлекшись от компьютера. Она даже не обратила на меня внимание! Тогда я написал другое: «Как привлечь внимание девушки?». Привлечь внимание? Очень просто. Будьте внимательны к ней. Дарите цветы и всякую романтичную ерунду. А еще лучше станьте «плохим парнем». Многим девушкам это нравится... Или попробуйте ревность. Одно из самых действенных способов! Я подошел к Грейнджер и облокотился на ее стол. – Грейнджер, – я постарался сказать это как можно соблазнительнее. – Не хочешь прокатиться со мной на «Нимбусе-2001»? Я же крутой парень... Плохой парень... Я был почти что Пожирателем. Это же так плохо... – я говорил своим самым заманчивым тоном для девчонок № 100: «Я-Такой-Красавчик». – Малфой? – Гермиона тупо удивленно на меня уставилась. – Это точно ты? Да... Удалось все-таки привлечь ее внимание. – Классная штука этот Интернет! – воскликнул я. Я пообещал себе больше не пробовать того, что напишут в этом Интернете. – Мне нравится. – Ты, что, зашел туда и не заплатил?! – я кивнул. – Валим отсюда, пока нас не застала полиция, – она схватила меня за руку и потащила к выходу. – Я уже раздобыла всю нужную информацию. Нам придется... – Я выхватил из ее рук листик. – Малфой, отдай сейчас же! Раз она так говорила, там точно было что-то секретное. Мы уже вышли из кафе. Улица была совершенно пуста. Я уже хотел развернуть этот листик и прочитать, но она почти что набросилась на меня! – Отдай, я сказала! – Грейнджер, что с тобой? Это всего лишь записка, – я быстро спрятал этот листик в карман. – И правильно. Забудем. Драко, ты так говорил со мной сегодня... – она облизала губы. – Это просто нечто... Она подошла ко мне ближе. Я инстинктивно отошел назад, но больше не сдвинулся, так как позади меня была стена. А она все приближалась. Я даже не знал, что делать. Одна моя половина хотела обвить руками ее талию и поцеловать, раз она этого хочет. Но вторая хотела оттолкнуть ее и убежать. Пока мои половины решали этот важный вопрос, Гермиона придвинулась ко мне очень близко. Она почти поцеловала меня, я даже закрыл глаза, предвкушая поцелуй, но его не последовало. Гермиона засунула руку ко мне в карман и молниеносно вытащила оттуда ее листок. Она победно рассмеялась и отошла от меня на приличное расстояние. Я все еще остался стоять около стены. И все это только что делала гриффиндорка?! Поведение было больше похоже на представителя слизерина! Я чуть не умер в тот момент, когда она меня хотела поцеловать. «Да не хотела она тебя целовать! – подсказал мой внутренний голос. – Она просто получила от тебя то, что хотела. Вот и все». Я даже немного расстроился. Оказалось, Гермиона, Блейз и Панси уже давно ждут меня. Я молча подошел к ним. Всю дорогу Панси повествовала нам о том, что маггловские магазины абсолютно безвкусны. А я молчал. Поведение Гермионы заставило меня нервничать. Мне не понравилось то, что она сделала. Нет, разумеется, мне понравилось! Но... Мне не понравилось, что все это было игрой! Однако что-то мне показалось странным. На нас периодически поглядывали три необычных типа. Мне они показались смутно знакомыми. Я тихо предупредил о них остальных, и мы побежали быстрее. Гермиона споткнулась и упала. Дальше все происходило нереально быстро. Я увидел, что один из этих парней достал палочку. Повсюду были люди, им было все равно. Я быстро подхватил Гермиону, но в нее уже полетело зеленое заклинание. – Нет! – взревел я и взял Гермиону на руки. Заклинание все-таки успело достичь цели. Неужели это конец?.. Все? Нет! Я слишком многого ей не сказал! Так просто не могло случиться! Грейнджер должна была умереть лет в сто шестнадцать в своей старой квартире, попивая чай, но не в шестнадцать лет от Авады! – Гермиона? – я увидел, что она шевелится! – Гермиона! – Все нормально, Драко. Они промахнулись, – подождите... Я точно видел, что заклинание угодило точно Гермионе в живот. А не все ли равно? Главное, что она жива. И теперь началась настоящая погоня. Эти три придурка (быстрых придурка, между прочим) побежали за нами. На ходу они бросались заклинаниями, а мы посылали заклинания в ответ. Только спустя час, а то и два, нам удалось оторваться от преследования. Уже было довольно темно, поэтому мы сразу пошли в палатку. То, что я увидел там, заставило меня рассмеяться! На кухне на стуле сидела красная Джинни, а Рон стоял над связанным Гарри и что-то орал. – Да как ты мог?! – взревел Уизли. – Рон, оставь его в покое! – Джинни тоже переходила на крик. – Отвечай! – Рон нацелил на Поттера палочку. – Как он может тебе ответить, если у него кляп во рту? – недоумевал Блейз. – Что здесь происходит? – громко потребовала ответа Гермиона. – Гарри пытался поцеловать Джинни! Они це-ло-ва-лись! Понимаешь, что это значит?! – Цвет лица Рона был даже ярче волос. – Да, Уизли. Целоваться – это процесс, когда два человека... – я принялся шутливо объяснять Рону, но меня оборвал Гарри, которого Гермиона освободила от кляпа. – Это не я! Это она меня пыталась поцеловать! – супер! Герой магического мира подставляет собственную девушку. Очень храбро! – То есть... я хотел сказать, что если бы она не хотела, я бы ни за что не собирался ее целовать! – За нами гнались Пожиратели, – быстро сказал я. – Что?! – Джинни, Гарри и Рон мгновенно уставились на меня. – Да. Они гнались за нами. Он уже знает, что мы ищем. Скорее всего, он узнал о том, что Смит рассказал нам. – Это ужасно... Гермиона уже полностью развязала Гарри. Теперь он стоял перед Роном. – Я знаю, что было у тебя на уме! – сказал Рон, возвращаясь к потерянной теме. – Да ну? – Гарри странно улыбнулся. – А я знаю, что было у вас на уме с Паркинсон! Панси охнула. – Ты о чем? – аккуратно спросил Рон и резко побледнел, только кончики его ушей все еще сливались с цветом волос. Гарри рассмеялся. Вышло уж очень зло. – Только не делай вид, что ничего не понимаешь! Целоваться с Панси тебе значит можно, а мне с Джинни нельзя?! – Уже не Рон нападал на Гарри, а наоборот. – Эй! – недовольно вскричала Гермиона. – Что за бред?! И эти двое говорили мне не встречаться со слизеринцами?! Ты, Рон, говорил мне не встречаться с Малфоем! А сам встречаешься с Паркинсон! А ты Гарри тоже молодец! «Да и вообще, не время сейчас для любви! Война все-таки!». Да вы просто лицемеры! Пойдем, Драко, может, хоть в ванной мы сможем уединиться! – она взяла меня за руку и быстро отвела в ванную. Она заперла дверь. Гермиона тяжело дышала. – Может, объяснишь мне, что только что было? – я вообще ничего не понимал. Но мне нравилось то, что мы с Грейнджер, как она выразилась, «уединились» в ванной. – Так. Нужно сделать вид, что мы тут целовались, – она взъерошила свои волосы, а потом принялась за мои. – Эй! – я пригладил свои волосы обратно. – Мои волосы не трогай! Она все еще продолжала мять свою одежду и портить прическу. – Так, теперь надо найти помаду, – она искала в шкафчиках помаду. – Объясни! Мне кажется, что я принимаю участие в чем-то незаконном! – Я хочу, чтобы они думали, что у нас с тобой что-то есть! Надо же мне отомстить им! Сами говорили мне, что встречаться с кем-то сейчас плохо. Ну вот. Я почти ничего не понял, но общую идею уловил. Она накрасила себе губы красной помадой. – Так, а теперь надо ее размазать, чтобы они думали, что мы целовались. Так... как же это сделать поправдоподобнее? – она задумалась, а я быстро сократил расстояние, разделяющее нас. – Может, вот так? – я поцеловал ее. Целовались мы довольно долго. Надо же было получше размазать помаду! Но Грейнджер всеми силами старалась отпихнуть меня. – Малфой! – когда я наконец-то ее отпустил, воскликнула она. – Что это было?! Да что ты себе позволяешь?! Я же просто хотела отомстить им! Они говорили мне, чтобы я ни с кем не встречалась, а сами... Но... – Грейнджер, успокойся, – сказал я немного вяло. Все силы ушли на страстный поцелуй с Гермионой. – Я тебе всего лишь помог. – Ты помог?! Да я тебя сейчас... – ее взгляд переместился на зеркало. – О, помада размазалась! Круто! И у тебя, кстати, тоже, – она победно ухмыльнулась, словно говоря: «Будут знать, как давать мне советы, которые сами не соблюдают!». Я мельком взглянул в зеркало. Ох... Очень правдоподобно! По моим губам размазалась помада Грейнджер. – Ладно, Малфой. Если ты, правда, всего лишь хотел помочь, то я тебя прощаю. Но если такое еще раз повторится... – сказала Гермиона. Она совсем, что ли дура?! По-моему, только Грейнджер поверила бы мне! Она мне нравится! Это же видно! Но только не ей... А я еще пока сам не определился, хочу, чтобы она знала или нет. Мы вышли из ванной, где нас поджидали Гарри и Рон. Как только они нас увидели, лицо Рона мгновенно вытянулось от удивления, а Гарри даже открыл рот. – Приятно было с тобой поговорить, – сказала Гермиона и жадно поцеловала меня в щеку. Конечно, я понял, что все это была игра... Но мне же больно! А она даже не догадывается! – А теперь пора спать! – гневно сказала она, глядя на Поттера и Уизли. – А ты, Драко, можешь зайти ко мне после отбоя... – уже сладко проворковала она и скрылась в гостиной. – Малфой! – начал Рон, но Гарри его оборвал: – Пошли, Рон. Это не наше дело. Просто имей в виду, что мы убьем тебя, если ты ее обидишь, Малфой. Я судорожно сглотнул. Не собирался я обижать Гермиону! Они ушли, оставив меня наедине со своими мыслями. Почему Грейнджер такая умная и одновременно непонятливая?! Ясное дело, что она мне нравится! Но нет! Нашей Гермионе хочется думать, что она мне абсолютно безразлична! За что мне все это?.. После того, как все заснули, я аккуратно пробрался в гостиную. Заперто. Пара простеньких контрзаклятий и я уже вхожу в комнату Гермионы. – Кто это? – грубо спросила она, нацелив на меня палочку. – Это я, – ответил я, подняв руки. – Что ты здесь делаешь, Малфой?! – она присела на кровати и плотнее закуталась в одеяло. – Я? Ты же сама меня звала! – немного обиженно пояснил я. – Да я это специально сказала при них! – воскликнула она. – Малфой, я тебя прошу, уходи. Мне хватило того... что было у нас в ванной. Поскольку было темно, я не увидел, как она покраснела. Но почувствовал. – Ладно, – я отошел к двери. – Приятных снов. – И тебе не мучиться в кошмарах. Я покинул ее комнату и вышел немного подышать воздухом. Что ж... все не так уж плохо. Сегодня я целовался с Гермионой. Улыбка непроизвольно появилась на моем лице. И она даже не дала мне пощечину... И все-таки Драко Малфой – ты счастливчик. Утром меня разбудил Гарри. – Что случилось? – спросил я, глядя в его взволнованное лицо. – Посмотри на это, – он протянул мне газету. Но картинки на ней не двигались, значит маггловская. Теракты по всей Великобритании... По Великобритании прокатилась волна терроров. Вчера в Лондонском театре были зверски убиты сто восемьдесят девять человек. Остальные тридцать два ничего не помнят. Сегодня в Плимуте* (прим. автора: для тех, кто не знает – это город в Великобритании) в торговом центре, где по официальным данным находилось от пятисот до тысячи человек, произошел взрыв и начался пожар. Живыми из торгового центра ушли только двадцать два человека, найдены тела ста тридцати семи, а остальные триста тридцать человек считаются без вести пропавшими... – Это его рук дело, да? – спросил я. Сразу стало грустно после того, когда я представил этих сто тридцать семь человек. Неважно, что они были магглами. У них была своя семья, свои дети и любимые... А остальные триста тридцать? Волан-де-Морт, скорее всего еще более жестоко убил их... Поттер кивнул и забрал у меня газету. Наверное, выглядел я ужасно, мне все тяжелее давалось скрывать свои эмоции. – Эй, с тобой все нормально? – обеспокоено спросил Гарри, вглядываясь мне в лицо. – Да, – мой голос был наполнен грустью. Что со мной? Я никогда так не переживал из-за чего-то. Я стал похож... на человека. Нет, я, как и был слизеринской скотиной, так и остаюсь! Не могу я переживать за того, кого даже не знаю! Со мной явно что-то не так. – Мы идем за ромом, – после некоторой паузы сказал Поттер. Мне совсем не хотелось никуда идти. – Гермиона и Джинни остаются. Джинни же просто так с нами. Мы не разрешаем ей никуда ходить. А вот Гермиона... – Что с Гермионой? – я инстинктивно вскочил с кровати. – Ну... она заболела, но ты не беспо... Я не дослушал этого Поттера, а быстро побежал в гостиную, но дверь была заперта. Я попробовал все возможные отпирающие заклинания, но дверь не подчинялась. – Гермиона открой! – я грубо постучал. – Гермиона! – Уходи, – голос у нее был просто ужасный... – Не уйду! Я помочь хочу! – взревел я. – Джинни, нет! – воскликнула Гермиона и вот через секунду мне открыла дверь Джинни. – Заходи, – сказала она. Я прошел дальше и сел на кровать Гермионы. Но ее самой я там не обнаружил. Была только гора одеял. – Нет, Малфой, уходи, – услышал я от этого комка одеял. Как можно было так сильно укутаться, что я еле различал, что она говорит? – Не уйду. Что с тобой? – спросил я. Меня очень волновало то, что Грейнджер даже не хочет показаться. – Ничего. Джинни, я же тебя просила, не пускать его! – послышалось от одеяла. Я выжидающе посмотрел на Джинни. – Она не хотела тебя пускать, – тихо прошептала она. – Но я очень волнуюсь. У нее какая-то странная болезнь. Никогда такого не видела... – Эй, Драко, ты идешь с нами за ромом? – спросил Блейз. – Нет. Я останусь с Гермионой и Джинни, – ответил я, а Гермиона застонала от досады. – Малфой, иди с ними. Мы с Джинни сами справимся, – она попыталась сделать свой голос как можно более убедительным. – Эти неубедительные слова можешь говорить Поттеру и Уизли. А я на это не попадусь. Давай, Гермиона! Покажись. – Малфой! – она чуть ли не наорала на меня, когда я начал стаскивать с нее одеяло. Одно одеяло я уже стащил, осталось второе. – Гермиона, так надо! – попыталась ее успокоить Джинни. И вот я уже добрался до нее. Она выглядела хуже, чем я мог представить. Она была жутко бледная, даже губы не были розовыми. Но по всему лицу были странные красные пятна. Она посмотрела на меня заплаканными глазами: – Что, Малфой? Доволен? Можешь издеваться! – Это очень похоже на магическую аллергию... Но я все еще сомневаюсь, – я аккуратно провел рукой по ее лицу, отчего она вздрогнула, но не отвернулась. – Ей жутко холодно, – тихо прошептала Джинни. Я дотронулся рукой до ее лба. Он почти, что обжог мне руку! – У нее очень высокая температура. Нет, это не магическая аллергия. Больше похоже на проклятье. Гермиона усмехнулась: – С каких это пор ты колдомедик? – Я давно уже научился этому. Что еще болит? – отрезал я. – Она жалуется на тошноту, – добавила Джинни, а Гермиона смерила ее осуждающим взглядом. – Все ясно, Грейнджер. Поздравляю, ты беременна! – я рассмеялся, а Гермиона и Джинни переглянулись. – Это не смешно! – воскликнула Грейнджер, когда поняла, что я пошутил. И тут я вспомнил кое-что. Зеленый луч попадает Гермионе в живот... – Борода Мерлина! – выругался я. – Тот зеленый луч... Это... Вот черт! Я знаю это заклинание! Темная магия... Гермиона побледнела еще больше (если такое, конечно, возможно), а Джинни охнула. – То есть, ты хочешь сказать... – начала рыжая гриффиндорка, но я оборвал ее: – Да. Это проклятье. И я даже знаю какое. Отец всегда говорил: если хочешь, чтобы враг болезненно умер, насылай Гиосандум. – Что за Гиосандум? – одновременно спросили девочки. – Это заклинание вызывает болезнь. Оно буквально разрушает твою иммунную защиту. Весь твой иммунитет со временем полностью исчезнет... – проговорил я, а Грейнджер судорожно сглотнула. – С ним очень тяжело справиться. Но я думаю, у меня получится. Уже пять часов подряд я сидел около Гермионы и шептал формулы и заклинания. Сразу почувствовались изменения. Красных пятен уже не было. У меня уже заболело горло от пяти часов непрерывных заклинаний. Но прерываться было нельзя. Я кое-что им не сказал. Если я ошибусь хоть на одно слово, заклинание усилится. Но зачем их пугать, правда? Я сам очень волновался. Ее жизнь в моих руках. Вскоре вернулись все остальные. Рон взбесился, когда увидел, что я шепчу заклинания над Гермионой. Я чуть было не сорвался, но все-таки смог себя пересилить. Джинни вовремя увела Рона из гостиной. Осталось сказать всего три слова: – ... ионар де рорен. – Я увидел, как цвет ее лица восстановился, даже губы уже стали розовыми. Жар спал. Гермиона сразу заснула. Я без сил рухнул на ее же кровать. *** Кто-то тряс меня за плечо. Очень сильно. – Еще пять минут... – простонал я. – Ты валяешься здесь уже двое суток, дружище, – Блейз облегченно вздохнул, когда услышал мой голос. – Двое суток?! – я вскочил с кровати, но у меня потемнело в глазах, поэтому пришлось лечь обратно. – Да. Когда Грейнджер проснулась и увидела, что ты лежишь в ее кровати, да еще за талию обнимаешь... Она подняла такой крик, что, я думаю, кролики в лесу смогли ее услышать. А ты мирно спал. Ей пришлось спихнуть тебя ногами, но ты все равно мирно спал. Короче, она проплакала еще пол часа, прежде чем увидела, что ты дышишь. – Никогда бы не подумал, что так скоро окажусь у Гермионы в постели, – я ухмыльнулся. – И так скоро заставишь ее плакать, – Блейз тоже улыбнулся. В гостиную вошла она. – Блейз, ты не видел... – ее взгляд прошелся по мне. – Драко? Ты... – Привет, – да... глупо получилось. – Привет, – она все еще стояла в дверях. – Ты уже очнулся? – Как видишь... – я не знаю, почему был так рад видеть ее. – Это хорошо. У меня созрел план. И это очень важно. Но... я думаю, тебе стоит отдохнуть... – Ты издеваешься? – с улыбкой спросил я. – Я провалялся в постели двое суток. Куда мне еще отдыхать?.. – Тогда жду вас на кухне через пять минут. Нам нужно обсудить это за обедом, – сказала она и удалилась. – О-о-о... – протянул Блейз. – Что «о-о-о», – не понял я. – Ты так смотришь на нее, – с улыбкой а-ля чеширский кот сказал он. – Как «так»? – я не тупой, я прекрасно понял, что он имел в виду. – С... нежностью, – Блейз ухмыльнулся, когда увидел, что я скривился. – Ты никогда ни на кого так не смотрел, Драко. – Тебе показалось, – отрезал я. – Как знаешь, – хитро сказал Блейз и вышел. Нежность, снежность... Врет этот Забини и все! Я встал с постели и переоделся. Выглядел я жутко. Волосы в беспорядке спадают на глаза, щеки обросли щетиной. Сейчас я был похож на бездомного воришку. Времени на прихорашивание не было. Да я и так красавец. Я же совершенство! Да... слабо у меня получилось убедить себя. Я вошел на кухню. Там были все, кроме Джинни. Гарри так и не разрешил ей ничего рассказывать. – И так, когда все в сборе. Я хотела бы кое-что сказать, – я присел около Гермионы. – Прости, но можно вы мне скажете, где мы и что было, пока я... отсутствовал? – мне было очень интересно, что они делали, пока я спал. Дело в том, что это заклинание высасывает почти всю магическую энергию. Для него, по правилам, нужна неделя восстановления. Но я молчал об этом. Мне не нужна их жалость. Может, только жалость одной маленькой кудрявой ведьмочки не помешала бы... – Мы где-то в маггловском лесу, – ответила мне Панси. – Недалеко от города. – Мы ничего не делали, – усмехнулся Поттер. – За нами «хвост». Кто-то постоянно следил. В «Пророке» нас объявили в розыск, как самых опасных преступников и обещают миллион галлеонов тому, кто нас схватит. Эти дни мы отсиживались в палатке. Но мы достали ром. Наложили на продавца империо, и он отдал нам его сам. Как раз за эти дни мы оторвались от преследователей. Мы хотели заполучить бриллиант. Вот эти дни думали, как наложить империо на продавца. – Да. Но что-то сильно просто мне кажется, – наконец-то добилась слова Гермиона. – Если Волан-де-Морт знает о том, что мы варим другое зелье, он должен защитить все ингредиенты. Это было бы слишком просто! – все внимательно ее слушали, и она продолжила. – Я уже знаю, как это заполучить этот бриллиант. Но это будет не так просто, как кажется. Сначала, конечно, попробуем империо, но я сомневаюсь, что это получится. Кстати, сегодня я бы и попробовала его. – Уже сегодня? – удивился Рон. – Да, а зачем зря терять время? И я на девяносто девять процентов уверена, что это не сработает или появятся еще какие-нибудь трудности. Значит так, сейчас все собираемся и идем в кафе «Сити рок». Там, как мы узнали, директор магазина-музея обедает. Мы попробуем наложить на него империо. Вот и все, – все поняли намек и встали из-за стола. На кухне остались только я и она. Я тоже вскочил со стула и уже хотел уйти, но она окликнула меня: – Драко, я хотела сказать тебе спасибо. Я улыбнулся. – На здоровье. – Нет, Драко, ты не понял. Я... если бы не ты, я бы не стояла сейчас здесь, – она грустно улыбнулась. – Спасибо. – С тебя должок, – я ухмыльнулся, а она очень удивилась. – Ладно, – после некоторой паузы согласилась она. – Только я ненавижу быть в долгу. Говори, что тебе надо. И если это, конечно, в моих силах, я это сделаю. – Поцелуй меня, – выпалил я. Да я хотел этого, но в мои планы не входило говорить это ей. Что за бред?! Мой язык говорит слова, прежде чем я подумаю?.. – Драко, я... – она выглядела очень странно. Как будто я заставлял ее делать то, чего она не хочет, но боялась обидеть меня, если откажется. Наверное, так оно и было. – Гермиона, – аккуратно оборвал я. – Это просто... поцелуй. Благодарственный дружеский поцелуй. Я подошел ближе к ней и поцеловал. Она не старалась отодвинуться от меня, но она и не отвечала на мой поцелуй. – Дружеский? А что потом? – с улыбкой спросила она. – Дружеский брак и дружеские дети? Мне так хотелось ответить: «Я не против», но не смог. В кухню вошла Джинни. Мы мгновенно отошли друг от друга. – Гермиона, ты идешь? Мы только вас и ждем. Ее пришлось взять с собой, так как палатка стояла на одном месте уже слишком долго. Я быстро привел себя в порядок, и уже через десять минут мы свернули палатку, а еще через десять мы были в кафе «Сити рок». – Вот он, – пояснил для меня Гарри, указывая на мужчину сорока пяти лет. Он был одет в дорогой серебряный костюм, но он не лежал на его фигуре. Он был толстоват, а на голове в каштановых волосах уже образовались залысины. – Здравствуйте, сэр, – вежливо поздоровалась Гермиона и присела к нему за столик. – Вы случайно не Вильям Форестби? – Да, это я, – не успел ответить он, как Гермиона прошептала: – Империо! – но ничего не произошло. – А чего вы спрашиваете, милочка? – я тихонько высунул палочку и наложил на него империо. Это же смешно, что Гермиона, такая хорошая и правильная девочка, наложила непростительное заклинание! Поэтому у нее и не получилось. А я уже пробовал несколько раз империо. Мой отец считает это заклинание самым лучшим из непростительной тройки. Но даже моя попытка не увенчалась успехом.