Приключение Билла Сайфера, или инквизиция для ведьмы

      Странный лес не мене странного городка Гравити Фолз мог бы, по привлекательности и притягательности, дать фору самому обворожительному заповеднику. Только тут можно и отдохнуть, и приключения найти, и красотой полюбоваться. За эту неординарность и любил этот лес Диппер. тут можно о многом подумать, поразмышлять… Однако, осуществить всё вышеназванное он не мог, по причине нескончаемого жужжания и щебетания Мэйбл. Нет-нет, Диппер очень сильно любил свою сестру, он был готов для неё на всё, даже выслушивать её бред. Но, иногда этот кошмар a-la «Улыбашек объелась» начинал немного надоедать. И, будучи честным с самим собой, младший близнец отчетливо понимал, что это «немного» вовсе не «немного». И вот сейчас, идя по лесу и выслушивая болтовню сестры, он не знал как ему реагировать: разозлиться на её несерьёзность, или же умиляться этой самой несерьёзности сестрички? И не было ответа на этот вопрос, ибо эти два желания в нём даже не пытались хоть как-то бороться, просто мирно сосуществовали вместе. И такое вот противоречие душило юного «параноика» чуть ли не по каждому поводу. Вот взять хотя бы эту странную Грету. А хотя, почему же странную? Она на вид вполне нормальная девчонка, если не считать странной одежды и разных глаз. Ну, последнее легко объяснялось таким научным понятием, как «гетерохромия», а вот её странная одежда научному объяснению не поддавалась. Так же не влезало в рамки пресловутой науки и то непонятное и противоречивое чувство, которое вызвала в Диппере эта девчонка. Он бы мог спокойно говорить с ней по-немецки… Ну, как «спокойно»… У него в школе была оценка «отлично» по этому предмету, но свободно говорить с немцами парень не пробовал. А чувства… Он не мог объяснить словами первое, странное, тёплое, приятное, но в то же время причиняющее дискомфорт и отдающее тоской. Зато название второму он знал точно — опасение. Это он пытался объяснить своей паранойей, но как бы он не старался, это самое опасение гложило его как никогда до этого. Всё вроде бы нормально, девчонка как девчонка, ну подумаешь разноглазая и странно одетая? А что-то странное от неё всё равно исходило… И ещё этот парень в желтом пиджаке! ОН до одури напоминал Дипперу кого-то… Нет, не так, Пайнсу казалось, что они были раньше знакомы, но вспомнить было не в его силах… И что он так долго шептал Грете, когда она проснулась? Этот вопрос почти не волновал Диппера, но со вчерашнего дня не завал парню покоя.       — Ди-и-иппер! Ты меня слушаешь? — обернулась лицом к брату шагающая впереди Мэйбл, поняв, что брат не просто молчит, а, присутствуя, отсутствует.       — А… Да, конечно! — попытался было оправдаться парень. Знаете, такое чувство, когда сидишь и читаешь книгу, думая при этом о чём-то своём? Ты не понимаешь смысла прочитанных тобой слов, и из-за этого приходится несколько раз перечитывать абзац, а то и страничку. Вот, у Диппера сейчас было что-то похожее.       — И что же я сейчас сказала? — деловито скрестив руки на груди, спросила Мэйбл.       — Ну… Что-то про единорогов? — попытался угадать парень.       — Не-ет! Я говорил про тех странных ребят. Я их видела только когда они выходили, девчонку вообще видно не было… Но тот парень мне кого-то до ужаса напоминает… — Мэйбл почесала затылок, пытаясь что-то вспомнить. Но это у неё не вышло.       — Тебе тоже? У меня нехорошее предчувствие… Кажется, проблем с ним у нас ещё будет немало.       — Только с ним? А та Грета? Она тебе странной не кажется? — прищурилась старшая близняшка.       — Нет. Она вполне нормальная, — соврал Диппер. Это не важно, что у него есть какие-то там сомнения по поводу Греты, он не хотел, что бы у кого-то они тоже были.       — Да ты просто втюрился! — спустя минуту молчания вынесла вердикт Мэйбл.       — Не правда! — обиженно скрестил руки на груди Диппер.       — Правда! Даже Пухля заметил это!       — Пухля — поросёнок, — закатил глаза парень.       — Ты хочешь сказать, что поросята не могут подозревать?       — Вовсе нет… Мэйбл, ну хватит уже нести чушь! Не влюбился я!       — Как скажешь, — беззлобно развела руками близняшка.       — А мы не далеко зашли? В этой части леса я не был, — поняв, что он не знает, куда они забрели, идя за Мэйбл, произнёс Диппер.       — Мы потерялись? — без тени испуга, зато с предвкушением чего-то нового, спросила Мэй.       — Наверное… Я думал, что знаю этот лес как дядя Форд свои шесть пальцев…       — Давай пойдём дальше и узнаем что там? — ткнула Мэйбл в самую тёмную часть леса.       — Нет, лучше тут посидим, более пессимистично предложил Диппер.       — Почему? Это на тебя не похоже, — опять сощурилась девочка.       — Надо вспомнить откуда мы пришли. А для этого нам надо осмотреться, — разумно аргументировал свои слова парень.       — Ну ла-адно, нехотя согласилась с братом Мэйбл.       — Ага, — кивнул Диппер в знак одобрения. Не мудрствуя лукаво, он думал, что Мэй будет препираться, но парен был приятно удивлён. Ребята стали осматриваться, пытаясь понять, откуда они пришли. Мэйбл отошла чуть дальше, видимо думая, что так она лучше поймёт, где выход.       — Дип, ты слышишь? — шепотом спросила девушка, но в глуши леса её шепот был отчетливо слышен.       — Слышу что? — в непонимании уставился на сестру парень. Так и не поняв, что он должен услышать, Диппер подошёл ближе к Мэйбл, надеясь, что так он лучше услышит.       — Кто-то поёт! — будто объясняя брату прописную истину, сказала Мэйбл.       «И впрямь… Интересно, кто бы это мог быть?», — поинтересовался Диппер сам у себя, прислушавшись. Но Мэй, схватив его за руку, потащила к источнику звука. Диппер пытался слушать песню и бежать за сестрой, вцепившейся в него мёртвой хваткой, но, видимо, Юлий Цезарь из него был никакой…       «Tiefe Brunnen muss man graben       Wenn man klares Wasser will       Rosenrot oh Rosenrot       Tiefe Wasser sind nicht still       Tiefe Brunnen muss man graben       Wenn man klares Wasser will       Rosenrot oh Rosenrot       Tiefe Wasser sind nicht still», — слышалось уже не так далеко. И какого же было разочарование Диппера, когда он понял, что так и не услышал эту песню по-нормальному, а она уже закончилась…       — Ну вот, не успели… Она бы нам помогла! — вслух подумала раздосадованная Мэйбл. Но тут, минуты через две, они услышали громкий смех, совсем рядом. Девчушка быстренько сориентировалась и, снова схватив брата за рукав, потащила его в сторону звука.

***

      — Ты чего как черепаха? День не резиновый, знаешь ли! — пробурчал Билл, оглядываясь на плетущуюся позади него девушку.       — Да иду я! — Грете было крайне неудобно ходить в джинсах, всё-таки она впервые в жизни носила такую одежду. И чувствовала себя раздетой, от того и шла медленно, потупив взгляд.       — Вижу я как ты идёшь. Точнее, не вижу! — Сайфер остановился и, повернувшись лицом к смущенной девушке, стал пристально рассматривать её, так, что у той по спине мурашки пробежали.       — Чего? — недовольно буркнула Грета, которая совсем съёжилась под этим взглядом демона.       — Да вот всё думаю, ты прикидываешься, или действительно тупой мясной мешок? — скептически предположил Билл.       — Эй! Никакой я не мешок! — надулась Грета.       — Исходя из твоей скорости, ты действительно не мешок, ибо этот бытовой предмет побыстрее тебя будет!       — Вовсе нет! Просто… — опять замялась девушка. В её голову пришла, по её мнению, сумасшедшая мысль, озвучить которую она не решалась.       — Ну чего опять «просто»? — и тут девушка поняла — сказала «А», говори и «Б».       — Понеси меня! — после секундной заминки выпалила она.       — Чего сделать?! — опешил от такой наглости демон.       — Ну как вчера… Мне просто неудобно в этой… в этом… — Грета уже начала сердиться, её очень сковывало в речи это незнание названия предметов.       — Джинсы. Это называется «джинсы». И это, между прочем, самая удобная, по мнению остальных мясных мешков, одежда.       — Я не мешок! — еле скрывая гнев, сказала девушка.       — А я не Билли, — в тон ей ответил Сайфер.       «Сумасшедшая! То плачет, боясь что сделала мне больно, то злая как чёрт. Это я должен быть злой как чёрт, а не она! Только вот… Не хочется как-то… Наверное, сказывается временная потеря силы», — умозаключил он мысленно.       — Билли! — взмолилась девушка.       — Как же ты меня уже бесишь! — соврал Сайфер, ведь она его, почему-то совсем не бесила… И этот факт не давал демону покоя.       — Я? — с выражение лица «Чё я? Я ничё! Другие вон чё, а я если чё, так сразу во чё!» уставилась на Билла девушка.       — Головка от… Неважно! Ладно, — почему-то смиловался демон, подхватывая Грету на руки. Та уютненько устроила свою голову на плече Сайфера, слушая его сердцебиение.       — Бьётся… — прошептала она.       — Не удивительно, я же сейчас человек, — как обыденную вещь пояснил демон.       — Билли… — позвала она Сайфера.       — М? — отозвался тот.       — Я вспомнила, — будто Билл должен был понять, что конкретно она вспомнила, заявила Грета.       — Чего? — ну, мысли Сайфер читать умел, но не сейчас, когда он временно лишен способности к применению демонической силы.       — Песню. Я не помню, кто её пел, но почему-то вспомнила слова…       — Напой, — с напором сказал Сайфер.       — Не умею, — эхом отозвалась девушка.       — А ты пробовала? — остановился Билл, посмотрев на Грету.       — Ну… Нет, — засмущалась та.       — Странные вы, люди, создания. Говорите, что не умеете, а сами даже не пытались. И так многие, не только ты. И всё же, попробуй.       — Ладно… Sah ein Mädchen ein Röslein stehen       Blühte dort in lichten Höhen       So sprach sie ihren Liebsten an       Ob er es ihr steigen kann… Ну как? — взволнованно спросила Грета Сайфера.       — Продолжай, — что-то кольнуло его, такое, что он даже сдвинуться с места не мог. Просто слушал. И ему это очень нравилось. Кое-где девушка фальшивила, но эта была столь незначительная фальшь, что Билл её не замечал. Или просто не хотел. Эту песню он, конечно же, знал, и она ему никогда не нравилась. Но было что-то в исполнении Греты такое, что притягивало демона. Или дело было не только в Грете? Возможно… Он вообще не помнит, что бы он вот так вот с кем-то себя вёл, будь здесь сейчас другая девушка, он бы давно наградил её оленьими зубами или вечноорущей гигантской головой, а может быть и поменял бы отверстия на её лице местами. Но ему не хотелось. В ней ли было дело? Или же в самом Сайфере? Скорее всего, это всего лишь было последствием временной потери силы. Вместе с ней он потерял и демоническую сущность, которая хотела творить зло. Но она вернётся вместе с силой. Так думал сам Сайфер. Но во было ли это правдой…       — Sie will es und so ist es fein       So war es und so wird es immer sein       Sie will es und so ist es Brauch       Was sie will bekommt sie auch       Tiefe Brunnen muss man graben       Wenn man klares Wasser will       Rosenrot oh Rosenrot       Tiefe Wasser sind nicht still       Der Jüngling steigt den Berg mit Qual       Die Aussicht ist ihm sehr egal       Hat das Röslein nur im Sinn       Bringt es seiner Liebsten hin       Sie will es und so ist es fein       So war es und so wird es immer sein       Sie will es und so ist es Brauch       Was sie will bekommt sie auch       Tiefe Brunnen muss man graben       Wenn man klares Wasser will       Rosenrot oh Rosenrot       Tiefe Wasser sind nicht still       Tiefe Brunnen muss man graben       Wenn man klares Wasser will       Rosenrot oh Rosenrot       Tiefe Wasser sind nicht still       An seinen Stiefeln bricht ein Stein       Will nicht mehr am Felsen sein       Und ein Schrei tut jedem kund       Beide fallen in den Grund       Sie will es und so ist es fein       So war es und so wird es immer sein       Sie will es und so ist es Brauch       Was sie will bekommt sie auch       Tiefe Brunnen muss man graben       Wenn man klares Wasser will       Rosenrot oh Rosenrot       Tiefe Wasser sind nicht still       Tiefe Brunnen muss man graben       Wenn man klares Wasser will       Rosenrot oh Rosenrot       Tiefe Wasser sind nicht still       — Интересно… Правда глуповато, — вынес свой вердикт Билл.       — Для тебя всё глуповато, — обиженно надула губы девушка. Сайферу, впервые в жизни, стало немного не по себе от того, что он кого-то обидел, по этому он решил перевести тему:       — А ты говорила, что не умеешь…       — А? — не поняла такой быстрой смены разговора Грета.       — Ты говорила, что не умеешь петь. А это не так. Совсем не так… — задумчиво произнёс Сайфер, всё ещё стоя на месте и держа на руках Грету.       — Это комплимент? — тепло улыбнулась девушка.       — Как хочешь, — отмахнулся демон.       — Значит, ты сделал мне комплимент, — тихо рассмеялась Грета.       — Мясной мешок, — беззлобно обозвался Сайфер.       — Билли, — приторно-сладко протянула девушки во весь голос прыснула. Вскоре, к ней присоединился и сам демон. И, признаться, за всю историю своего существования, он ни разу так не смеялся: открыто, от всей души, без злобы…