Глобальная Миссия

Несколько дней спустя. Страна Огня. - Хидан, заканчивай. Наш лидер отдал нам приказ захватить джинчурики семихвостого, была получена точная информация, что та отправляется на будущий экзамен на чунина, - произнес Какузу разлегшемуся в символе своей веры Хидану. - Да бляяя... - недовольно протянул тот и пробил себе сердце, обрывая жизнь связанного с ним монаха очередного разрушенного храма. - Фух... в таких вещах нельзя меня торопить и говорить под руку. Общение с богом должно быть сокровенным таинством каждого. Впрочем, что еще взять с еретика, ценящего не бога, а лишь деньги? Но блин... то есть наш джинчурики по знаниям генин? Одно расстройство, - фыркнул Хидан через некоторое время, закончив молитву. - С чего ты решил, что она - генин? Может она из сопровождения? - покосился на того Какузу, уже отобравший среди тел монахов тех, за чью голову можно получить награду. - Ой, а то найдется идиот, который бы отправил джинчурики на подобный экзамен не для повышения квалификации и чтобы показать силы своего "оружия последнего шанса", а просто как сопровождение? Нет, в сопровождении смысла нет, если только они там не войну собрались в деревне-экзаменаторе устраивать. Это даже я, далекий от политики человек, понимаю! Так что идиотов, которые отправят своего джинчурики как сопровождение... не существует, - пожал плечами Хидан. В этот момент на жесткое чихание пробило половину руководства Конохи. - Эй, ты чего на меня так уставился?! - недовольно воскликнул Хидан, заметив странный взгляд Какузу. - Да просто не ожидал, что ты умеешь... - Делать логичные выводы из общедоступных фактов? - фыркнул Хидан, вполне ожидая такой подколки от своего напарника. - ... думать, - закончил фразу Какузу, и казалось бы, подколка обидная, но терпимая, но глубокий и серьезный голос Какузу* придавал издевке гораздо больший вес, плюс взрывной характер его напарника... куда уж без этого? - Умереть хочешь? - уже вставший и поправивший одежду Хидан сделал резкий выпад своей косой, впрочем, ожидавший подобного Какузу ловко отшатнулся в пару легких шагов покинув зону атаки напарника, даже не придавая этому особого значения. Попытки убить друг друга у них происходили ежедневно. Собственно, не будь оба напарника настолько трудноубиваемыми, один из них давно бы прикончил другого. - Так, постой... разве не на этом экзамене... - Да, Дейдара и Сасори собрались захватить Однохвостого. Учитывая, что тот будет в своей Деревне, а Семихвостая в специальной зоне для экзамена, несколько в стороне от Деревни, то видя сразу два нападения, шиноби придется разделить свои силы, что повышает шансы у нас на успех. Но да, как мне кажется, наш лидер решил ускориться, либо добивается еще чего-то, - вздохнул Какузу. - Черт, бесит, когда меня используют вот так. "Полная свобода действий", да? Да пошел он в ж*пу, с такой свободой действий. Только начали тут выслеживать того монаха с чакрой девятихвостого, как нас уже на новое место перекинули. Да нам через полстраны теперь туда бежать! - раздраженно произнес раззадоренный словами Какузу Хидан. - Или же он не дает нам надолго задержаться в стране Огня... что было бы логично, заподозри он меня в сборе информации о нашей организации, - негромко произнес Какузу себе под нос. - Эй, чего ты там бубнишь? - покосился на того Хидан. - Не забивай себе голову, Хидан... не то она у тебя болеть будет, - махнул рукой Какузу. - Бесишь... реально бесишь. Однажды я тебя прикончу, - недовольно откликнулся тот, повысив голос. - Да-да, разумеется. Жду не дождусь этого дня, - сдержанно-издевательски ответил Какузу. В это же время. Деревня Дождя. Темная фигура с сияющими в глазах концентрическими кругами смотрела на застывшую неподалеку от него куноичи. - Помни, тебе не обязательно вступать в бой. Нужной нам чакры будет в достатке на поле боя джинчурики с другими членами Акацуки, тебе лишь требуется использовать свой Кеккей Генкай и собрать эту чакру. Однако, если будет шанс, заполучи и чакру присутствующих там Каге, если их знания либо замена ускорит наш план, это будет неплохо. Но чакра джинчурики является первоочередной задачей, как и твоя скрытность и выживание. Так что в этот раз тебя будет сопровождать Тоби, его способности помогут тебе избежать захвата, - спокойно отдал последние распоряжения Пейн. Приобретение в свои ряды этой куноичи было немалым выигрышем для организации, откуда уже дезертировал Великий Мечник Тумана. Кеккей Генкай позволяющий захватывать чакру другого человека, да еще и вытягивать из её Инь-составляющей воспоминания людей. Пейн одним из своих путей мог сотворить нечто подобное, вырывая саму душу шиноби, но главным отличием было то, что особенности этой куноичи... Малис* позволяли провернуть это не просто оставив жертв живыми, но даже незаметно для тех. Учитывая же её искусство марионеточника, из собранной чакры и марионетки она могла создать копию оригинала, почти от того неотличимую и обладающую всеми возможностями того, чья чакра использовалась при создании. Пусть и в урезанном виде. Пусть в прямом столкновении Малис была куда слабее Сасори, но вот если дать ей время и позволить действовать из тени, она бы стала в разы опасней любого из подчиненных Пейна. Потому... не доверяющий ей Тоби, обосновав это её защитой, отдал распоряжение Пейну назначить его напарником этой особы. Дабы пристально за той наблюдать, взять под контроль шаринганом или, если того будет требовать ситуация, уничтожить опасную особу. Да, она вполне разделяла идеи Пейна... и даже настоящего плана Акацуки, имела глубокую ненависть ко всем Великим Деревням и сильное недовольство нынешним режимом шиноби... из-за которого был уничтожен её клан и её муж. Смерть своего сына, бывшего заложником у Гокаге* она и вовсе не могла и не собиралась прощать. Да и уйти в иллюзии, где еще живы её муж и сын, она была бы совсем не против. Но... будучи нукенином и предателем собственной Деревни, клана и учителя, Тоби точно не мог уже никому доверять. Можно сказать, он разучился это делать. Потому даже тут он не собирался оставлять и тени шанса на предательство там, где его можно было и не ожидать. Впрочем, была еще одна причина, по которой Тоби желал отправиться вместе с Малис... та же причина, из-за которой он ничего не сказал и запретил Зецу это говорить Пейну... на данном экзамене на чунина должно было оказаться не два джинчурики, а три. Обито хорошо знал, благодаря своему глазу у Какаши, о некоторых действиях Конохи. Всего-то и надо, что подобраться к своей Деревне поближе и можно подсматривать через свой шаринган. Потому знал он и о том, что мелкий Узумаки будет послан в Суну. Но... но захватить его он собирался лично. Обито не забыл боль от оторванного пальца, ныне замененного плотью одного из белых Зецу, как не забыл и о растоптанной гордости, когда странная техника смогла достать его даже через особые возможности его мангеке шарингана. Так что, задетый и уязвленный шиноби, уже более десяти лет не получавший травмы даже от более сильных противников, нежели он, жаждал мести. Как и хотел показательно растоптать гордость мальчишки. Это было не слишком рационально, что Обито признавал... но он никак не мог признать, что за этой надменностью, гневом и самоуверенностью, скрывается страх. Страх того, что его дарующую поистине неуязвимость технику смогли обойти. Если бы не тот факт, что малец был джинчурики, а значит нужен был живой для их плана, он бы давно прикончил блондина, лишь таким образом ощущая себя вновь в безопасности. Одно дело, когда за счет опыта, реакции и своих превосходных навыков, слабость его техники в прошлом заметил его учитель и смог воспользоваться той, но в данном случае. Сын его учителя не нашел этой слабости, не попал в неё случайно, не подловил его на недооценке, нет... он странной и пугающей техникой превзошел защиту Обито. И теперь Тоби собирался встретиться с ним снова. Но в этот раз никакой недооценки и никаких схваток толпа на него одного. Нет, толпа будет занята схваткой с Сасори, Дейдарой, Хиданом и Какузу... а если будет надо, то и с этой Малис. А в это время он разберется и захватит джинчурики девятихвостого. Возможно без рук и ног, ведь главное, чтобы тот был жив, в каком же виде он будет перед статуей Гедо Мазо совершенно не важно.