Глобальная Миссия

Ох... даже вспоминать не хочу, чего мне стоило убедить Гая не делать глупости и подождать до завтра, параллельно успокаивая и объясняясь с Саей... которая несмотря на усталость, побудку от выплеснутой мной Жажды Убийства, эмоциональное истощение, и состояние близкое к истерике, была в разы адекватней, четко осознавая пределы своих сил и не собираясь идти и мстить Пейну... главное, чтобы комплексы на почве собственной слабости у той не вылезли, а то это её "я понимаю, я слишком слаба", прозвучало как-то слишком глухо и с кучей отрицательных эмоций в голосе. Но вроде успокоил обоих, достучался до Гая... хотя, тут, думаю, основной пункт состоит в том, что я знаю, куда мне идти, а он - нет, и я это не постеснялся озвучить. Ох... чую завтра кое-кто попытается по выходу из Конохи у меня сразу узнать где ему искать Пейна, а потом как бы Гай меня не вырубил да оставил где-то рядом с Конохой, в духе "это личное" и "нечего в случае поражения еще и тебя с собой тянуть". Не то, чтобы это было в его духе, но... со всеми этими траурными настроениями в Деревне, я уже в и такое готов поверить. - Всё будет хорошо, мы преодолеем это все вместе, - поймала меня после ужина на втором этаже Хитоми. - Да, конечно, - согласно киваю. Особенно мне не хотелось, чтобы именно она поняла... насколько мне сейчас плохо. - А раз понимаешь, то отдохни. Никому не под силу взять под опеку целый мир, даже Рикудо в таком не был замечен, несмотря на множество слухов и легенд о нем. Так что не надо корить себя, ты ничего не мог сделать. И не надо делать глупости, ты не один, мы все готовы тебе помочь, даже просить не надо, просто... не замалчивай это, - всматриваясь в моё лицо подошла ко мне Хитоми. - Всё правда нормально. Я это понимаю и не собираюсь надрываться, - угу, но вас всё же с собой не возьму. Вы там просто погибнете. И даже если я откачусь к сохранению, я всё равно не хочу видеть ваши смерти и чувствовать эту боль в груди. Потому... я пойду один. - Тогда... не надо делать вид, словно ничего не случилось. Иногда... можно позволить себе побыть слабым, особенно перед мамой, - с нежностью на лице в и голосе произнесла обнявшая меня Хитоми, поглаживая волосы на затылке... приятно, успокаивающе, молча оказывая поддержку и словно согревая ощущением тепла, жизни рядом со мной. Я хотел свести всё к шутке, успокоить её, вырваться, перевести ситуацию в недоразумение, но... она действительно чувствовала, что со мной не всё в порядке, даже не найдя ничего на лице и в глазах. И я не смог её оттолкнуть, только обнял в ответ, зарываясь в её волосы и вдыхая такой знакомый с детства аромат. - Спасибо... мама, - я не плачу, нет, это просто дождь внезапно пошел... в помещении, да. И нет, я не стесняюсь своих слез, просто... тут рядом Пакура с психологическими проблемами, Якумо с аналогичной проблемой, пусть расстройство у той и другое, Сая, требующая поддержки, и рядом с ними я должен быть сильным, непоколебимым, тем, на кого они могут опереться и кто сможет защитить их от всего, а не расклеившимся юношей. Впрочем, прямо сейчас в коридоре никого не было, так что я мог просто чуть-чуть... еще немного, ощутить это тепло и заботу родного человека? Я ведь... и правда могу себе это позволить? Но минута слабости прошла, и о себе напомнило желание спать. Так что поблагодарив Хитоми, и немного с той поговорив, а еще приведя себя в порядок, я отправился спать... мда... но далеко не один. Мы ведь все помним о страхе двух матерей меня потерять, еще и взявшем новую высоту после вида полуразрушенной Конохи? И о том, что Пакура не может уснуть без меня... но эта особа пыталась, надо отдать ей должное - её и саму собственная слабость бесит и она пытается её преодолеть. Тут еще добавляем Якумо, у которой рецидив после атаки Пейна и сидения одной в темном подвале, который порой сотрясают взрывы и прочие эффекты битвы шиноби. Не забываем и Саю, которая перенервничала, а так же узнала о смерти матери и видела, как изуродовало её сестру. В общем, кровать-полторашка вместила в себя шесть человек. Это было... тесно. Утро. Деревня Дождя, одна из баз Акацуки. - Итак, я захватил Семихвостую. Правда, пришлось помучиться, да и она в немного неприглядном виде, уж больно хорошо девчонка ладит со своим биджу, умеет летать и очень верткая. А я еще не до конца контролирую свои силы, так что когда те надо использовать выше определенного рубежа, уже нежный захват не выходит, а у тебя как прошло? - завалился довольный и говорливый Обито к Пейну. Судя по тому, что Пейн в принципе был жив и даже не слишком помят... всё прошло успешно и личный кошмар Тоби наконец миновал. Но... Обито был бдительным и позволил бы себе расслабиться только когда джинчурики упал бы изломанной фигурой у подножия Гедо-Мазо с выпитой жизнью и биджу. А до тех пор расслабляться было рано. Да и если бы всё прошло без проблем... это было бы не в духе данного манипулятора, вызывающего ужас даже у Тоби. - Джинчурики не было в Конохе, после потери четырех тел мне пришлось отступить. Но ничего, я устроил всё так, что он сам явится ко мне, не может не явиться, я слишком хорошо знаю человеческую натуру. Смерть близких людей, самая страшная боль какую можно перенести. Без исключения смерть не несёт ничего, кроме боли, способствуя рождению ненависти. Чем больше будет бессмысленных жертв, тем сильнее ненависть и боль ран сердечных, которые никогда не затянутся. И движимый этой болью, ненавистью, незаживающими ранами на сердце, он сам явится сюда, приняв бой на моих условиях, в месте, где я наиболее силен, - спокойно произнес Пейн. Обито замер на середине движения... то есть этот гениальный манипулятор сумел вновь избежать захвата, еще заставил Пейна отступить и потерять четыре тела, наверняка собрав информацию о противнике. И сейчас это чудовище движется сюда еще и в максимально плохом настроении? - Ты знаешь... я наверно пойду захвачу носительницу двуххвостой, угу, - резко на месте развернулся Обито. - Это может быть опасно, - признавал даже Нагато с комплексом бога, - после моей атаки у Кумо до сих пор военное положение и усилены все посты и отряды, Югито Нии хорошо охраняется, а благодаря одной из тройки саннинов Конохи еще и Райкаге восстановил свой боевой потенциал. Обито на миг замер... перспектива идти против готовой к атаке целой Великой Деревни Шиноби, сражаться с тем самым непобедимым Райкаге и с самой Югито не сильно его радовала, но на другой чаше весов был... было... оно! Чудовище в шкуре невинного блондина, каким это пыталось казаться, уже начавшее путь сюда, а возможно уже где-то притаившееся и строящее свои планы, выжидающее момент атаки, желающее оттяпать очередной кусок от его, Обито, тела! - Да без проблем! - выбрал Обито бой против целой Деревни. После чего даже с неким облегчением стал нематериальным и ушел в пол. В это же время. Коноха. Проснувшись ранним утром под давлением пяти тел... я в принципе не ощущал дискомфорта и чувствовал себя отдохнувшим. Хорошо иметь Тело (почти)Бога! а вот то, что кровать словно стала ниже, мне не сильно понравилось. Пара секунд на анализ ситуации и я с грустью создаю под кроватью мокутоном новые ножки, на которых та приподнимается на прежнюю высоту. Старые ножки у кровати не выдержали такого надругательства и подломились ночью, как я понимаю. Выбравшись из этой кучи-малы гидратацией и никого не потревожив, попутно отметив, что я не первый беглец, поскольку Сая уже отсутствовала, я отправился на кухню... приготовление завтрака - привычное дело, еще и помогающее мне очистить разум, вызывая чуть ли не медотативно-расслабленное состояние. Сто процентов в этом виноват навык Дворецкий, но сейчас это было самое то. Заодно за готовкой я немного подумал, что мне делать и как быть. Уходить не попрощавшись было... как-то неправильно, но иначе за мной бы увязались многие из моих друзей и родных... и просто бы погибли, ничего не сумев сделать Пейну, лишь поспособствовав моему собственному срыву. Я и так до сих пор ощущаю эту натянутую до предела струну, именуемую моей выдержкой. Да, всё тот же гнев не прошел ни после сна, ни после речи Хитоми ранее. Еще... я обещал себе вчера, что буду рядом с Айей, когда она сегодня проснется, и я буду. Это... важно. Я уже примерно представляю, в каком та будет эмоциональном состоянии, особенно если Сая, которая явно уже там, случайно скажет той лишнего, скажем, про их мать. Учитывая Учиховский нрав и то, как они сейчас взвинчены, они могут много лишнего сказать друг другу, и Сая точно не сможет успокоить и утешить свою сестру, а вот я смогу. Есть опыт, как и понимание близняшек. Да блин, как бы мне вторую по новой не пришлось утешать!? Одно слово - Учихи. Эм... у меня глюки на фоне горя и тяжести потери, или вон те два облака после моей последней мысли приняли формы Данзо и Тобирамы, показывающие мне большие пальцы в одобрительном жесте? Кажется... у меня всё же "протекла крыша". Закончив с делами и честно написав в записке, что сначала я в больницу, не хочу пропускать пробуждение Айи, а затем задержусь там, если нужна будет помощь (и я реально поинтересуюсь, если чье-то состояние ухудшилось за ночь, то помогу, чем смогу), а дальше пойду помогать восстанавливать Коноху. И это я тоже сделаю. До Пейна мне всё равно добираться долго, резерв триста раз успеет восстановиться, особенно с его нынешней аномальной скоростью заполнения, а так же это станет неплохим алиби, и до позднего вечера, а то и ночи мои близкие меня не хватятся... а с такой форой я буду уже далеко, и как бы обычный шиноби не выкладывался, джинчурики на полной скорости им будет не догнать. И это еще при условии, что те вообще смогут определить направление, в котором я двинулся. - Сай, достань мне к обеду отбивающие запах средства, я знаю, у вас такие есть, - обратился я к как всегда следующему за мной тенью Саю, получив от того кивок. И как и было написано в записке, отправился в больницу, всё ещё ощущая чувство неприязни к самому себе после каждого здоровающегося и благодарящего меня прохожего. Да и в больнице, где раньше медперсонал относился ко мне прохладно, теперь меня встретили как родного. Ну да... если обычные шиноби по большей части именно слышали, сколько я всего сделал, то ирьенины воочию наблюдали, скольких я принес, скольким не дал умереть и помогал с тяжелыми случаями Цунаде, Шизуне и Орочимару, пусть чаще всего и просто стабилизацией состояния пациентов, как по мне, реальные герои это они сами - сбивавшиеся с ног обычные ирьенины, Цунаде и Шизуне почти поселившиеся вчера в операционной, простые медсестры, по собственной воле оставшиеся все в ночную смену, чтобы успеть помочь тем, кому ночью станет хуже. Орочимару, который вообще был не обязан помогать и мог бы завернуть любую просьбу, но пришедший вчера сюда сам... и это после далеко не легкого боя до этого. А я... по сути, искупал свои ошибки, и в каждой смерти был повинен я. Потому, это отношение сейчас... лучше бы меня как и прежде не замечали и сторонились. Я буквально радовался когда Куроко активировался хоть ненадолго. Но это происходило нечасто, для его активации пассивному навыку надо, чтобы меня все потеряли из виду, а когда кто-то тебе кивает или полноценно здоровается, остальные рефлекторно краем глаза замечают и отмечают и меня. И вот я у нужной палаты, ощущаю себя так, словно прошел не через доброжелательно кивающих мне людей, а через что-то тяжелое и унизительное. Не успеваю дойти совсем немного, как из палаты вылетает Сая, в уголке глаз которой блеснули слезы. Блин... я угадал, и совсем этому не рад. Создаю клона и тот понятливо кивнув направляется за девушкой, я же иду утешать её сестру. Захожу в палату под всхлипывания Айи, явно и самой расстроенной произошедшим, секунда, та поднимает голову, видит меня, осознает увиденное и... - Нет! Не смотри на меня! Пожалуйста! Лучше уйди... я... теперь вот такая уродина, и... и... уже никогда не стану нормальной. Пожалуйста, я не хочу, чтобы ты видел меня такой, лучше запомни меня прежней, - вот последняя фраза вообще не понравилась. Нет, я понимаю, когда парень, в которого ты влюблена, видит тебя... вот такой, это для девушки должно быть действительно тем еще кошмаром наяву. Но последняя фраза... она что, решила меня всю жизнь избегать, или потеряв внешность и мать, да поссорившись с сестрой, решила свести счеты с жизнью? Молча подхожу, присаживаюсь на кровать и приобнимаю девушку. - Ну почему... почему ты такой добрый? Отпусти... ты испачкаешься. Я теперь жуткий и уродливый склизкий монстр, - у-у, тут явно попахивает истерикой. Но насчет склизкого, та часть тела, что с ожогом и правда сочится желтоватой жижей, но это нормально, это серозная жидкость по причине посттравматического лимфостаза... блин, после вчерашнего, мои медицинские познания определенно углубились. В общем, это обычное дело, скоро пройдет и ничего в этом нет страшного. - Неправда. Вот увидишь, всё будет хорошо. Я обязательно что-нибудь придумаю. И даже не думай называть себя чудовищем. Ты - красавица и всегда ей была, даже тогда, когда взъерошенная выпала из мешка похитителя при нашем первом знакомстве, - ласково произношу, убирая волосы с её лица, чтобы та не пряталась за ними, и для контакта глаз, дабы она видела, что я говорю искренне. А еще... мне просто больно видеть еще совсем недавно веселую, задорную особу в таком состоянии, где истерика перемешивается с темной безнадегой. - Ты... зачем ты такое мне говоришь? Я ведь знаю, что это не правда... такие слова от тебя только... только делают мне больнее, - вздрогнула она. Это она намекает, что я издеваюсь? Мда, а ведь даже когда на них весь клан косо смотрел, я был для близняшек непогрешен, а тут в таком заподозрить. Ладно... вводим шоковую терапию. Приближаю своё лицо к её, и нежно целую. Перед моим взором стоит не временно непригодная картина обгоревшего лица, а её настоящее лицо, я не чувствую склизкой шероховатости под руками, только бархатистая кожа высокородной Учиха, и у меня никогда не будет отторжение одной милой особы, ведь... она не монстр и не уродина, и внешность тут не важна, для меня она всегда идеально выглядящая милашка. И чтобы ей снова вернуть уверенность в себе, мне просто придется приложить чуть больше усилий. Но я верну ей прежнюю внешность, если это снова вернет и её характер, чего бы мне это не стоило. Так что... извини, Пейн, я иду не убиться об тебя, ведь не могу себе это позволить, мне еще надо будет "достать звезду с неба" для одной особы, вернув ей прежний вид. Дальше... я больше слушал, чем успокаивал или что-то говорил. Айя излила на меня все свои страхи, горечи, переживания, сожаления (особенно за ссору с сестрой). А выговорившись уснула, так и прижимаясь ко мне здоровым боком. Вот и отлично. Значит... мне пора. Создаю несколько теневых клонов и двух древесных. Одним я проконтролирую теневых и заодно помогу в местной стройке мокутоном и дотоном, а другой нужен для отвлечения Гая. Не думаю, что под шестью-семью хвостами всё ещё буду различать союзников и врагов, а если вдруг что-то пойдет не так, Система глюканет, как она порой делает, то... пусть у Деревни останется в живых шиноби с возможностью если прижмет разобрать и Пейна и Мадару если вдруг что. Вот только, кого я точно не ожидал встретить на своем пути, так это данного моего знакомого. Видимо, для зверей всё же есть какая-то разница в запахах или чакре между мной и клонами любых типов, иначе я не могу понять, как один мой старый знакомый тигро-скорпион определил настоящего меня и подловил за Конохой. - Ты там погибнешь, ты ведь понимаешь? - кивок от призывного зверя. И легкое рычание, которое как ни странно, я понял... - Видимо, деградировал до уровня призывных зверей, вот и понял, - ну конечно, Курама не мог смолчать. Пусть я и понимаю, что он так старается развеять гнетущую атмосферу и меня подбодрить... что сводит его усилия на ноль. - Логично, - признал я довод тигра, что он и так остался один и его вид всё равно обречен, - но ты будешь меня тормозить в пути. - Р-рр! - Что значит "кто еще кого тормозить будет"? - Г-р-р! - А... ну да, ты можешь лететь напрямик там, где я вынужден делать петлю, и лететь быстро. А еще можешь нести меня, и так мало того, что мы будем там быстрее, так и я смогу не потратить и капли силы, а еще отдохнуть и выспаться в пути, просто указав тебе направление и в это время отдохнуть, восстановиться, отоспаться, подготовиться к бою и выработать стратегию... хорошо, довод отличный, ты принят, - вынужден был признать я. - Р-гр! - Хм? А ведь точно, еще в полете нас не удастся выследить по запаху или чакре, ведь след на земле мы не оставим, тоже довод, - киваю я. - Если что, я ничего из его рычания не понял, так что даже не думай валить своё восприятие зверей на меня! Как и то, что они к тебе всегда хорошо относились! Это не из-за меня, это ты какой-то неправильный! - припечатал Лис, пока я взбирался на крылатого тигро-скорпиона. Что же, как минимум своим появлением я точно Пейна ошарашу. Несколько ранее, Орочимару. - Да что это вообще за хрень? - никак не мог отойти ученый. В ДНК Наруто содержался не один геном, и даже не два... их там были десятки, если не сотни, причем сплетенные вместе, словно Наруто был некой идеальной производной от сразу всех кланов мира шиноби! - Но как это возможно. да и в таком случае цепочка генов была бы другая, а тут половина словно спит, не активирована или вовсе рецессивная. Такое ощущение, что он не потомок, а предок-прародитель всех шиноби. Не, тоже бред, надо просто признать, что я не понимаю итогов анализов, - вздохнул Орочимару, столкнувшийся с итогом влияния Системы на тело человека. Утро этого дня, снова в Конохе. Шиноби и до этого часто были на грани, но после атаки Пейна многие и многие осознали свою смертность и то, что рядом с ними были те, кто им дорог. Так что бракосочетаний за последние сутки было много больше чем за весь прошлый год. В числе таких счастливцев был и Киба, бравший в жены сразу Хинату и Кин Цучи. Отказать мощному шиноби, почти главе клана Инузука и человеку, хорошо показавшему себя в бою с Пейном, не смог даже Хиаши Хьюга. Единственное, что несколько омрачало радостную ситуацию для Кибы, это то, что не вышло взять всех троих своих возлюбленных в жены одновременно, Хаку сейчас была в Кири, вернувшись туда более месяца назад вместе с делегацией Мизукаге и кланом Фуума. Ну и еще его сестра несколько опаздывала на церемонию... Поскольку сейчас находилась в другом месте, нос к носу столкнувшись на входе в дом одного Узумаки с Ино, которая вчера пережила многое, увидев состояние квартала и узнав о чуть не погибшем отце, а сегодня прибежавшей с утра пораньше отблагодарить своего парня, ведь она уже знала о том, что он сделал вчера... для Конохи, для клана Яманака и для неё в целом. Вчера вечером, впервые на её памяти позволивший себе напиться Иноичи окончательно одобрил выбор девушки, посоветовав "не тормозить, пока другие не забрали", и намекнул, что теперь конкуренция может быть страшной. И "первой ласточкой" стала встреча с Ханой Инузука. - Вот уж неожиданная встреча, - протянула Ино, не зная, как себя вести с этой... особой. - Да, действительно, - Хана, поддавшаяся настрою, а так же осознавшая, как и многие другие, насколько человеческая жизнь хрупка, и чего ей на самом деле хочется, примчалась с утра к дому Наруто, чтобы... она и сама не до конца понимала, зачем. Извиниться за тот случай? Начать всё заново? Попробовать донести до него свои чувства, которые сама только-только осознала в полной мере? Сказать, что не позволит матери решать за неё и она уйдет из клана, если это потребуется, лишь бы быть с ним? В общем, прийти сюда было спонтанным решением. И не самым мудрым, на что намекнула встреча с Ино прямо на пороге здания. - И что же ты тут забыла... после всего? - выделила последние слова голосом Ино. - Он... тебе рассказал? - Хана понимала, что это они поступили с ним не честно, но всё равно за разглашение блондином подобного, ощущала себя оплеванной. - Нет. Но по изменившемся у вас отношениям, понять что произошло не сложно. Ну и книги Джирайи, да... И пусть я понимаю, что устраивать Наруто скандал за ситуацию, где он по сути был жертвой глупо, закатывать истерику в ситуации, которая точно никогда не получит продолжение или злиться на одну саму себя наказавшую дуру мне не стоит, так что можно проявить такт и никогда не поднимать эту тему, забыв об этом моменте... но это не значит, что я слепая дура и позволю тебе снова влезть в наши отношения или что еще хуже, сделать ему больно, потоптавшись по чувствам моего парня! - большая часть была сказана спокойным голосом, но под конец Ино немного не сдержалась. - Можно по поводу обмана моего сына поподробней? - показалась из дверей дома незнакомая Хане женщина с синеватым оттенком волос... и эм... перечеркнутым символом Деревни на протекторе на шее. Нукенин? - Оу, кажется. мы не вовремя, да? - а у калитки дома обнаружились Куренай с сумкой, из которой явно выглядывали фрукты и прочая снедь и собственно и подавшая голос Анко... неплохо так упакованная в бинты. - А вы что тут забыли? - встретить эту парочку не ожидала не то, что действовавшая на эмоциях Хана, но и потерявшая над собой контроль Ино, еще не восстановившая до конца спокойствие. - Ну, я пришла сказать спасибо одному блондину, поскольку он меня вчера вытащил из щекотливой ситуации... похоже и сам того не заметив, хех, - хмыкнула Анко, не далее, как вчера вытащенная из завалов Наруто. Который действительно не признал свою знакомую, и сдав ту ирьенинам, умчался помогать другим быстрее, чем Митараши вообще осознала, что она больше не находится на самом низу под обломками трехэтажного здания, закрыв собой какую-то девчонку-генина, из-за которой она даже толком выбраться не могла, не навредив той. - А я хотела проведать ученика, и удостовериться, что с ним всё нормально, поскольку... уже слышала последние новости, - ответила Куренай. - Какие новости? - А вот Хана была не в курсе... как и смолчавшая Ино, которая дальше своего квартала не ушла, и из глобальных новостей лишь знала, что её близкие по большей части в порядке, о проблемах отца Чоджи и о том, сколько всего сделал Наруто. - Шимура Данзо погиб, а вы все должны знать, насколько глубокими были отношения у него с Наруто-куном, - ответила Юхи, действительно просто пришедшая поддержать ученика, как когда-то это сделал для неё он сам. - Так, пройдемте в дом, это явно не разговор для посторонних... оба разговора, - обвела взглядом всех Малис, а это именно она была в дверях. Время - неизвестно. Где-то в ином мире. Тарик замер, так и не донеся кружку с вином до рта. После чего и вовсе уверенно отставив ту в сторону, под удивленным взглядом Эзреаля. - У моего ученика проблемы. Я отлучусь ненадолго, - пояснил он своему первому ученику-ставленику.