Тень прошлого

       — Ваши пальцы такие очаровательные, тонкие и гибкие, а сверкание ваших глаз может затмить полярную звезду. Мисс, не окажите ли вы мне честь? Совершите со мной двойное самоуби… кха, — не успел полностью договорить Дазай, как Куникида не постеснялся использовать свою книгу, чтобы заткнуть назойливого напарника.        Сейчас они находились в кафе вместе с Ацуши, Кёкой, а так же братом и сестрой Танизаки. Они все, в течение трёх минут пребывания в кафе, наблюдали за тем, как Дазай флиртовал с официанткой, и только Ацуши знал эту девушку. Вчера, когда он вместе с Осаму уходил из магазина, где они встретились, то на обратном пути наткнулись на старую знакомую Дазая. Ацуши и Кёку эта официантка уже обслуживала в кафе, но тогда они не знали, что она знакомая Осаму Дазая. В целом, никто из агентства не подозревал, что она знает Дазая.        — Куникида-кун, мне же больно, — Осаму пожаловался, как самый настоящий ребёнок, наигранно надувая губы, выражение лица изменилось через несколько секунд. Сменив взор на девушку, вернулся блеск в глазах детектива, а вместе с ним он растянулся в улыбке. — Миледи, вы меня пожалеете?        — Дазай, жалеть буду лишь дома и не тем способом, которым ты захочешь воспользоваться.        — Ну, Нозоми! — Осаму огорчился, по-прежнему крепко держа руку девушки, пока опускал взъерошенную голову на барную стойку.        Все уставились на девушку в традиционном японском одеянии официанток, и у Куникиды, от удивления, чуть не отвис рот, ведь такое заявление было уже очень откровенным. Тем временем глаза Наоми заблестели от услышанного, и она уже крутила в голове план, как расспросить девушку об их отношениях с Осаму. Прогресс чужих взрослых разговоров говорит сам за себя в каких отношениях могла раньше состоять пара. А кто знает, может, вытянув нужную информацию она научится некоторым хитростям. Посмеиваясь, девушка искренне настораживает своим поведением старшего брата, заставляя парня невольно сглотнуть слюны.        — Вы сейчас действительно говорили серьёзно? — Тихо поинтересовался Доппо, пытаясь игнорировать происходящие за его спиной реакции младших коллег.        — Заказы номер три и четыре готовы, — тем временем повар позвал Акияму за вкусностями, позволив коллегам ненадолго остаться вместе.        — Да, — Дазай, одновременно с поваром и по совместительству начальником кафе, утверждающе кивнул головой. — Мы с Нон вновь встречаемся, и я ужасно этому рад, ведь я так долго её не видел. Ох, моя милая Нозоми.        Дазай продолжал рассказывать, как он сильно рад, а вот Нозоми тем временем раздавала порции своим клиентам, скрывая смущение за невозмутимым лицом. Один вид еды позволяет отвлекаться, не вслушиваясь в рассказы детектива. Джуничиро вместе с Ацуши взяли сэндвичи с ветчиной и сыром, а Наоми заказала вкусный «Монблан», Кёке отдали ванильное «Джубан-парфе», а так же все взяли напитки. Куникида и Дазай находились за барной стойкой, поэтому они заказали себе кофе, но позже бывший мафиози, ради приличия, дополнительно заказал чизкейк. Для сотрудников был обеденный перерыв, но во время него они обсуждали задания, на которые пойдут после перерыва. Ацуши и Кёке нужно было найти пропавшего кота со способностями, необычное поручение поступившее от других высших чинов. Джуничиро планировал отнести отчёты, а вот Куникиде поручили написать новые. Что раздражало блондина, как обычно, среди его отчетов будут отчеты Дазая, чтобы не застапорять дальнейшую работу с архивом. Наоми занималась мелкими делами в Агентстве, поэтому её задание не обсуждалось. Оставался Осаму…        — Дазай, а чем ты будешь заниматься? — Украдкой Нозоми поинтересовалась, привлекая взор компании на свою персону.        — Я?! — Осаму показал на себя указательным пальцем, со своим фирменным взглядом. — Я ничего не буду делать… можем сходить во время твоего перерыва на свидание?        — Иди работай, — мрачно отозвалась девушка, что коллегам показалось как где-то захрустело стекло. — Моя смена заканчивается в восемь часов вечера. И сегодня у меня нет перерывов.        — Вредина.        — Напомни, от кого я это слышу?        Милая атмосфера между парочкой заставила Наоми рассмеяться и заказать ещё один тортик. «Прощай мой кошелёк», — именно такой девиз дня был у Ацуши и Джуничиро. Девушки всё заказывали и заказывали, а прибыль за день у Нозоми всё росла и росла, тем более вскоре начали появляться и другие клиенты к окончанию перерыва ребят. К двум часам дня сотрудники Детективного агентства отправились по своим делам и сразу у входа в кафе ребята попрощались с Накаджимой и Изуми. Все остальные отправились на четвертый этаж через другой вход, чтобы приступить к своей работе. Уже долго Осаму крутил в хитрой голове особенный план, чем бы ему заняться до конца рабочего дня. Писать отчеты лень, а читать их — ещё скучнее; таскать в другие агентства не хочется, а должной работы всё не предвиделось. Точнее, не было…        Когда стрелка часов достигла «15:22», то директор вышел к своим подчиненным и нашёл того, кто был ему нужен. Конкретно, Дазая, заставляя отвлечься от повторного прочтения «Руководства по самоубийству». Осаму уставился на холодные глаза босса и заморгал, а потом понял, что к нему есть дело. Холодный особенный взгляд, с такого близкого расстояния ему кажется, что недавно доводилось встречаться с подобным оттенком. Следуя за директором в его личный кабинет по одному кивку головой, пришлось закрывать дверь на замок, предотвращая внезапные посещения остальных сотрудников. Последнее, что увидел детектив, хитрая улыбка коллеги, Рампо глядел на него сквозь разноцветный шарик, как обычно не скрывая эмоций.        — Дазай, судя о твоём прошлом, которое я знаю, то, — Юкичи медленно достал из рукава кимоно часть старого разорванного фото, показывая работнику происходящее на картинке: — ты видел когда-нибудь эту женщину?        Осаму посмотрел на оборванное на две части фото, где был сам босс и милая женщина. Что примечательно люди на фото довольно молоды и неизвестно когда точно было сделана данная фотография во время войны или до её окончания, а может, немного позже? Женщина с фото кажется безумно знакомой, прослеживается много узнаваемых очертаний лица. Через пару секунд анализа, даже из-за потемневшего от времени фото, Дазай знает какой цвет волос у счастливой улыбающейся персоны. Их радостные эмоции, теплота глаз, но эта счастливая картина имеет грустный подтекст, заставляя мозг бывшего мафиози работать активней обычного.        — Если мне не соврали, она умерла за год до того, как я ушёл из мафии, — печальная правда от Осаму заставляет Юкичи едва заметно прикусывать губы. — Мы виделись отдаленно, всего раз, я был ещё молодым подростком. Помнится, мисс часто бредила и никогда не находилась в нормальном состоянии, говоря различную информацию без разбора, которую не получалось связать между собой.        — Причина.        — Бывший босс мафии заставлял подчиненных постоянно накачивать её наркотиками, чтобы её способность работала на максимум, — поверхностная информация, ведь за девушкой наблюдал один противный врач, нынешний босс Портовой мафии. Вглядываясь в оборванное фото, чего-то не хватает, всего части и Осаму на основе известных факторов может предположить следующее. — И чтобы она не узнавала вашу с мисс дочь, погружаясь в забвение информации. Исследователь из особенного института. Акияма Саюри, верно?        Последняя часть речи застала директора широко раскрыть глаза, устраивая ему эмоциональные качели через информацию, заставляя зрачки директора расшириться от удивления. Юкичи хотел сейчас что-то сказать, но, улыбнувшись, пошёл в сторону рабочего места в кабинете: «Свобден». Осаму не спешит уходить, смотря на отдаляющуюся фигуру собеседника, а позже, на оставленное на длинном столе фото. Он вздыхает, неуверенно почесывая растрёпанные волосы, составляя план последующих действий в голове, тихо пробурчав под нос следующее: «Так вот почему наш супер детектив так улыбался». Бывший глава исполнительного комитета Портовой мафии только при разговоре понял некоторые вещи.        Во время анализа он осознал, кто дочь директора при взгляде на его жену, а ещё он несомненно видел оторванную часть фотографии раньше. В той версии, на фото была исключительно маленькая счастливая девочка, а место с родителями обрывалось ровно на макушке её головы, задевая часть белой пряди. Узнаваемой белой пряди, чей остаток остался здесь, едва уцепляя глаз человека за низ у обрыва, не каждый поймет, что на полном фото было три человека. Единственное наследство оставленное в качестве памяти про семью без самого изображения полноценной картины. Без родителей. В этой версии не хватало лишь семилетней девочки. Девочки, которая была сейчас ужасно близко. Девочки, которая радостно улыбаясь в компании отца и матери, как обычный ребенок, ещё не испорченный гнилью противного мира.        — Директор! — Позвав ещё не севшего Юкичи, Дазай сжал руки, ногтями впираясь в кожу. — Вы можете не поверить в судьбу, но! Она работает в кафе под нами уже около двух месяцев. Вы её сразу узнаете… мой будущий тесть.        Случайно ляпнув последние слова, он неосознанно подготовился к режиму самозащиты. Раз они были парой и снова стали таковой, необходимо взять ответственность на максимальный уровень. Иначе ужасная, мучительная, столь не желаемая по виду смерть, она обеспечена. От услышанного Юкичи вздрогнул, а особенно из-за последних слов, а не из-за того факта, что дочка находится близко. Мужчина был не удивлён, а, скорее всего, напуган. По лицам сотрудника и его нанимателя пробежала капля пота. Больше, даже подслушиваемые сотрудники, ошарашено ударился об дверь, отказываясь верить в те последние слова. Со стороны директора ощущается знакомая туча давления через особенную энергию, ещё один плюс в копилку общей родственной связи.        — Да… ДА! Мы с Нозоми поженимся, — Дазай уже неосознанно выкрикнул, привлекая внимание всех сотрудников подойти ближе к двери. Последняя осознанная вещь, закрутившаяся у него в голове это мысли о свадьбе и собственной защите. — Это твёрдое решение о свадьбе. Я беру на себя всю ту… ответственность, непременно.        У Киникиды от услышанного вновь открылся рот, Наоми лишь заблестела вместе со своей фантазией, а врач Акико лишь улыбалась, ведь вчерашний разговор в агентстве был о любви, заставляя девушку несколько раз закивать головой. Она уверена, кем бы не была та девушка, но расклад с которым заговорил Дазай ей нравился. Многие сотрудники прибывают в шоке и только Рампо продолжал улыбаться не пребывая в том же недоумении, что и большинство коллег. Именно он натолкнул директора, своего спасителя, поговорить с бывшим мафиози о любимых людях. Сначала он не понимал, где раньше доводилось видеть лицо той новенькой сотрудницы из кафе, озарение снизошло лишь вчера. Ненароком увидев, когда Юкичи перебирал старые фотографии в доме, старое семейное фото со свадьбы в тяжелые времена, все факторы сошлись между собой, заставив детектива подключить свою особенную природную смекалку.        Директор повторил, Осаму свободен и может выйти из кабинета, как и поступил сотрудник, намного сильнее ощущая капли пота, текущие у него по спине. Он не удивлен лицам подслушивающих разговор, он удивлен, что ещё жив. Из-за этого Дазай пытался построить план прекрасного воссоединения семьи, что могло помочь поднять его рейтинг в глазах директора. Именно это обдумывание плана, многих деталей к нему, заставляют время лететь очень быстро. Пять часов пролетают как одно мгновение…        Когда он спустился и пошёл ко входу в кафе, то увидел вышедшую Нозоми с её вчерашней сумочкой и радужной коробочкой в руках. Это была наивкуснейшая выпечка такого популярного в городе кафе, приготовленная хозяином заведения. Приятный бонус, в первую очередь заставляющий улыбаться Нозоми, казалось, рядом с ней распускаются бутоны цветов. От вчерашней хмурости ничем не пахнет.        — Миледи, у вас отличное настроение. Ответьте, вы переедете ко мне?        — Пф, перестань меня так прилюдно называть, — девушка одарила его легким щелчком в лоб. — Оставим у тебя сласти и поедем ко мне в квартиру за вещами?        — Вот и прекрасно, договорились.        Почти до девяти вечера парочка занималась перевозкой вещей девушки и покупками продуктов в магазине. Только в десять, ужин стоял готовым на столе, ванная всё ещё набиралась, а парочка в это время принялась за поедание вкусной еды. Когда время дошло до десерта, то Дазай чуть не растаял. На десерт у них были пирожные с клубникой и вкусный рулет с дольками апельсинов.        — Глядя на эти белые взбитые сливки, я вспомнил Нану, — из-за своих слов Дазай напугал Акияму. Неосознанно они вместе вспомнили, что отношения веселой парочки были не сильно натянутыми, как с Чуей, но и не сильно дружелюбными. — Как она?        — Вчера, — Нозоми не решалась говорить, припомнив раны девушки и только напористый взгляд собеседника расколол эспера. — Ладно! Я нашла её в заложниках и при этом травмированной, а потом я передала Нану мафии. У неё были тяжелые раны… надеюсь, что с ней сейчас всё в порядке.        — Уж кто, но она всегда будет живее всех живых, — факт, подпирая лицо своей рукой, играясь с ложкой, раскачивая зубами. — Убить Нариту ещё та, веселая, задача.

***

       А в это самое время…        — Ты можешь работать быстрее? Мне больно! — Выругалась девушка, в промежутке айкая от боли, проклиная собственное тело в который раз за всю жизнь. — Да! У меня высокий порог боли, но не каждый день!        — П-простите, мэм, но потерпите ещё немного, пуля почти вытащена.        В комнате девушки по имени Нана, находился один из самых лучших медик Портовой мафии. С поправкой в документа на следующее: «Без способностей». Мафия всегда ценили врачей, особенно с лицензией и именно таким, одним из немногих представителей с документом, являлся взрослый человек. Мужчина вытаскивал пули, которые находились в теле беловолосой уже несколько дней, и боль от их вытаскивания была невыносимой. Из-за высокой природной регенерации девушки, приходилось скальпелем заново разрезать пострадавшие места, одно за другим, вытаскивая металл из тела. Помимо пуль, Нана получила кучу колющих ран, обычных синяков и порезы. Её поймала вражеская группировка восемь дней назад, пять из которых её пытали, остальные, спала глубоким сном. Если бы не Нозоми, то неизвестно, чтобы случилось дальше. Причина по которой талантливая девушка не могла убежать, используя способность, заключалась в следующем. Её хорошенько ударили по голове, снова и снова, застав врасплох. Этот факт невыносим бесил Нану больше остальных, хотелось сгореть от стыда, попасть на такие простые уловки.        Используя щипцы, доктор почти закончил, и через пару секунд ему удалось вытащить последнюю, шестую пулю, из тела девушки. Позже он принялся обрабатывать раны, но был остановлен хозяйкой частной комнаты: «А это уже не обязательно. Спасибо, вы свободны». Выслушивая, какие лекарства ей необходимо попить несколько дней, только через десять минут девушка осталась в своей комнате одна и, наконец, надела на себя любимые вещи. Бриджи с завышенной талией на подтяжках, которые девушка быстро скинула, длина штанин едва касалась коленок, что было важным для персоны на заданиях. Чёрная футболка без каких-либо надписей и толстовка, все эти вещи скоро стали красоваться на девушке. Специфичный сборный стиль от которого надо отходить, она не подросток, а взрослый человек, но она не могла исправить предпочтения с привычками. Так удобно в драках, так удобно с маневренностей. Главное, так удобно ей. Стоило Нане отойти от зеркала, переставая оценивать своё лицо и синяки под глазами от проявления усталость, как девушку мигом перекосило на уровне инстинктов. Она не одна. Кто-то находится рядом, и этот самый кто-то безумно зол.        Она быстрым движением достаёт любую монету из левого кармана толстовки и потом, подкинув предмет, отправила себе в противоположную руку вместе с лёгким потоком электричества. Было не предав монете скорость пули, она осознала, кто мог пожаловать в такое время и с таким настроение в её комнату. Почти допустила ошибки. Перенаправляя движение монеты потоком электричества, маленький предмет полетел ниже, задевая ногу. Новый порез не обрадовал вошедшего человека, отчего он цокнул языком, отворачивая голову в сторону.        Когда Нана обернулась, то увидела Чую и поэтому слегка улыбнулась. В некой мере, от её улыбки исходило чувство вины. Парень стоял в проходе, одной рукой держа дверную ручку, а второй поддерживал плащ. Его взгляд был направлен в сторону, лишь бы не видеть, как у товарища появилась новая рана.        — Тебе что-то надо, Чуя? — Поинтересовалась девушка, надеясь, что разговор не затянется на долгие минуты, не перерастая в отсчитывание за ситуацию.        — Босс попросил передать, чтобы ты не выходила из здания примерно пять дней, — кратко ответил Чуя. — Не высовывай свой нос наружу с таким состоянием и пройдись по врачам на осмотры.        — Чего? — Девушка только огорчилась и опустила руки на бока. — У меня самолёт через три дня! Сам меня туда отправил, а теперь приказывает залечь на дно. Босс за моё отсутствие ни о чём не забыл. Там, о моих особых привилегиях!        — Самолёт? — Рыжий переспросил, осознавая услышанное, переключая разговор от последних фраз к первым. — Куда он хотел тебя отправить?        — Во Францию по важным делам… его и моим.        — Ка…        — Чуя, тебя это не касается, босс запретил рассказывать про задание, а мои дела носят личный характер. Мне хватило прошлого раза когда ты притащил своё тело в ту страну устроив неразбериху мне и моим делам. Тогда, от тебя было больше проблем, чем пользы.        Накахара поднял руку и указательный палец вверх, собираясь что-то сказать, точнее: «Я же отправился тогда по приказу босса». Но на его плечо опустилась женская рука. Когда рыжий повернул голову, то увидел мило улыбающуюся Озаки, но хватка её руки становилась сильнее и начинала приносить боль. Грядет буря и лучше, не попасть под горячую руку. Учитывая, что он давно не ученик девушки, эмоции и привычки остались, вынуждая парня уступить дорогу в комнату.        — Чуя, выйди, пожалуйста, и займись своими делами, — после этого Коё опустила руку и обратилась к Нане. — Нарита, как раны, и почему нога кровоточит?        — Болят, но терпимо… в конце концов, я привыкла к смене боли, — честно ответила девушка, видя как многозначительный взгляд девушки опускается от лица до ноги. — Нога? Я не специально…        — Достаточно, — Озаки прервала ученицу.        К этому времени Накахара хлопнул дверью и вышел из комнаты, а разговор стал переходить к важным вещам. Нана, чтобы нормально начать обсуждение, предложила сесть, а сама же по пути взяла оставленную доктором новую аптечку для экстренных ситуаций. Всего по простой просьбе, ведь запасы их аптечки Наны совершенно недавно израсходовались.        — Нана, так как ты находишься в моём попечении по просьбе матери, то я расстроена из-за твоего состояния, — Озаки взглянула на перевязанные раны девушки. — Из-за них мне не хочется тебя пускать, но с учетом того, что я знаю, какая ты упертая. Сажу лишь одно…        Повисла минута молчания и Нана, поняв, что если она не спросит о продолжении, то ей не ответят. Разговор не продолжат.        — И что же?        — Ты ведь купишь мне всё из этого списка? — Озаки достала из кармана кимоно блокнотик и протянула его беловолосой. — Он небольшой, поэтому ты быстро сможешь управиться. Ведь так? Не затруднит?        Нана, ничего не отвечая, просто начала разглядывать список который будет повторно смотреть во французском городке Эльзас. Вполне небольшой, но было два нюанса с одной из покупок. Вино «Josmeyer» которое было в списке, Нана сама хотела себе купить, а также вино «Negrit Vieux». Последнее вино было непросто достать, да и стоило оно немалых денег. Конечно, вопрос не в деньгах, а в нужных связях, но чего только не сделаешь ради любимой наставницы. Привычный список вещей роскоши.        — М-да, — подвела вердикт девушка. — Похоже я заразилась от вас в выборе… я и сама хочу прикупить Josmeyer. С ним у меня связаны одни из самых лучших воспоминаний… эх, а ведь как будто только вчера я его впервые попробовала.        — Хо-хо, вот и славненько, — прикрывая часть лица рукавами кимоно, как хитрая лиса, девушка слегка прищурила глаза, смотря в яркие глаза Наны. — Что насчёт книги и платья со шляпкой?        — Я куплю всё из списка, только не за сво…— не успела Нана договорить, как к ней прилетела карточка. Девушка посмотрела на свою наставницу, а та эффективно шевелила руками, чтобы Нана перевернула ещё одну страницу. Шелест бумаги — и на новой странице был записан код карточки, который девушка видела и до этого момента. — Договорились.        Озаки тем временем спокойно встала со стула и направилась к выходу. Когда она вышла, плавно закрывая за собой дверь, то увидела другого бывшего подчиненного, который выходил из этой комнаты буквально три-четыре минуты назад. Накахара Чуя стоял напротив двери со скрещенными руками на груди, его левая нога опиралась на стену, а вид был явно недовольным. Он не закончил свой разговор. Коё смешил этот парень с тех пор, как его взяли в мафию ещё подростком, и сейчас он напоминал ей лютого рыжего зверя, у которого отняли самое дорогое, что у него есть.        — Теперь можешь поговорить с ней с глазу на глаз, — сказав это, Озаки стала уходить в сторону лифта, прочь с этажа, где были комнаты её близких подчиненных и собственная.        Чуя цокнул языком и направился к двери, вновь заходя в комнату, и с силой хлопнул ей во второй раз за день, за что мигом получил выговор от хозяйки. Она сказала, что дверь не стальная, и что из-за него держится еле-еле, а ещё её давно надо было поменять. Такими темпами, желания приближаются к действительности.        Рыжий нагло улёгся на кровать, но всё же снял перед этим обувь, а хозяйка комнаты вновь села, уже за рабочий стол. Держа в руках врученный блокнот, второй рукой она открывала ноутбук, ей не оставили выбора, как и обычно. Беловолосая собиралась искать, где в городе можно будет купить вещи из списка, чтобы потом не бегать по каждому магазину и не выискивать всё для Озаки в последние дни. Зная определенных друзей, кто-то обязательно навяжет своих желаний, подключаясь к спискам покупок.        «Ведёт себя, как ребёнок», — подвела свой вердикт Нана.        — Нана, — лениво позвал её Накахара спустя долгое время, а именно, когда пальцы девушки перестали безостановочно печатать по клавишам. — Будешь во Франции, купишь мне вино, которое я пил во время ухода Дазая?        — И он туда же?! Куда катится эта организация? — Девушка не выдержала и повысила голос на друга. — Вы там сговорились все втроём?!        Накахара удивлённо посмотрел на девушку и на вспышки электричества возле неё, но в ответ ничего не сказал. Девушка нервно закрыла ноутбук вместе с блокнотом и рванула к кровати. Она упала возле Накахары, а потом что-то прокричала в подушку. Её взбесило, что сначала об одолжении купить вино её попросил Мори, потом Коё, а теперь ещё и Чуя. Словно, они все забывают причины её поездок в Европу и какие задачи приходится исполнять ради поддержания баланса и важных сделок. В последнее время она ловит себя на мысли, что переезд в Киото к матери… не такая плохая затея, как казалось Нане в юности.        — Чуя, — девушка пихнула подушку ему в лицо: — зачем вернулся в комнату? Я звала?        Этим странным отношениям нет конца, но у них и нет официального начала. В ответ была лишь тишина, которую парень не хотел прерывать, он хотел лишь смотреть в давно знакомый потолок этой комнаты, что не получалось из-за подушки на его лице. Накахара резко схватил руку Нариты и вместе с подушкой убрал её со своего лица, а потом посмотрел на разочарованное выражение глаз беловолосой.        Такие же, как и у него, голубые глаза смотрели без каких-либо эмоций, но вскоре на щеках девушки выступил румянец, и в это самое время у Чуи сыграл инстинкт самосохранения, ведь он увидел лёгкий заряд тока у её рук. В такие моменты девушка могла шибануть зарядом электричества и при этом нехилым — таким, что могли остаться шрамы от порезов тока. Накахаре однажды так же досталось, когда они были молоды, он знал, что лучше убегать или же прятаться, а в данном случае он скатился с постели и слегка ударился головой об тумбочку. Слегка…        — Нана, я из-за тебя голову ушиб! — По комнате раздался злобный крик парня.        — Что лучше: ушиб или заряд тока в триста вольт?        — Ушиб, — молниеносно ответил рыжий и привстал с пола, вновь вспомнив тренировки, когда им на пару было по шестнадцать лет.        Сейчас он держался своей рукой за ушибленное место, в надежде, что шишки не будет. Нана, тем временем, подсела к другому краю, где недавно лежал Чуя, и сама убедилась, что напарник не пострадал на миссиях, пока она отсутствовала. На её взгляд, у него могла появиться маленькая шишка и на этом всё. Следующим действием парня было надевание своей обуви, а также поднятие с одного из кресел для гостей своего любимого плаща.        В очередной раз хлопнула дверь, а хозяйка комнаты уставилась на шляпу, которая осталась лежать на подушке. Хихикнув, девушка взяла её и подкинула в руках, пару раз покрутила и уже стояла у зеркала с этой милой шляпкой на голове. Прошло десять секунд, до Накахары ещё не дошла весть о пропаже.        — Ха, а она мне всё так же идет! — Уверенно сказала Нана и заметила мелкий силуэт в зеркале, который перебил часть счастливых воспоминаний связанных с Рандо.        Силуэт был словно уменьшенной копией Нариты, но у «копии» белоснежные локоны едва доходили до лопаток. Девчонка одетая в белое платье с красными следами от крови на спине и особенно сильно у горла, её ноги покрыты бесчисленными царапинами… да и сама она выглядела, словно призрак. Призрак, который продолжал улыбаться, пытаясь донести свои желания до оригинала. До настоящей Наны. Предчувствуя очередной непонятный разговор, девушка пытается заглушить головную боль, ничего нового или полезного она не расскажет.        — Правда? — интересует появившаяся. — Когда ты начнешь убивать близких и себя? Ты прост…        — Нет, — перебила её Нана, а потом уперлась на свои коленки, чтобы быть одного роста с молодой копией. — Знаешь, моим галлюцинациям давно пора исчезнуть навсегда, осталась лишь одна ты. Голосов значительно меньше, сравнивая, как много их бывало раньше, но ты. Ты — опора всех моих приступов и галлюцинаций на основе воспоминаний детской памяти, поэтому сделай услугу. Исчезни… Ай!        Нану второй раз за день перекосило от болезни, из-за чего она упала на колени, хватаясь за правый бок головы. Взглянув вперед, она поняла, что никого перед ней уже не было. Это был очередной приступ болезни, и этот приступ в очередной раз содержал странные диалоги.        — …почему ты вообще преследуешь меня и говоришь такие вещи? Подумаешь, убила и уничтожила часть совей семьи…