Из графини в счастливую служанку.

Часть души во мне живёт, Что мне принадлежать не может. Мне завещал граф Фантомхайв Душу, что выжить мне поможет.

 — …А потом мальчики спрятали трупы, а мы с Мейлин сделали уборку на первом этаже. К вечеру вернулись вы и господин ничего не узнал. Ну, дальше Вы и сами знаете.        Себастьян слушал меня внимательно, не перебивал, а лишь изредка задавал вопросы. В последнее время я перестала спать. Уже было около полуночи, а я только закончила рассказывать ему о визите французов.       …Где-то ближе к вечеру в поместье вернулись Сиэль и Себастьян. Я пыталась расспросить у господина, где они были, но он лишь отмахнулся.  — Так, допросили одного графа, тебе будет не интересно…  — …Точно, Себастьян! — я подняла голову на демона, — Как же граф Робертс? Что вы узнали?  — Потрясающая любознательность. — усмехнулся Михаэлис, — Что ж, если Вам так интересно, он не причастен к преступлению, в котором господин его обвинял.  — Понятно. Но почему он не взял меня с собой? Он же говорил, что ему пригодится моя помощь. Я думала, что он позволит мне помогать ему с расследованием, — чуть обиженно проговорила я.  — А как же то, что Вы сделали сегодня? — хитро поинтересовался он, — Господин же лично Вам доверил охрану самого дорогого, что у него есть — леди Элизабет…  — …Так значит он знал, что на поместье будет совершено нападение?! — перебила я дворецкого.        Он ухмыльнулся.  — Разумеется. Мой господин никогда не ошибается, потому, что умеет просчитывать каждый свой ход. Ведь он знает, что каждый шаг может привести как к победе, так и к поражению. Мы: я, и Вы, тоже, — всего лишь его пешки, однако, в обязанности хорошего игрока входит просчитывать и наши ходы. Хорошая пешка никогда не ослушается приказа, ведь один неверный ход может привести её господина к проигрышу. Поэтому важно, что бы Вы запомнили, что Вы не главная героиня в этом спектакле и Ваша задача — лишь исполнять приказы нашего господина. Знаете король признал Вас достойной пешкой для охраны его королевы. И если он сказал, что Вы достойны помогать ему с расследованием, то придёт время и он прикажет Вам помочь ему с расследованием.  — «Сказал, что я достойна»? — усмехнулась я, — Ну да, конечно. Так он и сказал.  — Что ж, — невозмутимо продолжил демон, — я рассказал Вам всё, что Вы хотели знать. Теперь не могли бы Вы кое о чём рассказать мне?  — Рассказать Вам? О чём же?  — Ну, например о тех людях, что напали на поместье в наше отсутствие. Что Вы о них знаете?  — Это были французы, — решительно ответила я, — Одного из них я знала. Он пришёл за мной. Его звали Генри и он собирался забрать меня и убить Сиэля но, к счастью, он прибыл именно тогда, когда вас не было. Если бы не известие о приезде маркизы Миддлфорд… Сиэль остался бы здесь… Хотя, это ведь тоже не проблема. Вы бы смогли убить их их всех не моргнув, так ведь?  — Верно. Но что-то же связывает Вас с ним, не так ли?  — Он сказал, что если если Сиэль погибнет, то мне, как единственной наследнице после четырнадцати лет переходит всё наследие рода Фантомхайв. Всё! — я горько усмехнулась, — Только из-за этого паршивого богатства меня держали взаперти четыре года. Знаете, мне ведь не нужны ни титул, ни деньги. Я просто хочу прожить жизнь не зря. Прожить её рядом с Сиэлем. Вам этого никогда не понять.        Демон промолчал и в его взгляде прочиталось что-то печальное.  — Вы правы.        Почему-то мне всегда становилось спокойнее во время разговоров с ним. Хотя я по прежнему чувствовала страх от присутствия этих алых глаз, в бархатном голосе демона было что-то родное и привычное. Казалось, будто он сам любил меня слушать. «Хороший собеседник», так он назвал меня, когда впервые пришёл со мной поговорить? Этот дьявол был единственным, с кем я могла так говорить. Единственным, при ком я могла называть господина Сиэлем. Когда-то я назвала его хорошим другом. Может быть, когда-нибудь я пожалею об этом, но до сих пор я ни разу в этом не засомневалась. Даже, когда узнала, что он — демон.  — …Значит, в случае гибели юного господина, поместье Фантомхайв переходит в Ваши руки? — поинтересовался Себастьян, — В случае гибели после Вашего четырнадцатилетия, я имею ввиду…  — …Хватит уже! — перебила я, — С чего Вы взяли, что будет какая-то гибель? Я лично сделаю всё возможное, что бы предотвратить смерть Сиэля!        Дворецкий усмехнулся.  — …И это говорит мне та, что сама однажды чуть не погибла. — с нотками грусти в голосе проговорил он.        Я ошарашенно посмотрела на него. Демон прищурившись наблюдал за мной.  — Откуда?.. Я же никогда Вам не рассказывала…  — …И не нужно.        Он посмотрел куда-то в даль и начал негромко рассказывать.  — Мой прошлый господин был мудрым человеком. Он хотел хоть чем-нибудь помочь своим наследникам и решил поровну поделить между ними единственное, что у него было: его демона, и душу, за которой тот будет следовать.       У людей проходит разное время от смерти до освобождения души — она может покинуть тело сразу после смерти, а может несколько дней оставаться в этом измерении. С его смерти прошла неделя, прежде чем его душа покинула наш мир. В тот момент я уже служил своему нынешнему господину, но я всё ещё ждал душу Винсента Фантомхайва. В тот день душа впервые за мою жизнь полетела не в небо, а куда-то в даль. Я следовал за ней, и она привела меня к маленькой девочке…  — …Так это был ты, Ворон… — прошептала я.  — Верно, — усмехнулся он и продолжил, — Я видел, как убили эту девочку, но тогда произошло то, чего я никогда не забуду — часть души вселилась в уже безжизненное тело ребёнка. В ней до сих пор живёт часть души Винсента, которую я до сих пор не получил.  — Как это возможно? Вы сказали, что в ней осталась часть чужой души. Где её настоящая душа? Разве можно жить только с частицей души?  — Скажем так — в ней осталась половина души Винсента и половина её собственной души, которые вместе образуют одну целую, неповторимую. Я никогда раньше не видел ничего подобного, но факт остаётся фактом — в девушке есть часть того, что принадлежит мне. И после того, как я поглощу душу своего господина, я буду вынужден забрать и Вашу. Вернее, её часть. Не представляю, сможете ли Вы существовать только с половиной. Вы — интереснейший экземпляр среди людей.  — Не может быть…        Я обхватила голову руками, пытаясь осмыслить произошедшее.  — Часть Вашей души успела покинуть Ваше тело. Вы были тем типом людей, душа которых улетает сразу после смерти человека. Ваша душа состоит из частей двух душ разных умерших людей. Вас убили тогда, но частица души Винсента заполнила собой пустоту от части Вашей души, которая успела покинуть тело. Вы, люди, не чувствуете разницу так, как мы.        Он хитро посмотрел на меня.  — Души… Разве это не опасно? Смешивание душ? — поинтересовалась я.  — Знаете, души похожи на кровь, — ответил Себастьян, — Есть группы, которые сочетаются друг с другом, но неправильное смешение может привести человека к помутнению рассудка или даже к смерти. Благо, у Вас с Винсентом схожие души.  — Да. Вы говорили.        Я обвела взглядом пустынный коридор, темноту которого рассеивал слабый огонёк свечи в моих руках.  — И почему на наших ночных разговорах Вы так сильно пугаете меня? — пробормотала я.    — Что же, Вас пугает истинна?  — А почему бы и нет? Ничто не потрясает так сильно, как откровенная истинна. Одного понять не могу — почему я вообще с Вами разговариваю? Каждый раз об этом жалею…  — Хотите сказать, Вам противно моё общество? — я отчётливо услышала его смешок, — Тогда прошу меня простить.        Обернувшись, я уже не увидела его алых глаз. Исчез, оставив меня одну.