Минутка "нежности"

      Выбираясь из мира подушки и одеяла, девушка приняла вертикальное положение на кровати и сладко потянулась, вытянув руки вверх. Размяв мышцы и потянув немного косточки, она оборачивается и с улыбкой наблюдает, как морщится во сне Хосок и как его рука безрезультатно ищет возле себя источник тепла. Ощущая лишь исходящее мимолётное тепло от простыни, юноша открывает глаза, хлопая ресницами.       Тем временем девушка подкрадывается к нему на четвереньках кошкой, заставляет лечь на спину и перекидывает через айдола ногу, довольно восседая на нём. Чон ещё сонно улыбается, мягко умещая свои тёплые ладони на девичьих бёдрах, сжимая.       — Доброе утро, — его голос с хрипотцой после долгого сна был завораживающим, что заставило девушку только шире улыбнуться.       — Доброе, — мурлычет она в ответ, елозя бёдрами в попытке устроиться поудобнее. — Хорошо спалось?       В ответ на свой вопрос она лишь слышит удовлетворённое мычание и наблюдает, как айдол вновь закрывает глаза. Однако подушечки его пальцев продолжают плавно поглаживать округлые бёдра, наслаждаясь мягкостью и нежностью кожи.       Вот она, минутка, когда можно вдоволь полюбоваться любимым человеком. Взлохмаченные волосы, подрагивающие ресницы, слегка разомкнутые губы, обнажённый торс и… Девушка закусывает губу, прекрасно ощущая, как ей в копчик упирается что-то твёрдое через ткань одеяла и домашних шорт, в которых Хосок обычно любил спать.       Ухмылка появляется на алых губах, а в голове зреет план, в то время пока Чон, кажется, снова заснул, ибо хватка на её бёдрах ослабла. Ну, нет! Раз сегодня выходной, то выспаться ещё успеет.       Осторожно перехватывая руки юноши, девушка аккуратно кладёт их на простыни, а сама приподнимается, стаскивая одеяло к его ногам. Закусывает нижнюю губу садится на пах айдола, легко и плавно двигая бёдрами. Она не успевает сделать и пары движений, как вновь ощущает чужие ладони на своих бёдрах, которые смещаются на ягодицы, сжимая.       — Тебе не хватило ночью? — спрашивает Хосок, всматриваясь в глаза юной особы и горячо выдыхая. — Или ты просто не хочешь давать мне спать?       По сути, оба ответа являются правильными, поэтому, не зная, какой выбрать, девушка пожимает плечами, закусывая нижнюю губу. Чон прикрывает глаза, не прекращая наблюдать за своей возлюбленной, и делает плавные движения бёдрами ей навстречу, срывая с её губ сладкий стон.       Она упирается ладошками в его крепкую грудь, увеличивая скорость трения и ощущая уже не только возбуждение своего партнёра, но и своё собственное. Стоны слетали при каждом движении бёдер, а ткань трусиков уже давно была влажной и раздражала и без того возбуждённый клитор. Чем дольше это продолжалось, тем сильнее хотелось большего, однако подобные действия в чём-то напоминали ленивый секс.       — Хосок, — она тихо стонет его имя, улавливая его тихие рыки, и понимает, что после этого «зова» движения стали ещё быстрее.       Сколько всё это продолжалось — им неизвестно. Они потеряли счёт времени, однако испарина давно охватила горячие тела, а они всё продолжали и продолжали.       — Достаточно, — хрипло шепчет Хосок, принимая сидячее положение и покрепче обхватывая хрупкое тело за талию, вскоре повалив девушку на кровать спиной. Закидывает её стройные ножки себе на плечи и нетерпеливо стягивает с неё трусики, в то время как её шаловливые пальцы цепляются за резинку шорт, приспуская их.       Они хотели провести утро выходного дня в обнимку под тёплым одеялом, поговорить по душам, а после вместе позавтракать и отправиться на прогулку по залитому солнцем Сеулу. Впрочем… «Жаркое» начало дня — это тоже неплохо.