Амулет несчастья

      Голубоволсая шагнула внутрь с замиранием сердца…       Леви много путешествовала, поэтому не составило особого труда раздобыть нужный пароль. Парень, с которым она по случайности познакомилась в последней своей поездке, и был обладателем VIP-пропуска. Он посоветовал девушке не открывать глаза в течение двух минут, чтобы без последствий попасть в нужное место, но Леви была слишком любопытной и не смогла удержаться.       Шагнув в бездну, голубоволосая выждала около тридцати секунд и открыла глаза. Пока она этого не сделала, не происходило ровным счетом ничего. Вокруг была пустота, но стоило ей приоткрыть завесу, как в голову девушки ударила мощная звуковая волна. Заиграла ее любимая песня.       Место, которое нельзя было чем-то назвать, превратилось в поляну посреди леса. Девушка стояла посередине, разглядывая прекрасные весенние ромашки. Только эти цветы ассоциировались у голубоволосой с чем-то мягким, теплым и одновременно таким родным. Именно эти цветы любила ее мама. Леви невольно вспомнила один из маминых дней рождения, когда папа подарил ей огромный букет этих цветов. На лице девушки появилась нежная улыбка от нахлынувших воспоминаний.       Однако длилось это недолго: Леви прибыла на место назначение. Этим местом была комната абсолютно белого цвета. Стояло лишь кожаное черное кресло, в котором сидел мужчина средних лет в белом костюме. Он почитывал книгу в темной обложке, когда заметил голубоволосую. Ее яркие волосы значительно выделялись среди такой черно-белой обстановки.       Девушка поклонилась, а затем представилась мужчине, обратившись к нему с просьбой. Тот, в свою очередь, щелкнул пальцами, и все резко изменилось: Леви оказалась на поляне в лесу, мужчина исчез, но вместо него возле дерева стоял черноволосый парень. Он скрывался в тени, но не узнать Редфокса было достаточно сложно. Голубоволосая окликнула его, подзывая к себе. Парень вышел из тени с угрюмым лицом. Подойдя к девушке, он пропустил прядку голубых волос, нежно улыбаясь, но тут же отдернул руку, будто ошпарил ее, и снова нахмурился.       — Гажил, — начала было Леви, но тот ее перебил:       — Ничего не хочешь мне сказать? — МакГарден отрицательно покачала головой, но невольно начала накручивать волосы на палец, обличая этим свою нервозность.       — Уверена? Что насчет твоей измены? Тогда, может, расскажешь про своего нового парня? — голос Редфокса был словно скрип мела по доске. Девушку передернуло от услышанного. В голове эхом отдавалось слово «измена». Леви сжала кофту в районе сердца. Боль разнеслась тысячей взрывов по телу. Голубоволосая прикрыла глаза, обдумывая ответ. Парень все еще молчал, не выказывая признаков жизни. Даже его дыхания не было слышно. Леви нежно коснулась своей рукой его торса. Он, в свою очередь, крепко сжал ее запястье, не отводя от своего тела.       — Гажил, я, — голос предательски дрогнул, — люблю его.       В этот момент все рухнуло. Нежный любящий взгляд сменился грубым, с отблеском злости, пытающейся вырваться наружу. Он сделал пару шагов назад, стараясь не смотреть на девушку. Тело наполнилось энергией. Злость, наверное, одна из самых «энергоемких» эмоций. Руки сжались в кулаки. Ногти настолько врезались в кожу, что остались красные следы. Он не мог себя сдерживать.       — Когда-то ты говорила эти слова мне. Как ты могла? Ты предала меня, — он повысил голос на несколько тонов. От злости лицо покраснело, а на шее начала пульсировать выступившая вена.       Вскинув руку, он ударил ее по лицу. Звонкий шлепок разнесся эхом по лесу. Из глаз девушки брызнули слезы, но она не издала ни звука. Голубоволосая осталась стоять на месте. Ей было все равно на его удары. Да, больно, но это несравнимо с болью, которую причинила она ему. Он стоял, сжимая кулаки. Ярость накрывала его с головой, не позволяя вырваться из плена. Его безумное лицо пугало: казалось, что вот-вот разверзнется небо от его злости. Он был загнанным тигром, свирепым и злым, но грусть в его глазах выдавала всю его натуру.       Гажил начал произносить слова для использования одной из его сил — меч железного дракона. Его правая рука медленно покрывалась железом, которое принимала очертание клинка с зазубренными лезвиями. Леви подошла к нему и накрыла его железную руку своей.       — Ты можешь бить меня, но я знаю, что это всего-лишь злость. Она поглотила тебя. Я знаю, что сделала тебе в сотню раз больнее… — голос дрожал.       Девушка закрыла глаза, готовясь к удару, который с легкостью мог ее убить, но его не последовало. Редфокс упал на землю, беззвучно рыдая. Воспоминания нахлынули безумной силой. Он схватился за голову, сжимая ее, чтобы забыть все, что он сделал. Его тело дрожало. Она опустилась на колени перед ним, ласково обнимая за шею. Теплые слезы оставляли мокрые дорожки на ее щеках. Она гладила его по волосам, успокаивая. Он никогда не простит себя. Он ведь дал обещание, что больше никогда и ни за что не поднимет на нее руку. И он снова сделал это…       Воспоминания разрывали его изнутри. Давным-давно парень ударил ее: он был зол и немного пьян, но он все четко осознавал тогда. И сейчас, вспоминая тот ужасный день, он никогда не сможет забыть, как кровь брызнула изо рта, как она упала на кафельную плитку в их квартире, как он нес ее, без сознания, в постель, как ухаживал за ней долгое время. Она простила его и приняла таким, но он не смог себе этого простить. С того момента прошло несколько лет, а он все еще ненавидел себя. Ему все еще снились кошмары.       Гажил сжал Леви в своих объятиях, все еще всхлипывая. Он любил ее больше жизни. Он готов был принять то, что она полюбила другого, но не мог принять того, что она терпит его удары. Он не хотел причинять ей боль. Он готов был терпеть эту жизнь без нее, в одиночестве, в их квартире, готов был проспаться один по утрам, готовить на двоих, а позже вспоминать, что ее больше нет рядом и выкидывать ее любимые блюда. Он готов был на все это, лишь бы она не страдала и была действительно любима.       Леви утирала тыльной стороной ладони слезы с его щек, нежно убаюкивая, когда заметила белую штанину брюк, скрывшуюся за деревом. Взглянув на Гажила, который казался таким родным и одновременно таким странно далеким, она чмокнула его в лоб, и он тут же растворился в воздухе, будто всего этого и вовсе не было. Она поднялась с колен, осматриваясь по сторонам.       — Чего вы ждёте? Выходите, — девушка прекрасно знала, кого увидела.       Из леса вышел мужчина в белом костюме — глава Темного царства. Он отряхнулся от листьев, вновь щелкнул пальцами, не произнося ни слова, и они вновь оказались в той белой комнате с чёрным креслом.       — Леви МакГарден, — мужчина вскинул брови, обводя ее взглядом. — Только что мне довелось увидеть тебя в действии. Слишком уж быстро ты все поняла. Тебе хватило всего семь минут нашего времени. Это рекорд: до тебя самым минимальным временем прохождения было пятнадцать минут. Я поражён, но как же ты…       — Скажите, что с ним стало. Я понимаю, что это иллюзия, но неужели у его проекции такие мысли. Ответьте на мой вопрос, а потом я на все ваши, — девушка прервала его на полуслове, но он мягко улыбнулся, удостоверившись в ее уме.       — Да, ты права: плоть, которую ты обнимала, являлась проекцией его тела, но душа была настоящая. Я не буду выдавать тебе всех своих секретов, но скажу лишь то, что он будет помнить об этом, будто это происходило на самом деле, — он почесал затылок, сконфужено на неё глядя. — Я поражён тому, что ты так быстро поняла, что все это — одна большая иллюзия. Так как же?       — Легко. Вы просто слишком плохо прятались, — она грустно улыбнулась и похлопала его по плечу, будто они были старыми друзьями.       — Как же так, я же поставил силовой барьер вокруг себя, — он был искренне удивлён: неужели она так сильна, что смогла преодолеть силовое поле.       — Думаю, это ваша оплошность, — это повергло его в ещё больший шок, но он тактично промолчал, делая вид, что не заметил этой грубости. — Я ведь очень хорошо его знаю. Да, нам надо было разобраться с этим, но Гажил — не лучший вариант, чтобы проверить мои силы. Дело в том, что его объятия всегда были холодными. Я никогда не знала, с чем это связано, но его кожа была всегда словно лёд. Именно это и выдало вас. Я была искренна с ним, поэтому обняла, но он был тёплый. Его кожа была обычной температуры. Именно тогда я вспомнила, что моя подруга умирает, а все это испытание, которое я должна пройти ради неё и добыть недостающий ингредиент для противоядия, — она отвела взгляд, стараясь не смотреть мужчине в глаза. Девушка боялась, что расплачется, если ещё раз подумает о ком-то из них. — Ну, а в конце вы сами выдали себя. Прежде, чем поцеловать его в лоб, я заметила кусочек ваших белых брюк. Думаю, это связано с тем, что в этот момент я уже знала, что все это иллюзия.       Мужчина стоял и не мог и слова вымолвить. Как эта миниатюрная и такая беззаботная девчонка может быть настолько серьезной по отношению к своим друзьям? Он провёл половину своей сознательной жизни в этой комнате и понять этого действительно не мог. «Да, Марта, она и правда на тебя похожа. Слишком сильно, чтобы быть правдой».       Он вновь щелкнул пальцами, и в комнате появилась дверь. Это значило, что она могла пройти в Темное царство без последствий. Голубоволосая поклонилась и исчезла за дверью.

***

      Тем временем Бернар вернулся в гильдию с выполненным поручением. Аки все так же лежала, не шевелясь, прощупывался едва ощутимый пульс, но он был — это уже было хорошо. Он и понятия не имел о том, где находится его любимая и что с ней происходит. Он чувствовал что-то неладное, но надеялся, что все в порядке.

***

      Девушка исчезла за дверью и оказалась в темном проходе с множеством прилавков. Каждый из них был освещён подвесными фонарями, которые имели фиолетовый свет. Выглядело это достаточно устрашающе, если учитывать товар, находившийся на прилавках. Но самое странное было то, что все время, пока Леви искала нужного продавца, она ни разу не встретила женщину. Она была крошечной по сравнению со всеми этим накаченными амбалами, с ног до головы забитыми татуировками. На неё косились, но никто не говорил ни слова. Позже голубоволосая выяснила, что она вторая девушка, появившаяся здесь, начиная с открытия этой части рынка.       Леви достаточно быстро нашла нужный ей прилавок. Молодой парень, немного старше ее, улыбался ослепительной улыбкой, рассказывая о разных ядах. Он не только был профессионалом своего дела, он его ещё и любил.       — Тебе какой нужен? Для девушки или парня? Если для девушки, могу предложить ботулотоксин*. Просто предложи ей грудь увеличить, — он засмеялся. — А как насчёт рицина*? Нескольких крупинок хватит, чтобы завалить одного из таких амбалов, — брюнет обвёл рукой все соседние прилавки, нервно отводя глаза. — Или стрихнин*?       — Так, остановись. Как тебе зовут? О, Тео, — прочитала девушка на его бейджике и продолжила: — Так вот, Тео, не трать ни мое, ни своё время. Мне нужен цианид. Если его у тебя нет, я пойду, — она хотела было развернуться и пойти дальше, но он схватил ее за запястье, не давая уйти.       — Стой, есть у меня то, что тебе нужно, — он наклонился ниже и спросил уже шепотом: — В каком количестве тебе нужен цианид? И не шуми так. Даже на нашем рынке этот яд собираются запретить.       Девушка коснулась пальчиком его груди и слабо постучала по ней, обдумывая.       — 1,5 мг — не ошибись.       Он махнул рукой, подзывая ее к себе. Рынок выглядел так, что снаружи стояли прилавки с товаром, а за ними был вход на склад. У каждого продавца имелся свой. Тео завёл девушку в небольшую комнатку, полностью заполненную стеллажами, на которых стояли небольшие коробки, как для телефонов, снизу доверху. Каждой коробке предназначалась своя буква. Он провёл пальцем по воздуху, ища букву «ц».       — Так, вот тебе пакетик цианида, тут ровно 1,5 мг, — парень протянул ей нужный порошок для противоядия после взвешивания. — Расскажешь, зачем он тебе?       — Думаю, я оставлю этой в тайне, — она подмигнула ему, расплатилась и пошла в обратную сторону. К слову, ей пришлось отдать почти все свои сбережения, заработанные за месяц, чтобы приобрести этот яд, но он того стоил. Наконец протиснувшись сквозь все эти многочисленные ряды, она вновь зашла в нужную дверь. Мужчина все так же сидел, почитывая книгу.       — Саймон, вас ведь так зовут?       — Да, что тебе угодно?       — Вы мой крёстный, так ведь? — голубоволосая нежно улыбнулась, осматривая мужчину. До этого она не приглядывалась, чтобы не разоблачить себя, но сейчас спокойно могла разглядывать его, не боясь, что он заметит. Он имел темные курчавые волосы, которые прятал под белоснежной шляпой, сложенную фигуру, высокий рост и утонченные черты лица. На его мраморной коже не было ни единой отметины, несмотря на то, что он не один раз попадал в передряги, связанные с рынком.       Саймон медленно снял шляпу, потирая лоб рукой. Он был действительно удивлён.       — Откуда ты знаешь?       — Пусть это останется в тайне. Давайте представим, что мне сердце подсказало ответ на этот вопрос, — она схитрила и отошла от ответа, но понимала, что с собой такого не сделаешь. Она всей душой чувствовала близкого человека.       — Ну, раз уж ты знаешь, перестань обращаться ко мне на Вы. В конце концов, мы близкие люди, — он замолчал и, сняв шляпу, понуро опустил голову, — были. До смерти твоих родителей.       Вместо банальных слов, она просто обняла его, не рассчитывая на ответные чувства, но была не права. Он обнял ее в ответ, нежно поглаживая по спине. Ее родители были близкими друзьями мужчины, а она — единственным напоминанием о нем.       — Я рада, что все-таки нашла тебя. Думаю, теперь я буду чаще тебя навещать, а сейчас мне действительно нужно идти.       Они попрощались, и она покинула комнату, вновь оказавшись в переулке, из которого и вошла в Темное царство. Оставалось около четырех часов. Время еще было, но она не стала медлить и прямо оттуда перенеслась с помощью кулона в гильдию.       Бернар купил все, что она просила, и уже ждал ее в кабинете Аки. Подруга все еще лежала без сознания, в том же положении, что и тогда, когда Леви ушла за ядом. Все, что ей было необходимо, уже лежало перед ней, оставалось только смешать все ингредиенты и дать противоядие темноволосой. Так она и сделала: шприцем взяла кровь из своей вены и смешала ее с ядом, который купила в неглубокой емкости. Когда Леви вонзила игру в руку, прокалывая кожу, Лили пошатнулся и медленно, стараясь не упасть от увиденного, удалился из комнаты. Такой сильный на вид, а игл и крови боится. Добавив в эту густую смесь жидкого молока, голубоволосая поднесла емкость к губам колдуньи и вылила все содержимое ей в горло. Не происходило ровным счетом ничего. Она все так же неподвижно лежала на диване. Со временем дыхание стало более спокойным, что позволило МакГарден выдохнуть с облегчением. Она боялась, что противоядие не подействует. Оставалось лишь ждать, пока пострадавшая не очнется…

***

      Тем временем, девушка с волосами цвета солнца сидела за письменным столом, размышляя о завтрашнем дне. Утром все претенденты на звание магов S-класса должны были отплывать на остров Тенрю, дабы проверить свои силы и доказать всем, что он достоин зваться одним из сильных магов гильдии «Хвост феи».       Люси ждала это дня несколько лет. Она тренировалась каждый день, тренировалась так, как никто другой. Ее и без того шикарное тело стало более упругим. Девушка стала увереннее и сильнее за эти годы. Она давно перестала злиться на «друзей» — лишь презирала их за то, что когда-то обидели и унизили ее.       Она винила не их, а себя. За то, что была слабой, не умеющей постоять за себя девчонкой. Девчонкой, влюбленной в розоволосое чудо. Все, чего она хотела сейчас, — это не отомстить, не навредить, а только доказать всем, что никто и никогда больше не посмеет назвать ее слабой. Никто. Никогда. Это была ее позиция. С этими словами, она перешагивала через боль и поднималась с кровати каждое утро, дабы начать тренировки с Локи.       За это время уровень ее магии превышал все нормы по силам магов S-класса. Локи никогда не говорил ей об этом, но это было так. Ни Эльза, ни Нацу не смогли бы сейчас сразиться с златовлаской. Сложно было поверить, но ее силы стали равны силам мастера гильдии. Это пугало, но и завораживало одновременно. Она была готова показать всем свои силы и намеревалась сделать это уже завтра утром…