Был бы он девчонкой, я бы однозначно на него запал

В тот вечер Сэм вернулся поздно ночью, часа в 2, наверное. В его глазах светились счастливые искры, которые Макс в последнее время замечал не так часто. А теперь парень был ходячей улыбкой, словно ему разрешили окончить университет, не посещая занятий. Баскетболист кинул сумку на кровать и сам плюхнулся рядом, стараясь отдышаться. Его красное вспотевшее лицо говорило само за себя. Так что Макс просто ждал, когда его друг наконец-то сможет объяснить причину своего счастья посреди ночи. — Ты не поверишь, — выдохнул Сэм, глядя в глаза своему другу. — Прежде, чем ты скажешь то, что собирался, пообещай, что тебя за это не посадят, — тут же вставил «ботаник». — Да ну тебя! — вновь вспыхнул парень. — Ты ведь даже не представляешь, что случилось. Я смог. Наша команда уезжает в Америку на обучение. Может, мы выйдем на новый уровень. Они решали между мной и Реем, поэтому главе комиссии пришлось до часу ночи смотреть, как мы с ним соревнуемся. — И? — И я победил! Понимаешь, что это значит? Я поеду в Америку, тренироваться с лучшими, Макс. Почему ты молчишь? — огонёк в глазах спортсмена потух, как только он заметил эту слабую улыбку на лице друга. Разве он не радовался за него? Ведь они столько лет дружат, делят счастье и горе, так почему сейчас он не рад за него? — Поздравляю, — наконец выдавил из себя брюнет. — Это круто, правда, — тут же добавил он. Правда звучало это так, словно Сэм навсегда уезжает в какой-нибудь монастырь посреди пустыни. Сэм вновь посмотрел на друга, скинул куртку, потому что в комнате было невероятно жарко, и упёрся локтями в колени: — Что не так? — сдержанно произнёс он. — Просто ты уедешь на другой конец планеты года на два, наверное, или больше, — ботаник развернулся на своем кресле к окну. — Нет, я рад, правда. Но это так долго, что я точно забуду, каково это учиться за двоих и не спать до ночи. Да и…я эгоист, прости. Это твой шанс, так что ты обязан туда поехать. Макс не мог понять, что он чувствовал. Почему именно сейчас ему показалось, что он не сможет жить без своего соседа? Ни одно его действие словно не могло произойти без присутствия друга. Может, там, в Америке, спортсмен найдёт кого-то нового. Такого же ботаника, с которым будет жить ещё веселее, в одной комнате, в общежитии, но уже в другой стране. Может, он забудет его уже через месяц, прислав лишь одну дешёвую открытку. Зачем ему друг за тысячи километров, который уже не напишет реферат за ночь и не подскажет во время лекции? Именно это чувство он не мог объяснить. Ревность? Разве может парень ревновать парня. Обида? А на что? На то, что кто-то смог сделать что-то значимое? Страх остаться одному? Эти чувства так сложно различать, когда они сворачиваются в комок и застревают в горле. Макс так старается улыбаться, чтобы не расстроить Сэма. Он так старается быть сильным ради него. Сэм чувствует то же самое. Впереди ещё маячит мечта, до которой подать рукой и всё — она твоя. А здесь, сейчас, в этой комнате, есть что-то более важное, что не хочется оставлять позади. И выбор, казалось бы, так прост. Но разве он может оставить своего ботаника? Сэм подходит к креслу, разворачивает друга за плечо и долго смотрит в его глаза. Когда они перешли эту черту «друзей»? Это та самая «любовь»? Или они что-то путают? И как вообще они могут хоть что-то понять в их-то возрасте? Блондин осторожно притянул своего друга за подбородок и коснулся его горячих губ. Он так боялся, что тот не ответит, испугается или назовёт его самым лестным словом, может даже ударит. Но тот, кажется, совсем не против, он отвечает на поцелуй, касаясь своими пальцами его лица. Сэм лбом упирается в макушку парня, пропуская между пальцами его тёмные волосы. — Хоть попрощались как надо, — тихо усмехается Макс. — Иди, собирай вещи, «одноклеточное», потому что лететь до Америки долго. А я не позволю тебе упустить этот шанс. Чем бы это для нас не закончилось.