Охота с Богом

Прошло уже две недели с тех пор, как разношерстная компашка в лице пары охотников, ведьмы, короля Ада и падшего архангела под предводительством самого Бога одолела Амару и заключила её в небытие. Всем им полюбившийся мирок под названием планета Земля снова был в относительной целости и сохранности, а маячившая на горизонте смертельная опасность исчезла. Спасать кого-то и рисковать жизнями было не нужно. Тут бы братьям Винчестерам и стоило расслабиться, но… Бог никуда не ушел. Как не ушел? — спросите вы. А вот очень просто. После всех тех событий, после того, как метка исчезла с кожи женщины, и она с криком безумной ярости растворилась в воздухе, Бог впал в никому непонятную меланхолию. Широко распахнутые голубые глаза, вобравшие в себя все тайны мира, вдруг потускнели. Улыбка исчезла. Он словно отключился от действительности. Но главная проблема состояла в том, что он до сих пор жил в бункере. И проваливать, кажется, не собирался. Первые дни Винчестеры только переглядывались между собой, но как-то незаметно терпению стал приходить конец. Терпению Дина, если быть точнее. Особо ни у кого не спрашивая, Чак окончательно экспроприировал его халат, ноутбук и половину туалетных принадлежностей, большую часть времени проводя за просмотром сериалов и лишь изредка сползая с дивана, чтобы перекусить. Ночью Дину не спалось, и, ради приличия дождавшись, пока часовая стрелка не дойдет до шести, он пошел готовить завтрак. Чак, судя по всему, со вчерашнего дня так и не сдвинулся с места. Его маленькая фигурка тонула в широком махровом халате, а лицо еще сильнее обросло и как-то посерело. Под глазами, пялившимися в экран, залегли тени. Общую картину дополняли загромождавшие столик многочисленные тарелки с недоеденными хлопьями. — Знаешь, есть такая вещь — сон называется, — хриплым голосом сказал Дин, прошествовав к холодильнику и достав пачку сока. Его слова остались без ответа. Пожав плечами, он подогрел в микроволновке оставшийся кусок пиццы и начал задумчиво жевать. Потом вздохнул и решил предпринять еще одну попытку завести разговор. Не то что бы Чак им мешал… нет, погодите, еще как мешал! Дин бросил тоскливый взгляд на утерянный халат и присел рядом с ним на кресло. Собравшись с мыслями, он открыл было рот, но тут, к своему удивлению, был прерван. — Потрясающая история, — очень тихо, но с должным восхищением прокомментировал Чак, указывая на ноутбук, где был включен «Во все тяжкие». — И как я сам ее не написал? Дин озадаченно изогнул бровь — он и слова не слышал от Бога уже пару дней и не ждал, что тот вдруг соизволит заговорить. — Слушай, Чак… Тебе не кажется, что пора… — Можешь сделать мне бутер? — перебил Бог. –Тут такой напряженный момент, отрываться неохота. Винчестер задохнулся от возмущения. — Сам делай, — коротко бросил он, взлетая с кресла и направляясь в комнату Сэма. Хотя бы у мелкого ноут стащу на полдня. Как назло, «мелкий» уже и сам проснулся и как раз выходил в коридор, где и столкнулся с братом нос к носу. Дин раздраженно схватил его за локоть и прошипел на ухо: — Поговори с ним. — В смысле? С Чаком? — Ну не с Папой Римским же. — Дин… он же вроде как… Бог, — неуверенно пробормотал Сэм, морща лоб. — Еще пара дней, и я сам выкину его божественную задницу, ясно? — Слушай, — младший Винчестер вздохнул, — он только что на веки вечные заточил свою сестру. Дай парню время привести мысли в порядок. Ему наверное… тяжело. — Тяжело? — чуть громче, чем следовало рыкнул Дин. — А изначально ее пихать в клетку было не тяжело? А ставить весь мир под угрозу не тяжело? В чем проблема-то? Он уже делал это раньше и особо не страдал, как я посмотрю. Сэм вдруг хлопнул глазами и отстранился, переминаясь с ноги на ногу. — Погоди… Ты что… злишься на него из-за Амары? — пораженно спросил он. — Что? Нет… Нет! Понятно? — Сэм не мог не заметить, как этот вопрос выбил брата из колеи, значит, отчасти это было правдой, но Дин быстро взял себя в руки, еще больше распаляясь. — Я злюсь, потому что Люцифер до сих пор в теле Каса, потому что сам Люцифер пропал с радаров, потому что гребаная Метка теперь у тебя на руке. А Чак сидит и нихрена не делает! — А мы никуда и не торопимся, — примирительно осадил его Сэм, аккуратно высвобождая локоть из захвата. — В кои-то веки мы разобрались с проблемой и не высвободили зло еще большее по масштабу. Расслабься. Всё будет в порядке. Дин тяжко вздохнул, привалился к стене и прикрыл глаза. — Может быть. — И Люцифера мы найдем. Вроде пакостить он пока не собирается. — Да уж… — старший хмыкнул. Что делать с «сыном» Чака, было непонятно. С трудом верилось, что после стольких лет, Люцифер решит перейти на сторону добра, но и заключать его обратно в клетку теперь было как-то неловко. От всех этих мелких проблем Дина не покидало саднящее чувство беспокойства. Когда это им в последний раз так везло? Когда всё было так спокойно и безмятежно? Да, сейчас опасности нет. Но что если Люцифер не захочет отпускать Каса или Метка начнет мутить рассудок брата так же, как его собственный когда-то? Что если… Что если… Одни предположения, никакой конкретики. Такое подвешенное состояние Дину никогда не нравилось. В одном Сэм был прав — им и вправду нечем был себя занять. Надо было выбраться на свежий воздух. — Может поищешь нам какую-нибудь работу? — предложил он. — Что это с тобой? — Сэм удивленно вскинул брови. — Обычно это я заставляю тебя вылезти из бункера и отвлечься. — Обычно да, — подтвердил Дин, следуя за братом на кухню. — Но так случилось, что сейчас на нашем диване сидит обросшее немытое существо, наглядно демонстрирующее, что безделье ни к чему хорошему не приводит. Это я про тебя, Чак! — крикнул он все так же скукожившемуся в подушках Господу Богу, который, впрочем, только вяло качнул головой, будто и не касались его эти слова. Сэм усмехнулся, усаживаясь за стол и насыпая себе две ложки кофе. Его самого заботы одолевали не так активно, как брата. Да и присутствие Чака не беспокоило. Напротив — жизнь в одном помещении с Богом ему нравилась, успокаивала, придавала чувство защищенности. Пока они не восстановят все охранные руны, сожженные со стен Амарой, под покровительством Всевышнего действительно было безопаснее. А что насчет Метки… это пугало не так, как конец света. Он знал, что справится.

***

Ближе к полудню прочесывание новостных сайтов дало свои результаты. Сэм наткнулся на небольшую заметку о загадочной смерти девушки в запертом изнутри доме. Полиция склонялась к версии о суициде, но слишком уж жестоко было истерзано тело, чтобы это было правдой. — Думаешь, старые добрые призраки, а? — довольно потер руки Дин, выслушав версию брата. В предвкушении скорой легкой охоты он буквально расцвел на глазах. Губы растянулись в улыбке, которую Сэм не видел уже лет сто. — Или ведьмин мешочек. — Там и узнаем. Я пойду почищу ружья, с тебя глажка, Сэмми. — Что?.. Погоди! Эй! Я гладил в прошлый раз! — Не наделай мне лишних стрелок на брюках, — хохотнул Дин, скрываясь за дверью. Младший Винчестер недовольно выругался себе под нос, но даже это происшествие настроения не подпортило. Кто бы мог подумать, что когда-то охота считалась опасным занятием, а теперь они занимались ей исключительно чтобы отвлечься? Сдув упавшие на лицо волосы, Сэм пошел доставать постиранные костюмы, давным-давно заброшенные в сушилке. Путь пролегал через гостиную, где на глаза мужчине снова попался придавленный апатией Чак. Пожалуй, стоит ему сказать, что их не будет несколько дней. — Слушай, Чак, — Сэм присел рядом, насколько это позволяли раскинутые по дивану ноги, — мы с Дином едем на охоту… Так что ты это… не скучай без нас тут… Боже, как же глупо это прозвучало! Ответом был абсолютный ноль эмоций. Ну что ж… трогать его не стоило. Пусть сам приходит в чувства. Сэм кивнул сам себе и собрался продолжить поход к сушилке. Его остановили негромкие слова. — Я понимаю, что стал нежеланным гостем. Сэм обернулся — Чак смотрел прямо на него. Точнее сквозь него. Пришлось вернуться. — Что ты, нет, — утешающее заверил Винчестер. — Можешь оставаться сколько хочешь. К тому же, запретить мы тебе не можем. Чак флегматично пожал плечами и поскреб щетину, демонстрируя, что, если бы его выкинули за шкирку, он бы особо и не сопротивлялся. Сейчас он совершенно не походил на Создателя Вселенной, а учитывая, что ноги его в ванной не было уже много дней, запах тоже стоял соответствующий. Сэму хотелось чем-то его взбодрить, но мозг отказывался придумывать, как себя вести в подобных ситуациях. — Переживаешь из-за Амары, да? — осторожно поинтересовался он. Чак потер красные от недосыпа глаза и совсем закрыл крышку ноутбука. — Сэм, — начал он с глубоким вздохом, — не пытайся поставить себя на мое место. Ты оцениваешь ситуацию с человеческой точки зрения, ты руководствуешься эмоциями. Но я — не человек, я — нечто другое. Я знаком с концептом вины, я ведь изобрел её. Но моё состояние… оно… — Чак запнулся, не в состоянии подобрать слов, — …оно не ограничено известными тебе понятиями. В общем… Ох… Понимаешь, я не могу забыть слов Амары. И это заставляет меня сомневаться в правильности некоторых решений. — Погоди… Что? Ты серьезно? — воскликнул Сэм. — Слушай, я понимаю, ты навечно заключил родную сестру, чтобы она не уничтожила человечество. Ты сожалеешь. Но это было правильным поступком. Не самопожертвование, как ты изначально планировал. А именно это. — Сказал же, что не поймешь, — печально хмыкнул Чак. — Я не жалею, что устроил ей очную ставку. Я жалею, что не смог объяснить ей всю красоту этого мира. Моего творения. Не смог дать ей шанс полюбить его. Возможно тогда… — Не думаю, что она смогла бы, — в комнату ввалился нагруженный сумкой с ружьями Дин. — Сэмми, почему я не вижу утюга в твоей руке? Младший брат оскорбленно фыркнул и скорчил рожицу. — А ты слушай сюда, — Дин ткнул пальцем в грудь Чака. — Я видел мысли Амары, её сущность, её естество. И там не было ничего. Только тьма. А во тьме ничего не вырастишь. Так что хватит ныть и отсиживать пятую точку. Поедешь с нами, — он с силой впихнул сумку в руки Чака. — Дин… Ты хочешь взять Бога на охоту? — Тебя что-то смущает, Сэмми? Он тут совсем загниет. Не удивлюсь, что, если мы оставим его здесь, то по возвращении найдем заросший плесенью труп. Чак неуверенно замычал что-то под нос, не сильно демонстрируя желание куда-то ехать. — В ванную! Живо! — Дин рявкнул так громко, что Сэм даже вздрогнул. — А потом зайдешь ко мне, подберем одежду по размеру. Под строгим уничтожающим взглядом Винчестера Чак нехотя заворочался и встал. В повисшей тишине раздался звонкий щелчок пальцев. — Так лучше? Братья одновременно моргнули — только что перед ними стоял лохматый бомжеватого вида тип, а теперь он преобразился в приятно пахнущего и опрятно одетого мужчину. Дин открыл и закрыл рот, как задыхающаяся без воды рыбка, не зная, что и сказать. — Да… — хрипло признал Сэм. — В самый раз. — Что ж… — на лице Бога сверкнула мимолетная, как молния, самодовольная улыбка, — всегда хотел посмотреть на вас в действии, ребята.

***

Сидевший за рулем Дин то и дело посматривал в зеркало заднего вида, оценивая попутчика. Попутчик, к слову, не затыкался. Сначала все еще мутный и инертный после нескольких дней амебного существования, за пять часов езды до Южной Дакоты Чак значительно приободрился. Или это был эффект от модного с иголочки иссиня-черного костюма и хрустящей белой рубашки? Так или иначе, он практически захватил контроль над выбором радиостанций, начав подпевать попсовым песням и подначивая к этому братьев. Сэма это всё ужасно забавляло, а Дин усиленно притворялся, что едет в машине один. Да, идея была его, но это не значит, что он хотел брать Чака. Это был всего лишь долгоиграющий план, исходом которого послужит свободный от незваных гостей бункер. — Что-то парень наш слишком быстро очухался, — заметил он, когда пришлось остановиться на заправке, а Чак вызвался заплатить за бензин. Прищурив глаза, Дин наблюдал за беспечно шагающей к магазину фигурке, в движениях которой совершенно не угадывалась безысходность последних дней. — Он две недели безвылазно сидел под землей, — вступился младший брат. — Я бы вообще прыгал на его месте. — Что же не прыгаешь? — подколол Дин. — Только вот… думаешь, стоит его везде таскать с собой? — с сомнением спросил Сэм, игнорируя выпад. — Что? Еще чего! Пусть в машине сидит, еще не хватало, чтобы он мои охотничьи навыки оценивал. — Но он же говорил, что хочет посмотреть на нас за работой… — Вот и посмотрит. Из окна. — Кхм… — младший Винчестер криво усмехнулся, — …тебе не кажется, что мы слишком панибратски стали относиться к самому Богу? — А что? Он же у нас живет, — небрежно бросил Дин. — Вот как начнет снова вести себя по-божественному, будет другой разговор. — Ну да… — Сэм не стал развивать тему, тем более что Чак уже возвращался, да не с пустыми руками, а с бумажным пакетом, полным чипсов, печенек и батончиков. На вопросительные взгляды парней он обаятельно улыбнулся и молча залез на заднее сидение. — Прямо из крайности в крайность бросает… — пробурчал Дин себе под нос, оглядывая пустынные поля за заправкой и вдыхая чистый сельский воздух, прежде чем снова сесть за руль.

***

Скрипнув подвеской, Импала остановилась напротив компактного двухэтажного домика с темно-серой черепичной крышей. Газон зеленел яркими изумрудными мазками, из-за туч начало проглядывать солнце, отражаясь в капельках росы. Общую картину не нарушало ни что, кроме желтой ленты, пересекающей входную двери поперек. Переодевшись в строгие костюмы, Винчестеры вылезли из машины, Чак — за ними. — Так вот где она умерла, да? Бедная Элли… — грустно сказал он. Братья синхронно развернулись. — Откуда ты знаешь? — спросил Сэм. — Я создал её, естественно я знаю, — объявил Чак таким тоном, словно это самая очевиднейшая и простейшая вещь в мире. — Угу… Понятно… — Дин закатил глаза и достал из бардачка два измерителя ЭМП. — Мы пойдем проверить дом, ты сидишь здесь, ясно? Ну или можешь прогуляться до конца улицы. — Дин, — младший Винчестер аккуратно притянул его к себе и шепнул на ухо. — Может взять его с собой? Он вроде знает, о чем говорит. Бог всё-таки. — Сэмми, ты задолбал. Я в курсе, что он — Бог, — прошипел Дин, отводя брата в сторону. — А еще я хочу расследовать дело по старинке без чьих-либо умных комментариев. — Зачем тогда его было брать? — не унимался Сэм. Дин чуть ли не зарычал, громко скрипнув зубами, что означало, насколько низким он считает коэффициент умственного развития брата. — Чтобы голову проветрить! А уж явно не с собой на место преступления тащить! У него даже документов нет. Дальнейшие пререкания прервал вежливый кашель. Сэм изобразил извиняющуюся улыбку и потащил Дина за локоть к дому, другой рукой проверяя наличие во внутреннем кармане своего значка агента ФБР. Он прекрасно понимал, что по великому множеству причин Дину не терпится вытолкать Чака из бункера, но такого поведения тоже не одобрял. — Не волнуйтесь за меня, ребята! — полетело им вдогонку. — Все равно через пять минут обратно выйдете. — То есть? — Дин резко затормозил по мокрой от дождя траве. — Там никого нет, — пожал плечами Чак. — С чего ты взял? — потребовал ответа Винчестер. — Потому что я… — Бог. Да. Знаю. Помню. Слышать больше не хочу. Если кто-нибудь при мне еще раз упомянет это слово — врежу, — с этим Дин продолжил путь к крыльцу. — Дин? Ты куда? Чак же сказал… — Сэм осекся. В яростном взгляде брата читались все направления, куда он может пойти со своим Чаком. — Ладно, умник. Может ты тогда знаешь, куда нам ехать дальше? Чак слишком уж сокрушенно покачал головой, из чего Дин сделал для себя вывод, что над ним внаглую издеваются. Не сказав ни слова, братья вернулись к Импале. Спустя полчаса, зарегистрировавшись в ближайшем мотеле, Винчестеры по годами наработанной схеме разделились: Дин поехал в полицейский участок, а Сэм с Чаком отправились пообщаться с родителями погибшей. Всю свою карьеру охотника Сэм считал себя хорошим и вызывающим доверие слушателем. В этом плане при дележке обязанностей у них никогда не возникало проблем. Разговаривать со скорбящими родственниками шел именно он. Но в данную секунду, сидя за кухонным столом миссис Джойс, он тихо восхищался тактичными и полными сочувствия репликами соседа. Приятный проникновенный голос, лившийся из уст Чака, был сродни мёду для больного горла. Он обволакивал, смягчал боль и приносил облегчение глубоким ранам родителя, потерявшего дочь. Пожилая женщина была настолько очарована посетившими ее агентами, их деликатности и серьезному отношению, что совсем скоро на столе возник заварник с ароматным чаем и блюдо с яблочным пирогом. В любой другой ситуации Сэму было бы неловко, но присутствие Чака каким-то волшебным образом сводило весь дискомфорт на ноль. Он впервые испытывал, пускай и как свидетель, божественное воздействие на обычных людей. После первой чашечки чая мужчины выяснили, что суицидальными наклонностями Эллис не страдала и врагов у нее не было, а после третьей — что пару лет назад у них умер отец семейства. Чей прах стоял на каминной полке. Других зацепок не было. Оставив Чака и хозяйку дома общаться, Сэм вышел во двор позвонить и обменяться добытой информацией с Дином, у которого её тоже было не густо. Было решено остаться в городке на ночь и следить за полицейской частотой на предмет похожих случаев. Весь оставшийся вечер Чак был тих и смиренен — но в манере возвышенной и просвещенной, а не меланхоличной, как раньше. Казалось, разговор с матерью умершей девочки его чем-то затронул на глубинном уровне. Следующий день он вообще провел в одиночестве — оставив Винчестеров, гулял по парку, заходил в маленькие сувенирные магазинчики и антикварные лавки, наблюдал за счастливо смеющимися детьми. Мысли об Амаре, громоздкие и сочившиеся ядом, теряли объем, забывались в общем шуме и растворялись. Закрыв глаза, Бог вслушивался в жизнь города, в дыхание прохожих. Он в буквальном смысле ощущал каждое существо, каждую личность. Всё это было создано им. Всё это должно было быть создано, иначе никак. Вспомнив последние дни в бункере, Чак по-отечески усмехнулся в отросшую бородку. Он вел себя глупо, спору нет, но небольшой отдых, стагнация были ему необходимы. Тем более, как ни смешно это звучало, за ним присматривали Сэм с Дином. Не только за ним — за всем миром. Шаркая ногами по асфальтированной дорожке, Чак посмотрел на краснеющее предзакатное небо и решил возвращаться в мотель. Легкий укол где-то на краю сознания подсказал, что братья только что о нем подумали, а, значит, будут искать. Он был прав — в эту самую секунду Винчестеры действительно его обсуждали. — Дин! — умоляюще просил младший. — Хватит вести себя как баран. Он нам нужен. Тут уже речь не о тебе, а о жизни девочки. — Ладно-ладно, — сквозь зубы бурчал старший. — Звони уже. Сэм с благодарностью кивнул и быстро набрал телефонный номер.

***

— В общем так, — начал бегло обрисовывать ситуацию Сэм, когда Чак материализовался на заднем сидении Импалы, — мы имеем дело с проклятием, которое наложили на семью Джойсов в позапрошлом веке. Дух убивает только женщин через каждые три поколения в течение трех дней. Мы подозреваем, что следующей целью станет сестра Элли. Чак с интересом слушал рассказ, мысленно хваля себя за изобретение мстительных призраков. Всё звучало так увлекательно! Ему не терпелось поучаствовать. — Твоя задача, — сурово перебил брата Дин, — когда подъедем к её дому, проделать ту же хрень, что и вчера. — Хрень? — несколько отвлеченно уточнил витавший в облаках Чак. — Скажешь, есть там призрак или нет. Если да — пойдем зачищать. — И я пойду? — Нет. — Но… — Слушай, Чак, — стрельнул на него глазами Дин, тормозя на светофоре, — не мешай нам делать свою работу, лады? Бог с тоской вздохнул. До нужного места ехали всего десять минут. Включив поворотник, Дин припарковался через дорогу от объекта наблюдения. В груди уже возникало знакомое щекочущее чувство предвкушения, смешанного с беспокойством, которое всегда сопровождало его на охоте. Может, если он выпустит пар, пальнув пару раз солью по фантому, то злость на Чака уйдет? — Пошли, — бросил он, оценивающе оглядывая попутчика. Костюм до сих пор не потерял своей презентабельности, должен сойти. — Зачем? — лениво зевнул Чак и, не давая Дину времени для очередной едкой реплики, добавил. — Я и отсюда вижу, что здесь обитает дух. Точнее два духа. Но один безопасный. — Два? — удивленно переспросил Сэм. — На чердаке. Точно не хотите взять меня с собой? — Нет, — с нажимом протянул Дин, открывая багажник, чтобы вооружиться солью. — Пойдем, Сэмми. — Ну дело ваше… — пожал плечами Чак. В его тоне старшему Винчестеру послышалась легкая насмешка, но мужчина не обратил на это внимание, занятый сбором сумки. А стоило бы… Потому что мгновение спустя все окна дома полыхнули ярким нежно-золотистым сиянием, осветившим всю округу. Вспугнутые птицы с тревожным щебетом снялись с веток деревьев и полетели восвояси. — Какого…? — Дин так резко выпрямился, что стукнулся макушкой об крышку багажника. Сэм с опаской отступил назад, хватаясь за пистолет. — Теперь мы можем ехать домой? — из окошка машины высунулась невинная бородатая физиономия. — Ты… ты… какого хрена ты сейчас сделал? — глотая воздух, Дин вытаращил глаза. — Эм… по порядку? Поговорил с духом, узнал, что при жизни он был неплохим парнем, очистил его рассудок от связывающего заклинания и… в общем-то… отправил на небеса. Теперь мы можем ехать домой? — повторил он с легкой улыбкой. — Чак… — видя, как его брат медленно, но верно закипает, Сэм решил взять разговор в свои руки. — Ты… эм… уверен? — В принципе я мог всё проделать и из Канзаса, но хотел на вас поглядеть. — Поглядеть… На нас… Поглядеть на нас?! — взорвался Дин. — Да ты всё сделал ЗА нас! Какой вообще тогда смысл?! — Смысл был в том, что я развлекусь, — с осмотрительностью произнес Чак, вылезая из салона на суд грозного взгляда Винчестера. — Но постоянно сидеть в машине не очень весело, согласись. Скучно стало. И я решил ускорить процесс, — признал он, простодушно хлопая голубыми глазами. Осознав, что только что произошло, Сэм фыркнул, едва сдерживая улыбку и пытаясь прикрыть ее ладонью. Кажется, они действительно начинали забывать, с кем имеют дело. — И ты… всё это… специально?! — продолжал кипятиться Дин. — Обиделся, что мы тебя не пустили, дождался последнего момента и свинью подложил?! Ну ты и… — следующее слово так и осталось непроизнесенным, потому что Сэм успел предупреждающе кашлянуть. Ворча под нос ругательства, старший брат с лязгом захлопнул багажник. Смысла тут задерживаться действительно не было. Если этот засранец хочет домой, туда он его и отвезет. Но пусть теперь только попробует взять что-то из личных вещей! Чак внимательно наблюдал за грубыми, резкими движениями Дина, за мнущимся в сторонке Сэмом; во взгляде засветилась мягкая благодарность. — Ребята, я хочу вам кое-что сказать, — кротко заговорил он, когда все уселись на свои места. — Да неужели? — сердито проворчал Дин. — Тебе первому, Дин, — ласковым тоном, какой выбирают в разговоре с детьми, продолжил Чак. — Я понимаю, ты злишься, что Амара не мертва, что она до сих пор где-то там, и ты всегда будешь чувствовать эту связь. Я понимаю, что, кроме меня, обвинять тебе некого, поэтому не сержусь на твои выпады. Дин в замешательстве моргнул, не ожидая такой речи. — Я также осознаю, что в последнее время вел себя неподобающе Богу, и хочу извиниться, что причинил тебе дискомфорт. Я ценю то, что ты смог переступить через себя и позвал на охоту развеяться. Возможно, ты считаешь, что поступил так из эгоистических побуждений, но я знаю, что в душе ты переживал. Однако… — тут он ухмыльнулся, — … за эти два дня тебе все-таки следовало со мной считаться. — Я уж понял, — буркнул Дин. — Не забывай, кто я. — А ты не тычь этим в лицо постоянно, — в тон ему парировал мужчина, озорно сощурив глаза. — Теперь ты, Сэм. Спасибо, что так искренне хотел помочь и готов был меня выслушать. Что позволил остаться в бункере и не давил. Я знаю, что решение принять Метку было тяжелым, но… как бы это сказать… твоя душа светлее Дина и тем более Люцифера. Думаю, она не сильно будет тебя тревожить. А если что — я всегда на связи. — Молиться мне не привыкать, — кивнул Сэм. — Молиться? Зачем? У вас есть мой телефон. — Действительно, — хмыкнул младший. — Звонок Богу. Куда уж проще? Значит… хандра прошла? — Кажется, да. Поездка наглядно мне напомнила, ради чего я всё это сделал. — Погоди, так к чему ты разговор завел? — с подозрением поинтересовался Дин. — Опять на тысячу лет пропасть собрался? — Вообще-то я планировал что-то в духе встречи со своим сыном и возвращения вам Каса… но если ты настаиваешь… — Ты знаешь, где Люцифер? — встрепенулся Дин, обрадованный, что после недель затишья они сдвинутся с мертвой точки. — Конечно, — уверенно кивнул Чак. — Ведь я же… — Да-да, можешь не говорить, «ты же Бог». — Вот именно, парни. Вот именно.