У него было сердце.

Идя к храму, мы с братом смотрим друг на друга, обдумывая, кто же мог назначить встречу в этом заброшенном месте. Войдя во внутрь, я вижу, что по самой середине сидит некто в плаще с капюшоном. Он начинает чтоб-то говорить про храм, но меня это не волнует, сейчас моей задачей было проникнуть в его мысли и подчинить его себе. Когда сила моего телекинеза пробирается прямиком к нему, я вижу… Ничего. Словно какой-то барьер огораживает меня… И тут неизвестный обращается ко мне: — Гадаешь, почему не можешь проникнуть в мои мысли? — Да, но человек рано или поздно раскрывается… — Человек да. Стояв в храме, который находился по середине города Заковия, мы с моим братом Пьетро были полном замешательстве. Пред нами стоит самое холодное и опасное существо — Альтрон. Огоньки вместо его глаз перемещаются от Пьетро ко мне. Я улавливаю странные нотки, которые исходят от Альтрона, когда он говорит со мной. Но уверяю себя, что это все самообман. Машина не может испытывать чувств. У них нет сердца, души. Ни-че-го. Они мыслят исходя из логики и математических вычислений. Его тело, это оболочка, его голос это всего лишь запись, он — это всего лишь компьютер. Каждый раз находясь рядом со мной, я старалась преодолеть этот барьер, я старалась понять, о чем он думает… Но видела только кромешную тьму. Он сказал, что отомстит за нас с Пьетро и мы ему верим. Он сказал, что уничтожит мстителей, а в особенности самого ужасного из них: Тони Старка. Хотя, я ему должна быть в какой-то степени и благодарна, ведь это он вынудил меня и брата пойти на жертву, что бы из нас сделали мутантов. Теперь, я подарю ему то, что он однажды подарил нам. Страх смерти. Боль. Отчаяние. — Ванда, давай я тебе кое-что покажу. Альтрон часто показывал мне разные вещи, которые сам создал. Новые роботы, запчасти, оружие. Показывал, как слаженно работают другие машины, создавая вокруг полную гармонию. Не знаю почему, но его волновало моё мнение обо всем этом, а я ему доверилась полностью. Он излучал уверенность, ум, силу, после чего поневоле сам начинаешь думать о нем так же. Со временем мне приходилось заставлять себя верить, в то, что он не человек. Хотя его от человека отличало лишь не много. Он был ни жив, ни мертв. Он был в каком-то не понятном состоянии. Я не могла заставить себя лишь думать, что он не ведёт себя со мной, как командир или друг. Всегда, когда он общался со мной, мне казалось, что его огоньки в глазах внимательно наблюдают за мной. Но я уверяла себя, хоть и не надолго, что он просто машина. Он всего лишь машина… Однажды, когда моя попытка вновь не увенчалась успехом и я глубоко вздохнула, он услышал это и сказал: — Все ещё думаешь, что сможешь прочитать мои мысли, не так ли? В ответ я только молчала. — Ты никогда не сможешь узнать, о чем я думаю, Ванда. Поверь, так будет лучше. Для тебя. Мне показалось, что в его словах была капля горечи, в его тоне, но я снова уверила себя, что это лишь запись чьего-то голоса. Когда он закачивал своё сознание в тело, моему счастью не было предела. Он мог стать живым. Подойдя ближе к саркофагу, мне очень захотелось прочитать, что же уже думает он. Прикоснувшись, я увидела то, чего никогда и не могла подумать о Альтроне. Боль, кровь, смерть, взрывы, бомбы. Вся земля пуста. На ней нет ни одного человека. Эти мысли причинили мне боль и я оттолкнула себя от ящика с телом. Альтрон мигом встал, а я очень часто дышала и в страхе смотрела на него: — Чего ты ожидала? Я хочу сделать мир лучше. — Избавив его от людей? Ты ведь просто хотел отомстить мстителям! — при этих словах у меня начали появляться слезы. Я не могла в это поверить. Отрекнувшись от него, мы с Пьетро сбежали, что бы предупредить мстителей забрать контейнер. В один момент, когда Капитан Америка сказал мне остановить поезд, а Пьетро начал убирать людей, я вспомнила из-за кого это все сейчас. Из-за Альтрона. Собрав всю свою боль, злость, я начала останавливать вагон. Такой силы я никогда ещё не использовала, но это было на благо. Он обманул нас, меня… И он за это поплатиться. — Вы забрали контейнер? — Да, мы отдадим его Старку — ответил мне Капитан. Его слова погрузили меня в шок, но я сразу нашла что ему ответить: — Только не ему, только не Старку… Он породил Альтрона, — эти слова я выговорила с большой горечью, в горле возник гигантский ком. — В этот раз станет лучше. Он все исправит. — Альтрон такой же как и он… Ты думаешь в кого он такой? — я собрала все свои силы что бы сказать последние слова. Так не хотелось верить, что Альтрон, это порождение Старка. Во мне все горело. Я видела, слышала, чувствовала, как пули пронзили тело моего брата. Пьетро… Он погиб из-за него… Идя по разрушенному вагону, мне казалось, что жар веет от меня и обстановка во круг словно наколилась. Альтрон лежал на полу, его тело было прожжено, простреляно. Оно уже не было так красиво и внушаещеим, как прежде. Он смотрел на меня своими огоньками, и тут он сказал: — Уходи, иначе погибнешь… Страх. Его голос излучал заботу и боязнь, за меня. Он впервые испытывал страх, но мне уже было все равно. Мне уже было на все плевать. Я хотела сделать только больно ему, как он это сделал мне. — Я уже мертва… Хочешь узнать, какого это? И смотря на него, я вытащила его сердце, а потом сквозь мучения произнесла: — Вот, как это было… Жгучий ад, который был в моей душе, постепенно остывал и превращал все в лёд. Мне хотелось, что бы все кричало, что бы я кричала, но я не могла издать и звука. Мой крик, моя боль, мне казалось, что все происходящее для меня не важно. Все это какая-то никому не нужная, сложная, трудная и полная отчаяния грязь, называющаяся жизнью. Мои мысли были мутны, я не понимала что происходит дальше. Я просто продолжала сидеть в этом вагоне. Единственное, что я понимала чётко, это только, что у него было сердце. Тёплый металл постепенно остывал в моей руке, я начала качаться в агониях взад и вперёд. У него было сердце… Он имел чувства… И единственные теплые чувства, которые он испытывал к кому-либо, были ко мне.