Ощущение свободы

Раздражающий звук воды, капающей из-под ржавого крана. Занавеска, словно что-то живое и бесформенное, взмывает вверх, поддёргиваемая резким ветром из открытого окна. Только что вставшее солнце, замирая на подоконнике, не решается заглянуть поглубже, в эту мрачную комнату с ободранными обоями. Звонок на мобильник. - Да? – хрипло. В трубке слышна чья-то быстрая речь. Судя по тембру голоса – женская. - Пошла на хуй, - грубый ответ, следом телефон летит обратно на тумбочку, где и лежал до этого. Парень с длинными тёмно-коричневыми дредами, недовольно ворча, поднимается с кровати. - Сучка. Раз переспали, и всё – жениться? Тупая идиотка. Этот парень в белой алкоголичке, немного нервно достающий сигарету из пачки, хоть и бесцеремонен, но точно знает, что никому ничего не обещал. Этого парня зовут Зико. Он – мелкий преступник, хулиган. - Ты закончил с бумагами? – спрашивает толстый начальник полиции, натягивая на живот штаны. Вот так, при всех. Не слишком красиво с его стороны. - Да, - отвечает паренёк-шатен, отрывая взгляд от стопки с документами. - Ты сегодня едешь разбираться с тем карманником…. Ну, как его там…. – почесав подбородок, сказал начальник. - За два квартала отсюда…. – предположительно кинул парень. - Да, - кивнул начальник. – Ты меня понял. Этот паренёк за столом в светло-голубой рубашке, заправленной в строгие тёмно-синие штаны, одевающий на голову фуражку и засовывающий в кобуру пистолет выполняет свой долг. Этого парня зовут Чон Чжинён. Он – полицейский. Сегодня, как всегда, солнечный день. Кто-то, вон, радуется, скачет по улицам вприпрыжку, ест сладкое мороженое, катается на велосипеде или просто прогуливается по улицам. Кто-то работает, кто-то помогает друзьям с ремонтом, а кто-то…совершает преступления. Даже если мелкие, всё равно. - Не надоело тебе штрафы выплачивать за разбитые окна и витрины, а, Зико? – спрашивает начальник полиции. Тот самый толстый мужик. Сейчас он сидит за столом напротив этого парня с дредами, которому, похоже, на всё в этом мире с высокой колокольни срать. - Лучше я заплачу бабло, чем буду держать эмоции в себе, - буркнул он. - Ты собираешься сказать, что у тебя какие-то проблемы, которые ты выместил на витрине цветочного магазина? - Именно. В кабинет прошёл Чжинён, кашлянув, чтобы привлечь к себе внимание. - Начальник, вы звали? – тихо спросил он, вставая за широкой спиной начальника. Зико, сидя боком на стульчике и сложив одну ногу на другую, не обращал на них никакого внимания. - Рапорт готов? – бросил начальник. - Да. - Тогда выведи этого, - мужчина бросил взгляд на Зико. – Из здания, пожалуйста. Штраф он выплатил, делать с ним нам больше нечего, он свободен. - Да, - кивнул Чжинён, поднимая взгляд на парня с дредами. Как ни странно, он был единственным, кто никогда не встречался в участке с Зико. Тот, изучив все свои ногти на правой руке, повернулся к подчинённому и хитро прищурился. - Будто я сам не дойду, - процедил он. - Пойдёшь со мной, - холодно заявил Чжинён, подходя к парню, хватая его за руки и толкнув к выходу. – Вперёд, шевелись. - Ладно, мистер, потише. Кстати, почему я тебя раньше не видел здесь? Ты что, новенький? Товарищ начальник, у вас новая развлекалочка – красавчики-сотрудники? Но начальник не успел ответить. Чжинён уже выпер парня в коридор, а потом и на улицу. - Счастливо оставаться, - бросил он Зико вслед, захлопнув за ним дверь. Тот только пожал плечами. - Какой злой красавчик. Зико редко просыпался рано утром, если только по великой нужде куда-то сходить. Сегодня был как раз такой день. Ну уж очень просил друг с района помочь ему с починкой двигателя. А Зико своих не бросал. В восемь часов он выходил из своей комнаты в общежитии. Набросив поверх майки любимую кожанку, он остановился в коридоре общаги, закрывая дверь на ключ, как вдруг услышал, что из комнаты напротив тоже кто-то выходит. Парнише стало интересно, кто бы это мог быть. И насколько же он был удивлён, увидев Чжинёна! - Мент, ты что ли?! Какое невероятное совпадение! – воскликнул Зико, заставив парня подскочить от неожиданности. Он обернулся и, увидев знакомую рожу с дредами, поморщился. - Да быть не может…. – простонал он, закрывая дверь. Он пошёл по коридору, а следом за ним побежал Зико. - Эй, мент, постой! Ты правда тут живёшь? Ты что, бедный? Что ты забыл в этом бомжатнике? А начальство знает? Тебе что, мало платят? У тебя нет семьи? Ты не обзавёлся квартирой? – засыпал он вопросами парня, который начинал конкретно злиться. - Тебе какое дело? – резко останавливаясь, спросил он. Слишком спокойно. Сразу видно – внутри бушует едва сдерживаемая буря гнева. - Просто интересно, - бросил Зико, останавливаясь вслед за Чжинёном, и вглядываясь в его лицо. – Слушай, а ты и вправду красавчик! Никогда бы не подумал, что полицейский. - Отвали, - огрызнулся Чжинён и пошёл вперёд, оставляя Зико в замешательстве. - То, что ты красавчик, не даёт тебе права быть таким злым! – крикнул он вслед парню. Зико часто влипал в разные истории. И чем чаще влипал, тем чаще встречался с Чжинёном. - Ты на работу? – спросил Зико утром, когда они столкнулись в десять часов в коридоре общежития. Как всегда. - Нет, сегодня не работаю, - ответил Чжинён. Уже не так грубо. Уже почти привык к своему соседу. – Кстати, что это вчера было? - Ты о стонах? - Да. - Порно. - Ясно. Так же, как Зико выдирал какие-то моменты из жизни Чжинёна, совершенно не пытаясь узнать его лучше, так и Чжинён узнавал Зико. Именно поэтому он перестал хотя бы грубить, правда, привычной холодности не растерял. - Слушай, а спички есть? – спросил Зико у парня, постучавшись к нему в комнату вечером. - Ты решил сжечь общагу? – съязвил Чжинён. - Всего лишь зажечь плиту. Я забыл купить. Пожалуйста, одну штучку. - Будешь играть в Корбена Далласа из «Пятого элемента»? - Если не пожалеешь, можешь дать две спички, или даже три. - Бери коробок и вали к чертям! – крикнул раздражённый Чжинён, швыряя схваченный из ящика коробок в лицо Зико и выталкивая его из комнаты. - Спасибочки, - сказал уже закрытой двери Зико, подбросив коробок в воздухе, ловко поймав его и направляясь обратно к себе. То, что его выставили, его ни капли не задело. Да, Зико частенько влипал в истории, и Чжинён, работая в полицейском участке, отлично это знал, постоянно натыкаясь на его настоящее имя в документах. «У Чихо» - снова мелькнуло на какой-то папке. Чжинён ненадолго завис, а потом схватил папку, читая содержимое. «Порча имущества, кража» - прочёл он. - Кража?! – офигел Чжинён. Он-то знал, что Зико до такого никогда не доходил. А тут вдруг ни с того, ни с сего…. - Открывай! Чихо, открывай! Какого хера ты творишь?! Открывай!!! – орал Чжинён, долбя в дверь соседа. Тот очень долго подходил, но всё же открыл. Растрёпанный, в одних спортивных штанах, босиком. - Чё тебе надо, мент? Я же сплю, не видишь?... – просипел Зико, но был грубо отброшен от двери Чжинёном, который влетел в его комнату с намерениями разобраться. - Ты понимаешь, что тебя обвиняют в краже?! Ты правда крал что-то?! Порча имущества – это в твоём стиле, но кража! Чёрт, Чихо!... – кричал взбешенный Чжинён. Он и сам не знал, чего именно ему так жаль. - Во-первых, - зевнув, сказал Зико, почёсывая пузо. – Я не Чихо. Я – Зико. Во-вторых, я ничего не крал. Ты мент – ты и разбирайся. А порча имущества…. В этот раз я перегнул палку. Я разбил тачку какому-то мажору. Но ты же знаешь – мне насрать. - Блядь, Зико!!! – гневно проорал Чжинён, набрасываясь с кулаками на парня, который совершенно спокойно схватил его руки в запястьях, наблюдая за тем, как парень пытается вырваться с бессильными стонами. Зико наблюдал несколько минут. Внимательно взглядываясь в нахмуренные брови, в зажмуренные от стыда и боли в запястьях глаза, на закусанную от растерянности губу. Чжинён снова простонал от бессилия, а Зико переклинило. Он толкнул парня к кровати, тот не удержал равновесия, неловко свалившись на мятое одеяло поверх такой же мятой простыни. Сверху навалился Зико, вжимая руки парня в кровать, отрезая пути к отступлению. Чжинён открыл глаза, измученно взглянув на Зико. - Ты что?.. Пусти…. – тихо сказал он. Непонятно, что нужно этому парню, но взгляд его сейчас совсем другой. Серьёзный, вдумчивый. Такой взгляд редко бывает у Зико. - Послушай, - сказал он. – Даже если ты мент, я не стану потакать. Ни тебе, ни кому-либо ещё. Ты думаешь, что прав здесь ты, но это только с социальной точки зрения, или как это там называется. Если рассматривать человеческий фактор, то наши с тобой положения либо равны, либо я выше тебя. И знаешь, почему? Потому что я, в отличие от тебя, свободен. По-настоящему. Пусть и выплачиваю за свою свободу штрафы. Я не знаю другого способа выплеснуть эмоции, как разбить что-то существенное, большое. Но так же нельзя, и потому я потом вынужден расплачиваться. Но я знаю, за что плачу деньги, потому спокоен. Я жажду свободы, постоянно. Хочу – не работаю, хочу – работаю. Хочу – трахаюсь, хочу – посылаю всех к хуям. Хочу – разрушаю, хочу – создаю. Вот она – свобода, Чжинён. А ты заперт в своём замкнутом круге. Возможно, считаешь меня бестией, но это только потому, что я не такой, как все. Чжинён, выслушивая всё это, понял – Зико, на самом деле, прав. До последнего слова. Хоть это и не значит, что нужно разрушать всё вокруг. Просто у него такой способ самовыражаться. А Чжинён…. А что Чжинён?.. - Я всего лишь волнуюсь… - произнёс он и понял, что это правда. В глубине души он давно понял, что из себя представляет этот бесшабашный парень. Просто не хотелось, чтобы его упекли за решётку. Просто он подумал, что если не скажет ему вовремя, то это, рано или поздно, произойдёт. И тогда ему будет не хватать его усмешки по утрам. Его подколов. Его причуд, и этих странных звуков из комнаты, когда он что-то мастерит или чинит. - Зачем? – спросил Зико. – Не ожидал от тебя. Тем не менее, красавчик…. У меня, почему-то, стояк. Прости. Придётся показать тебе, насколько я бываю свободным. - Что?.. Стянутая наспех одежда валяется на полу, кожа Чжинёна отблёскивает в этих лучах, которые всё же смогли пробраться сквозь неплотно зашторенные занавески. Пот стекает по вискам, а задница жутко саднит. - Извини. Я не трахался с парнями. Это правда так больно? – осторожно спросил Зико, как только вошёл в тело парня. - Нет, знаешь…. Щекотно мне. – Чжинён умудрялся острить даже сейчас. - Прости, правда…. Кажется, скоро должно стать полегче, - на полном серьёзе сказал парень, махнув головой, сбрасывая с лица мешающие дреды. – Ничего не смыслю в этом. - Будь нежным, - усмехнулся Чжинён, но усмешка мигом сползла с его лица, когда Зико начал двигаться. Медленно, аккуратно. Зико не сводил взгляда с красивого стройного тела. Совсем не как у него. Слишком худое, мышц почти нет, кожа белая. Но всё так красиво и изящно…. Рядом с Чжинёном Зико кажется дикарём. Он переносит левую руку к лицу Чжинёна, поглаживая его по щеке. Тот открывает глаза, из приоткрытого рта вылетает тихий стон. Ему всё ещё больно. - Ты и вправду красивый, знаешь? А ещё жутко напоминаешь лисицу…. У тебя глаза лисьи и улыбка, - произнёс Зико, застонав от внезапно накатившего наслаждения. Приятно. Намного лучше, чем со всеми, кто был до этого. Чжинён не ответил. Боль не прошла, но Зико что-то задевал внутри, отчего по телу прокатывалось урывками удовольствие. И Чжинён стонал. Очень сладко. Так сладко, что у Зико начинала кружиться голова. - Ты классный…. Правда, мент, ты такой крутой…. – выдавил он, ускоряя темп. – Я могу…быстрее? Пожалуйста. Чжинён молча кивнул. И стоило Зико немного ускориться, как он обвил шею парня худенькими руками, притягивая к себе. В голове пронёсся вопрос: «Почему я позволяю ему делать это со мной?». Ответа нет. Вряд ли он появится. Скорее всего, эта ситуация одна из тех, которые навечно остаются необъяснимыми. «Кончать вместе…приятно» - подумали оба, когда Чжинён выгнулся дугой, переходя на крик, и полностью спустил себя. Зико совершенно нескромно кончил прямо в него, но никто особо не возмущался. - Мент, у тебя правда нет девушки? – спросил Зико, лёжа сверху на парне и разглядывая его профиль, который, как и полуоборот, и фас, был очень красивым. - Я тебе никогда об этом не говорил, - тихо произнёс Чжинён, глядя в потолок, и сочтя тяжесть Зико на себе приятной. - Ну, так что? - Нет у меня девушки, нет. - А то вдруг я посягнул на чужую собственность…. - На чужую или нет, но посягнул. Думаешь, мне будет легко жить с этим? Зико приподнялся на локтях. - Но разве тебе не понравилось? Мне вот понравилось. Внутри тебя так хорошо…. - Зико. - Так тепло, мягко…. - Зико, замолчи. - Так приятно, лучше даже, чем у девушки внутри…. - Зико, хватит! - Ты смущаешься? – неожиданно спросил парень, усмехнувшись. - А что, если да? - Это смешно, - задумчиво сказал Зико. - Да уж, смешнее уже просто некуда. Вскоре Зико уехал из общежития. Неизвестно, куда. Чжинён понял – ему и вправду его не хватает. Ну, он хотя бы не в тюрьме. Пока не в тюрьме. Остаётся надеяться, что он туда не залетит. Девять утра. Воскресенье. Чжинён пьёт горячий чай и слушает радио. Скучно и тоскливо. Как-то совсем пусто. Хочется, чтобы хоть кто-то пришёл к нему….за спичками. Звонок в дверь заставляет вздрогнуть, а сердце почему-то трепещет. Чжинён отмахивается. «Да ладно, быть не может…» - думает он. Отрицает – это не может быть Зико. Волей-неволей о нём он вспоминает в первую очередь. Но на пороге именно он – парень с тёмно-коричневыми дредами. В белой алкоголичке с сигаретой в зубах. - Я вернулся, - усмехаясь, произнёс Зико. - Вижу, - выдавил из себя Чжинён. Как не силился – не может скрыть этого изумлённого выражения лица. А Зико нравится. Нечасто на этом лице можно вызвать такие яркие эмоции. - Скучал? – всё с той же ухмылкой спрашивает он. - Очень. – Чжинён пытается добавить во фразу сарказма. Не получается. Он скучал. - Знаешь, я тут подумал…. – внезапно становясь серьёзным, говорит Зико. – Ни к чему не обязывающий секс с тобой совсем не похож на ни к чему не обязывающий секс с кем-то ещё. Да и вообще, я себя как-то странно чувствую…. - К чему ты клонишь? – нетерпеливо спрашивает Чжинён. Кажется, в кои-то веки он с Зико полностью согласен. - Может…. Ты…. Короче! – решаясь, одёрнул себя Зико, в момент прекращая мямлить. – Может, повторим? А потом ещё повторим. И ещё…. Ну, как тебе?.. Чжинён успокаивается и безмолвно улыбается, глядя на то, как Зико ведёт себя совершенно нехарактерно для себя, переминаясь с ноги на ногу. И когда парень с дредами смотрит на него, тихо кивает.