Вальсируя на балу

      — Ну что, бабаньки, еще по одной? — я говорила громко, чтобы перекричать музыку, которая была слышна из самого актового зала. Мы с девчонками сидели в кабинете на третьем этаже школы. А ключи «вежливо попросили» у нашего молодого охранника, который не отказал девушкам, которые хотели уединиться, не в пошлом смысле слова. А на мой вопрос подруги сильно закивали головой, что доказывало, что они уже не трезвые. — Ну так берите!       — Я предлагаю произнести тост! За нашу красоту и сексуальность, которыми мы сможем соблазнить кого угодно. За наш ум, которым поразим любых. И за нашу бесшабашность, ведь МЫ пронесли на эту вечеринку, за которой строго наблюдали наши учителя, алкоголь, который не в коем случае нельзя употреблять, но я не думаю, что мы одни такие, кто укрылся в кабинете. В общем, к черту эти речи. За нас! — девушку наша компания поддержали, но не до конца поняла ее речей, ведь были под градусом. Но несмотря на это, мы дружно вторили ей «За нас!». А потом, что должно было когда-нибудь случится, я пролила на свое платье-пачку стакан спиртного.       — О-о-о, подруги, у меня апокалипсис, — голос мой был грустный, а взгляд я опустила на юбку платья, показывая, что натворила. Девушки лишь на миг приуныли с произнесенным «У-у-у», и тут же забыли про меня, возвращаясь к напиткам. Я вздохнула и пошла в туалет, чтобы как-то убрать это небольшое пятно. А прежде чем выйти из кабинета, надела на себя черную маску с красными узорами, бал маскарад как никак.       По пути в туалет я успела зайти в актовый зал, где все танцевали и явно были не трезвыми, но учителя не обращали на это внимания, а даже отрывались на этой вечеринке по своему. У физрука в кармане пиджака была видна бутылка виски, а в руках учителей прозрачные стаканчики, наполненные светло-коричневой жидкостью. Теперь понятно, почему все делали то, что хотят. За своими размышлениями я и не заметила, что ко мне подошел парень, видимо из параллельного класса. Он что-то прокричал мне, и я не очень-то его расслышала, но поняла, что он пригласил меня на танец. В этот момент громкую ритмичную песню сменила спокойная и медленная музыка, под которую пары начали танцевать вальс. Я умела танцевать вальс, ведь выпускной класс, последний звонок и все похожие дела, поэтому согласилась на предложение парня. Танец был не долгим, поэтому сразу после него я отправилась в туалет, путь в который мне задержали.       В туалете было пусто и царил мрак, и мне пришлось включить свет, отчего глазам на пару мгновений стало неприятно, ведь по все школе царила достаточно темная обстановка. Я с усилием, которое у меня осталось, и твердой стойкой на ногах, что не очень-то выходила, пыталась оттереть пятно от платья. Промучилась я так минут пять, и какой только черт заставил пролить меня вино на платье? А ведь вино было красное, зато платье было черное, поэтому я сильно не должна огорчаться. Бросив тщетные попытки как-то вымыть пятно, я ушла с туалета, выключив свет.       Надеюсь путь в кабинет мне ничего не преградит, и я никуда не вляпаюсь. Да, родители немного удивлятся, увидев меня в пьяном состояние, но благо я веду себя адекватно. И да, это не первый мой опыт в распитии спиртных напитков. И да, я не горжусь этим. И именно во время моих размышлений я во что-то врезалась, а точнее в кого-то, и упала на пол, при этом больно ударив свою попу. Видимо проблемы — мое второе имя. Первое — Лена.       — Елена? Не ожидал увидеть тебя здесь, да и в не трезвом состоянии. — Ох, а я то думала, что столько проблем за один раз не бывает. Знакомьтесь, мой учитель физики — Виктор Александрович. Я не люблю физику, поэтому даже особого внимания на преподавателя не обращала.       — Виктор Александрович, здравствуйте, — и голос мой тихий стал. С учителем разговаривать-то — это не как кричать о том, кому долить. И взгляд устремляю в пол, рассматривая ботинки мужчины.       — Ничего страшного. Все ведь когда-то выпивают. НО не злоупотребляй этим! И отличный наряд, — а от слов его чувствовалось тепло, отчего мне захотелось посмотреть на него. Зря. Утонула в омуте его глаз. Говорят, большинство людей тонут в голубых глазах, а у него они были светло-карие, почти желтые, как у кота. И как бы банально не звучало, но я будто отрезвела сразу же, как только посмотрела на учителя.       — Чего смотришь так внимательно?       — Да так, поцеловать хочу, — и как только произнесла это, сразу же закрыла рот рукой. — Уппс?       — Верно говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, — посмеялся, будто и не воспринял мое предложение всерьез. Ну да, а зачем нагружаться тем, что говорит тебе восемнадцатилетняя девчонка, особенно когда она еще и твоя ученица.       — Нет-нет. Когда трезвой была об этом даже и не думала. Только сейчас, — алкоголь делает свое дело. А ведь правду сказала: я даже никак не засматривалась на него. А очень зря. Ну и что что он учитель мой? Притянул он к себе меня, притянул. Своими глазами такими необычными; веснушками в области носа, а я их с трудом в темноте разглядела. Волосами, в которые хочется запустить руку и провести по ним. И сам мужчина был интересный, не первый год же знаю.       И тут, не спрашивая его разрешения, я молниеносно, чтобы не сбежал, подошла к нему, притянула за воротник рубашки и привстала на носочки, ведь мужчина был выше меня. И поцеловала так, как никого не целовала, а опыт был. Сначала я лишь дотронулась его губ, как бы прося разрешения на продолжение, и мужчина ответил на поцелуй, обнимая меня за талию, а потом своей спиной я дотронулась до стены. Я стала целовать его настойчивей, запуская в его рот свой язык. Он пытался взять всю инициативу на себя, но я не позволяла. И лишь когда его руки стали блуждать по моему телу, я сдалась. Виктор Александрович на мгновение отстранился и сказал:       — За умение целоваться пять, Белова. Но вот мой предмет ты знаешь не так хорошо, — и снова поцелуй, который не хотелось прерывать.       — Я надеюсь, вы поможете мне поднатаскать физику.       — Не сомневайся, — а потом мы растворились в нашем поцелуе, забывая кем мы друг другу являемся и в каком заведении находимся. Я вся отдалась чувствам, которые возникали у меня во время столь неправильного и запретного дела, которым мы занимались. И никто нам не мешал, да мы и не обратили бы. И почему я только раньше не обратила на такого притягательного мужчину взгляд? Это все физика. Чертова физика. Но спасибо за такого замечательного физика.