Машина Сновидений.

      Я проснулся посреди ночи.       Череда ужасных сновидений ослабила свой гнёт.       Перевернувшись на бок, я увидел Джека, который сидел на краю кровати, уткнувшись взглядом в пол.       — Ты чего? — Сонно встрепенулся я, пытаясь прочистить горло и одновременно нашарить сигарету на прикроватной тумбочке.       — Ужасные сны. — В голосе Джека было столько пустоты, что я вряд ли рискнул бы описывать эквивалент оной в граммах, размерах и губительной силе той самой. — А ты — свеж, как огурчик.       — Это да… — Пробормотал я, растирая глаз кулаком и зевая во весь рот. — Кажется, мы каким — то образом поменялись ролями. Но, ты не обольщайся, — скоро вернешься в дом, и всё станет хорошо и безоблачно.       — Это ты сейчас пошутить пытался?..       — Я не пытаюсь, если что. И не шучу. Всегда, знаешь ли, по факту говорю.       Джек закатил глаза и продолжил рассматривать пол.       Я пожал плечами, ведь, как никак, привык к его поведению.       Говоря простым языком, этот человек был весьма высокого мнения о самом себе и самого низкого касаемо других окружающих его людей.       Если бы мне не было плевать, как сейчас, например, то я бы, наверное, обиделся.       Через полчаса просмотров глупых телешоу, я надел джинсы, чиркнул ширинкой, сгреб со стола бумажник и вышел вон из номера.       Как я и подозревал, Джек живо отвлекся от бессмысленного созерцания, и уже через пару секунд вышагивал рядом со мной, пытаясь задавать ряд неуместных вопросов.       — Каковы твои планы? Обратишься в полицию?       — Я еду за собакой, — Невдумчиво ответил я.       — Ты сам вчера сказал, что не сдвинешься с места, пока не поймешь, что тут происходит.       — Джек — Я посмотрел в его голубые глаза, с грустью, — Вот чего ты ко мне привязался? Если у тебя, законного владельца дома, нет плана на уничтожение нечисти поселившейся на веранде, то каким таким образом я обязан опережать события? В моей голове пусто и уныло, а кроме того, там обитает полчище голодных до информации скорпионов.       — То есть, у тебя нет плана?..       — Может и был бы, если б я знал с чего начать… Может, поедем, купим чего — нибудь? — Неопределенно спросил я, — Не с пустыми же руками возвращаться?       — Пистолет?       — Да, если этот пистолет будет куплен из рук самого Сэма Винчестера, ибо я не знаю такого пистолета, который смог бы обезопасить нас от плода нашего воображения.       — Я не это имел ввиду. Пока ты спал, я кое о чем подумал… Что, если это не призраки?       — Живые люди, которым всласть поиздеваться над новыми квартирантами? — Я выгнул бровь, садясь в машину, — Интересненько.       — Согласись, всю свою жизнь ни я, ни ты, не видели чего — то экстраординарного. Так почему это должно произойти именно сейчас?       — На самом деле, я и вправду не видел за тридцать лет ничего необычного. По крайней мере, в здравом уме. — Призадумавшись, ответил я, — Предлагаешь проверить?       — Да. Но пистолет нам точно понадобится.       — Как скажешь, — Пренебрежением в моем голосе так и веяло за версту.       Добравшись до Сиэтла, в первую очередь мы свернули в сторону рыночной площади, где кипела нехитрая, ранняя заварушка.       Припарковав машину, мы выбрались наружу.       Здесь было достаточно многолюдно для того, чтобы я умудрился потерять Джека из виду.       Потолкавшись средь озабоченных, поживших дам, я принялся искать блондина, и это было не столь трудно. Издалека он напомнил мне Курта в самом его юношестве, да и стиль одежды у Джека был довольно — таки запоминающимся, чтобы отличить шмотки парня от однообразных, летних сарафанов и разношенных джинс прочих обывателей.       Чтобы проникнуть целиком и полностью в этот влажный и пасмурный день, я попытаюсь подкинуть Вам парочку обличающих фактов, по которым можно будет живо опознать свой собственный блошатник, где, в любом случае, будет находиться парочка подозрительных людей у самого входа. — Такие люди — мужчины, — обычно промышляли ворованными товарами, скупкой золота и обменом валюты.       По правде говоря, в их послужной список обязанностей входило еще много чего, о чем мне будет говорить немного противно. Но, некоторые варианты услуг я все — таки озвучу: такие, как торговля наркотой, грабежи, шлюхи, и редкие предметы антиквара, улетающие за тысячи баксов без единого сертификата подтверждающего их подлинность.       — Почему мы не могли поехать в оружейный магазин? — Джек возник рядом со мной. Он, увешанный всякой ерундой, казался намного веселее, чем в обычное время суток. Это меня несказанно порадовало, ибо меня начинало «припекать» изнутри.       — Где ты возьмешь лицензию на ношение оружия? — Пробормотал я, прицениваясь к двум незнакомцам у входа.       — Будто бы ее так сложно получить…       — Мы с тобой стоим на учете в полиции. Сложно. К тому же, ты — бывший наркоман, а я — человек с психическими проблемами…       — Да, справка от психиатра тут не поможет, — Джек почесал голову. — Погоди, по — моему, это наш клиент.       «Наш» клиент тоже узнал своих покупателей.       Крепко — сколоченный мужчина отвел нас за угол и приспустил круглые, черные очки на кончик носа.       — По какому вопросу? — Участливо спросил он, беря меня за плечо.       — Нам нужен обрез. Пушка, дробовик, кольт… Без разницы, если честно.       — Чтобы припугнуть или прихлопнуть?       — Да боже упаси. Можно даже резиновый. Мы убивать никого не собираемся, просто… — Я приблизился к мужчине и прошептал ему на ухо, — … Какие — то ублюдки повадились лазить в наш дом.       — И даже для ублюдков резинового будет маловато. Пошлите. — Он махнул рукой и пригласил нас пройти с ним.       — С каких это пор дом стал «нашим»? — Свирепо прошипел Джек мне на ухо.       — С тех пор, как ты ешь за мои деньги, — Не менее свирепо парировал я.       — А, семейная пара, да? Мне вот интересно, как у Ваших распределяются семейные обязанности?       — Мы не геи, — Возопил Джек. — Просто этот мужчина живет в моем доме.       — Какая разница в какие игры вы предпочитаете играть?.. — Барыга закатил глаза и завел нас в какой — то мрачный, сырой цех.       Поймав какого — то парнишку за руку, мужчина что — то проговорил ему на арабском языке, но я был не уверен, что это был именно этот язык.       Зато, я был уверен в нелегальности данного сооружения, где рабочих лиц на один квадратный метр было намного больше, чем атомов в воздухе.       Спустя минуту отсидки на деревянном ящике из-под оливок, нам принесли удлиненный пакет с веселой расцветкой и буквами: закажи счастье, — на этот раз на английском языке.       — Надо было Тейлор брать, — Угрюмо пробормотал я, когда мы выходили из «цеха».       — Да, тогда бы нас не сочли за педиков, — Джек взял у меня пакет и заглянул внутрь, — Это же дробовик!       — Хорошенький, — Я присвистнул.       — Это все, что ты можешь сказать, ковбой? — Проворчал Джек, усаживаясь в машину и радуясь, как ребенок.       Кажется, «фигура» начинала «очеловечиваться», а я чуть не пропустил такое событие.       Весело мне было с ним… Или ему со мной, не знаю.       По пути к дому Кобейнов меня отвлек звонок.       Я хмуро включил дозвон и уложил телефон на плечо, где прижал его ухом и приготовился к очередному разбору полетов от Тейлор.       — Почему вы меня не взяли? — Обиженно воскликнула она.       — Потому что мне будет жаль, если тебя убьют первой. Не могу я так рисковать. Вдруг этот факт принесет тебе великую славу, а я не смогу прожить остаток дней в зависти к своей возлюбленной…       — Как ты меня назвал? — Лукаво проговорила она, и я почувствовал ухмылку в каждой, произнесенной ею, букве. Несмотря на очередную мою шутку (неумелую), ее настроение было донельзя приподнятым.       — Тут связь плохая, — Соврал я, потерев телефон о бедро, — До скорой встречи.       — Любишь ее, значит, — Джек понимающе кивнул.       — Возлюбленная? Я про славу вообще — то, — Я отмахнулся.       — Ну — ну…       Я включил дворники, чтобы избавиться от докучливых капель на поверхности лобового стекла. Кажется, дождь заметил мои попытки, поэтому решил лить в три раза интенсивнее.       — Почти, как в первый день моего приезда…       — Это Сиэтл, — тут погода никогда не меняется, — Джек тяжело вздохнул и взглянул на дом.       Тот снова был таким же, как и на фото, только изгородь была более кустистой, а у парадного входа не маячили белые, полицейские машины.       Зато виднелся Леон, и я почувствовал благодарное облегчение в области груди. Мой пес был целехонек и невредим. И, на самом — то деле, намеревался радовать нас запахом псины остаток вечера в прихожей дома.       Джек высвободился из ремня безопасности. Он вышел из машины и, заприметив худощавую фигуру в саду, целенаправленно направился к оной. Я поспевал следом, держа в руке заветный пакет.       — Здравствуйте, Каин, — Страйфи пожал старику руку и присел на мраморную скамью. — Как обстоят дела с домом?       — Проклятое электричество, — Односложно пропыхтел старик и ткнул в Джека секатором, — Открой рукоятки, иначе я за себя не ручаюсь…       — Тут надо было клапан повернуть, — Джек щелкнул задвижкой и отдал инструмент садовнику.       — Электрик все починил, — Продолжил Каин, возвращаясь к нивелировке изгороди. — Сказал, что наша проводка — дерьмо, — цитирую. Так что, вам больше не придется ночевать в гостинице.       — Какое счастье, — Несчастно выдохнул Джек.       Уж простите, но беседа с Каином была столь не интересна, что я пропустил мимо ушей большее количество произнесенных им фраз.       У меня вообще было такое чувство, что дождь лил не во всем городе, а только над нами с Джеком. Разумеется, на самом деле этого не было, но язвить с погодой я был явно не против, поскольку уже неделю не помнил, как выглядят мои волосы в сухом и расчесанном виде…       — Только не показывай ему дробовик, иначе он с ума сойдет, — Шикнул Джек, но спохватился, — Кажется, я отстал от времени.       — Хорошо, в баттле не смешных шуток мы пока оба лидируем. — Я сжал зубы и толкнул входную дверь.       Дома было тепло и уютно, только зажженного камина не хватало.       Ну и, не хватало еще лучезарного лица Каина, который бы протиснулся из-под половицы и, подняв большие пальцы вверх, сказал бы: «парни, сегодня дом Рад вам, как никогда раньше».       На это бы у него ума точно хватило бы…       — Как ты думаешь, наличие желчного пузыря и сарказма помогут мне в борьбе со страхом? — Я швырнул пакет на стол и покосился на Джека.       — Да бог его знает, — Замучено ответил Джек, — А вот наличие в доме туалета существенно скрасит мою нервозность       И ушел в ванную.       Я остался один.       «Интересно» — Подумал я, — «А стоит ли в этом доме что — то менять, или, все — таки, оставить, как есть?»       С одной стороны, это место до жути пропитано перестройкой, девяностыми, написанными и ненаписанными песнями, первой любовью, стоической борьбой за одиночество, с теми, кто его не приемлет и не понимает… Менять смысл было бы не просто сменой планировки, мебели и размеров поместья, а настоящей изменой памяти.       Теперь я понимал призраков из дурацких Стокерских фильмов, когда первые вступали в конфликт с новыми жильцами старинного дома.       Таких домов уже не строят, и ты это знаешь. Раритет, в самом деле, гораздо ценнее новеньких столиков и виниловых обоев. Но, если Джек решится переделать дом, то наверняка оставит место для настоящего винила, — грампластинок 1970 — ого года. — Такое никому не придет в голову выкинуть, ибо подобные люди прямиком отправляются в ад. — Так считал Элвис Пресли.       От раздумий меня отвлек Леон. Он влетел на кухню словно нечестивый и одержимый, главной целью которого была идея повалить меня навзничь и облизать всего с ног до головы.       Я рассеяно потрепал пса за ухом и уставился на сервант.       Что — то привлекло мое внимание, хотя, я не мог понять, что такого в обычном, мать его, серванте. Словно бы в нем была какая — то вещь, которая на данный момент отсутствовала.       — Джек?.. — Возмущенно крикнул я, — Найди семь отличий.       — Вместо того, чтобы страдать ерундой, мог бы навести кофе и приготовить бутерброды, или мы сегодня определяем место жены в нашем, до боли, живописном союзе двух любящих сердец?       — Да, точно. Ага, — Я помахал рукой, — Мне плевать, кто приготовит еду из моих продуктов, но, ты только посмотри… — Я указал на сервант. — Что с ним не так…       — Термит, который его жрет. Вот что.       — Где индийская статуэтка, которую так старательно оберегала Кортни Лав?..       Джек смахнул челку с глаз и приблизился ко мне.       — Точно. Ну офигеть, — Он даже кулаки сжал. Кажется, мы имеем дело не с призраками, а… КАИН! Выродок, который спер мою статуэтку!       — Кхм… Курта. — Поправил я Джека.       — Да хоть Кобейна! Где этот урод… Хорошее наследство, да? — Садовник, который ворует вещи своего работодателя.       — Ребят, — Тихо сказал кто — то.       Это было настолько внезапно, что я поперхнулся и, не глядя, присел на табурет.       В пролете стояло не чудовище, не Ктулху, не призрак из таинственного Лимбо…       Там, всего — то навсего, была Френсис Кобейн.       Она — то и взяла эту статуэтку, чтобы огреть непрошеных гостей по голове.       Оставалось только спросить, что она здесь забыла…