Когда весь мир рухнет

Когда наступило утро, и взошло солнце, Маэс и Рой лежали в обнимку на кровати. Ослеплённый солнечными лучами, Рой поёжился и нехотя открыл глаза. Маэс давно ждал его, спокойно расположившись рядом. - Кажется, пора тебя превращать в человека. - потянувшись, сказал Рой. Алхимик поставил тарелку на стол, давая понять, что сегодня "друг человека" ест за столом. Хотя бывший военный и забрался на стул с ногами, подобно животным. Увидев это, Огненный лишь рассмеялся, с интересом наблюдая за животными повадками своего старого друга. Рой прекрасно знал, что вынужден учить ходить и есть это создание, учить всему. Снова сделать из него человека. После завтрака Мустанг стал учить Маэса ходить.

***

Спустя неделю тренировок, полковник приучил своего друга ходить на ногах и есть за столом. Конечно же, Мустанг гордился такими достижениями зеленоглазого сожителя. - Рой, я тут, хотел поговорить... - промямлил Маэс, смотря в пол. - Что такое? - полковник оторвался от газеты. Но, успел почувствовать только вес откормленного друга на плечах. Огненный алхимик рассмеялся и поцеловал парня в щёку. - Нам предстоит долгий путь. Кстати, могу научить ещё кое чему. Точнее, напомнить. Государственный военный ехидно улыбнулся, оставляя поцелуи на мертвенно-белой коже Хьюза. Тот лишь шумно постанывал от обжигающих поцелуев. Так они оба плавно перебрались на широкую кровать, которой до этого Мустангу было слишком много. Не задумываясь Рой стал сбрасывать форму на пол, сначала мундир, потом брюки, затем рубашку. Когда с одеждой было покончено, полковник стал бережно и в то же время жадно целовать своего друга. После того, как места на лице юноше стало явно мало, он перебрался на грудь, лаская языком каждый шрам на холодном и практически мёртвом теле. Маэс лишь извивался под горячими губами. В какой-то момент Рой перевернул его а живот, проложив дорожку поцелуев вдоль всей спины. От чего Маэс промурлыкал, жадно глотая воздух. От давно забытых ласк полковника его бросало в жар, а с каждым прикосновением по телу пробегала дрожь. Тем временем руки Мустанга легли на упругие бёдра сослуживца. Совершенно не подумав хоть как-то подготовить своего друга к предстоящим ощущениям, Рой не минуты не медля, вошёл одним движением в сжавшееся от резкой боли тело мужчины. Маэс готов был выть от разрывающей его изнутри боли. По мраморным щекам текли слёзы, а рот прикрывала ладонь полковника, чтобы тот не кричал. По ногам бригадного генерала стекала кровь, а стёкла очков заплыли от слёз. Рой, словно опьянённый, не мог остановиться и лишь глубже проникал в ранее не знающее других мужчин, тело. Он игнорировал просьбы друга прекратить, слова о том, что тому больно. Когда же силы совсем покинули молодого полковника, он повалил собственным весом Хьюза, так и не выходя из него.