Is this love?

Каждый по-своему сходит с ума. Кто-то каждый день в истерике захлёбывается слезами, а кто-то, держа всё в себе и не подавая вида, медленно рассыпается на кусочки. Точно также происходит и в моём случае, я мало ем, плохо сплю, прерывая кошмарные сновидения падениями с кровати в холодном поту. Каждое утро — настоящее испытание для меня и моего тела, ослабленные мышцы и слабость постоянно заставляют чувствовать дискомфорт и извечное желание остаться дома, укрывшись с головой одеялом в своей относительно тёплой постели. Из-за своего состояния я пропустил уже два дня занятий в школе и тренировок, Кайл явно не в восторге, Барри писал мне гневные сообщения от его имени, которые я игнорировал и сразу же удалял, чтобы не портить себе настроение ещё больше. К моему счастью, Луи приезжает сегодня после обеда, он не звонил уже достаточное количество времени, но я могу объяснить это его состоянием, аналогичным с моим. За эти три дня у меня было достаточно времени, чтобы подумать о том, как предложить моему тренеру стать мне парой на выпускной вечер. Одно я знаю точно — это произойдёт после игры, то есть завтра вечером, поэтому отсюда напрашивается вывод — пойти на тренировку сегодня, а потом встретить Луи. Я ещё не знаю, как буду выполнять упражнения и играть, когда каждый шаг утомляет и забирает энергию, но я попытаюсь. Усталость — не уважительная причина. Звонок будильника на телефоне возвращает в реальность, заставляя свесить ноги с кровати и опереться на мягкий матрац. Руки утопают в глубине обволакивающих простыней, ноги невесомо болтаются над полом, разум пытается привести тело в движение, но вместо этого я отключаю его и падаю на спину, касаясь спиной прохладной поверхности одеяла. Сквозь закрытые глаза вижу еле заметное пламя, которое раньше было насыщенно голубого цвета, а теперь оно постепенно становится прозрачно-белым, былой холод от языков пламени больше не ощущается, ладонь быстро привыкает к теплу, исходящему из груди. Медленно сползаю с кровати и пытаюсь найти нужную одежду, буквально вываливающуюся из приоткрытой дверцы шкафа. Рискую открыть её полностью, а затем успеть подпереть плечом гору не сложенной одежды, чтобы в итоге суметь вытащить тёмную майку и джинсы. Мне удаётся закрыть дверь, прежде чем оттуда что-то вывалится, и полностью одеться, быстро накинув на голову кепку, скрывая под ней спутанные волосы. Тонкий запах выпечки тянется с кухни до моей комнаты, я аккуратно плетусь по коридору с прикрытыми глазами, придерживаясь руками стен, чтобы никуда не врезаться. — Доброе утро, я уже собиралась тебя будить, — мама перекладывает только испеченные печенья на большую тарелку и двигает к центру стола. — Чай или кофе нальёшь сам, мне пора бежать на работу. Она спешно выбегает из кухни, быстро прихватывая на бегу свою сумочку, и покидает дом, оставляя меня наедине с завтраком. Перебиваю голод парой своих излюбленных печенок с шоколадной крошкой и кремовой начинкой, запивая стаканом холодного молока. Сестра, вероятно, ещё спит, поэтому добираться до школы мне придётся своим ходом на двух ногах. Выхожу из кухни и прохожу в прихожую, слегка наклоняясь, чтобы завязать шнурки на кроссовках. Спортивная форма собрана с самого вечера прошлого дня, рюкзак по-прежнему висит на крючке. Я выпрямляюсь и пытаюсь восстановить дыхание. Из-за положения вниз головой, в моих глазах темнеет, появляется жуткое головокружение, после которого мне трудно устоять на ногах и я присаживаюсь на низкий комод для обуви. Благодаря равномерному дыханию, избавляюсь от помутнения зрения, но пульсирующая боль в висках всё ещё продолжает ускорять амплитуду ударов. Спустя несколько минут я окончательно прихожу в себя, но понимаю, что уже опаздываю на первый урок. Решаю не спешить, мой организм слишком ослаблен, чтобы подвергать его нагрузке. Медленно вышагиваю по тротуару, считая каждый шаг от скуки, и не замечаю, как приближаюсь к перекрёстку. В следующий момент на противоположной стороне останавливается автомобиль, я не придаю этому значения и продолжаю свой путь до тех пор, пока за моей спиной не раздаётся звонкий голос, зовущий меня по имени. Непонимающе оборачиваюсь и стараюсь всмотреться в образ человека, которого закрывает пелена яркого солнечного света. Зажмуриваю глаза, прикрывая их ладонями, но от этого мне не становится легче, приходится подойти поближе. Из-за слабости я довольно-таки туго соображаю, но когда этот человек обходит машину и присаживается на капот, ожидающе высматривая моей реакции, я облегченно выдыхаю и выдавливаю болезненно-измученную улыбку, первую за несколько недель, обессилено опускаясь на колени и запуская пальцы в волосы. — Я ждал этой встречи, Гарри. С трудом поднимаюсь и ускоренным шагом направляюсь к парню, по пути забывая все проклятые законы этой проклятой вселенной. — Мы сделали это, я не верю, — шепотом проговариваю одними губами, вытирая тыльной стороной ладони влажные щёки. Луи раскрывается для объятий, и я без раздумья разбегаюсь и прыгаю на его торс, обвивая шею ослабевшими руками. Боль моментально поражает его конечности, и он не удерживает равновесие, но крепко прижимает меня к себе, утыкаясь носом в ямочку ключиц. Падение выходит не совсем мягким, моя кепка слетает и катится по асфальту, останавливаясь под правым колесом, парень приземляется на спину, и я аккуратно придерживаю его голову, вдыхая цветочный запах волос, смешанный с дымом от сигарет. Его руки не расцепляются за моей спиной, хватка слишком сильная, я чувствую его тепло, исходящее из груди, чувствую ту невероятную силу, которой наполняется моё тело, сила и мотивация, ожидание и долгожданная встреча. С моих губ срывается глухой стон, когда Луи резко тянет назад мои волосы, быстро сменяя грубые движения на нежные. Рука парня скользит по моим скулам, он меняет положение и присаживается, оставляя меня на своих бедрах. Скрещиваю ноги за его спиной и касаюсь ладонями его хрупких плеч, сминая ткань футболки. — Ты так вовремя, — провожу кончиками пальцев по бархатистой коже шеи парня и обращаю внимание на его глаза. — Совсем скоро всё закончится. — Неужели цвет не может остаться таким, как сейчас? — Луи подхватывает мои бедра и встаёт на ноги, опираясь на капот. — Вероятнее всего, нет. Это кажется немного странным, но безумно красивым, — расцепляю лодыжки и спрыгиваю на асфальт, оставляя руки на плечах парня, в то время как его тонкие пальцы сжимают мою талию сквозь плотную чёрную майку. — Почему ты приехал раньше и не предупредил? — Ты не рад сюрпризу? — он искренне улыбается и тянется за поцелуем, притягивая меня к себе вплотную. — Рад, — практически шепчу в губы парня, подаваясь вперёд и сливаясь воедино с его языком. Он прерывисто дышит, то сжимая, то разжимая мою талию, время от времени нежно поглаживая руками спину, без лишних и пошлых движений. Я стараюсь отвечать на поцелуй как можно дольше, но вскоре у меня начинает сводить скулы, и я отстраняюсь первым. Целовать желанного парня до боли в скулах — что может быть приятнее. Не ноющая и пульсирующая боль в висках и всём теле, а приятная, немного обжигающая и слегка покалывающая, сводящая живот и подкашивающая ноги. Поцелуи до головокружения — важно иметь опору, того, на кого сможешь положиться, если вдруг конечности перестанут работать, поцелуи до безумия — сладкое послевкусие на языке заставляет вновь тянуться за добавкой, просить ещё, сводить с ума. Лёгкие касания, едва ощутимые, но не менее важные. — Я опаздываю на занятия, — прикрываю глаза и замечаю, что моя грудь вновь полыхает насыщенно голубым цветом. — Я их отменяю сегодня, — Луи легко прикасается губами к моему лбу, затем сжимает мою руку, переплетая пальцы. — Кайл сообщил, что ты пропускал тренировки, завтра игра, ты с ума сошел? — А тебе самому как было? Нормально? Тебе не было страшно, что мы не сможем дожить до встречи? — выбираюсь из объятий и наклоняюсь, чтобы достать кепку из-под машины. — Нет, я знал, что ты сильный. — Значит, страдал только я? — фыркаю и поднимаю с асфальта рюкзак, перекидывая на плечо. — Увидимся на тренировке, я всё ещё опаздываю, мистер Томлинсон. — Чёрт возьми, Гарри, подожди, — слышу позади его голос и приближающиеся шаги, поэтому немного ускоряюсь, но Луи быстро догоняет меня, бережно разворачивая к себе за плечи, но от прикосновения по телу пробегается разряд тока, плотно сжимаю губы и делаю глубокий вздох. — Я не хотел тебя обидеть, извини. — Не хотел, но обидел, — скрещиваю руки на груди и закатываю глаза, Луи действительно сожалеет, и его вид буквально кричит об этом. — Пожалуйста, позволь мне исправиться, — он скользит по коже с плеч до запястий, аккуратно сжимая мои ладони в своих теплых руках. — Я понимаю, что ты устал и злишься на меня, но пропущенные тренировки невозможно восполнить в полном объеме, тебе нужно потратить на это больше времени. — Уговорил, — сдаюсь и соглашаюсь со своим всё-таки тренером, в первую очередь, он меня тренирует, а личное время уже потом. — Что ты предлагаешь? — Я предлагаю сейчас поехать и уже начать тренировку, — Луи пожимает плечами, не выпуская моих рук. — Но мы договаривались на некоторое время оставить машины, ты помнишь? — Я буду крайне аккуратен, обещаю. Киваю и следую за ним до самой машины, затем сажусь в салон и пристегиваю ремень безопасности, устраивая рюкзак с формой на коленях. Луи поворачивает ключ зажигания и медленно трогается с места. К счастью, дороги в это время практически пустые, никто не создаёт проблем и пробок, единственный минут — пешеходы. Их слишком много. Школьники, студенты, те, кто спешит на работу, перебегая дорогу в неположенном месте в надежде, что не попадет под колеса массивного автомобиля. Наверное, каждый надеется на это. Когда ты по ту сторону от улицы, в машине, мыслишь иначе. Я стараюсь не сильно загружать свой мозг бесполезной болтовней с самим собой, поэтому несколько раз щелкаю по передней панели, выбирая волну американского радио. Не нахожу ничего стоящего, поэтому отбрасываю эту идею и продолжаю наблюдать за прохожими в окно. Луи слишком сосредоточен на дороге, чтобы отвлекать его пустыми разговорами о погоде, мне остаётся лишь молча рассматривать местность и теребить в руках замочек на молнии рюкзака. Спустя минут десять молчания, Луи, наконец, сворачивает и останавливает машину на парковке рядом с автобусной остановкой. Серьёзное выражение лица парня сменяется непринужденной улыбкой, я выдыхаю и отстёгиваю ремень, открывая дверь и выходя на улицу. Замечаю, что на стадионе в это время уже собираются дети младших классов, и мне становится немного не по себе. — Только не говори мне, что… — Да, Гарри, дети — цветы жизни, которые ты будешь не рвать, а показывать пример, как нужно заниматься, — он улыбается и блокирует двери машины нажатием кнопки. — Ненавижу тебя, — ударяю себя по лбу и неуклюже плетусь следом за тренером, ловя на себе взгляды со стороны детей, когда мы проходим мимо стадиона. — Может, я там переоденусь? Мне всего лишь нужно штаны переодеть. — Ты в порядке? — Луи поворачивается ко мне лицом и продолжает идти спиной вперёд. — Ты хочешь, чтобы меня уволили за то, что с твоей помощью я детей совращаю? — Да они ещё не понимают… — Гарольд, они не понимают, когда в их жизни только два этапа — сон и кормление, а в этом возрасте они всё уже понимают, — прерывает меня Луи и быстро поднимается по лестнице, ожидая, когда я начну его догонять. — Меня неправильно поймут, если мой парень будет ходить в одних трусах по стадиону.

Sound: James Arthur — Train Wreck

Он пропускает меня впереди себя, и я по знакомому маршруту иду в его кабинет, поздоровавшись с охранником, будто я учусь здесь. Из головы не выходит последняя фраза Луи: «Мой парень». Он реально считает нас парой, хотя ничего официального между нами не было, мы даже на первое свидание не ходили, но мне нравится это, мне нравится его забота и бережное отношение. Мы целуемся взахлёб, а лабиринты сонных улиц тонут в дыме сигарет, его сигарет, запах который постоянно смешивается с парфюмом, создавая особый аромат, который я не спутаю ни с чем в этом мире. Луи не такой, как все остальные, у него есть история, как и у меня. Что-то в прошлом создало его именно таким, и это иногда невозможно исправить. — Проходи, — он опускает руку на мою поясницу, но тут же убирает её из-за треска, который раздался от соприкосновения. — Да сколько можно?! Парень срывается и хлопает дверью, проходя к своему столу. Я подпрыгиваю на месте, когда он со злости ударяет кулаком об стену, но не испытывает эмоций, его каменное лицо не меняется в течение некоторого времени, а потом Луи просто закрывает лицо руками и падает в своё кресло, отчаянно укладываясь на стол. В это время я успеваю переодеться и сложить свои вещи обратно в рюкзак. Медленно подхожу ближе и сажусь на край стола, он не двигается, но его спина вздымается и опускается от равномерного дыхания, парень пытается успокоиться. — Луи… — моя рука застывает в паре сантиметров от его спины, я не рискую коснуться её, чтобы не сделать ещё хуже. — Я устал, Гарри, — он поднимается и проводит рукой по волосам. — Мне надоело, что я не могу до тебя дотронуться, не могу поцеловать, ничего не могу… — Мне это тоже не нравится, но что мы можем сделать? — я тянусь к его щеке, но Луи сам взмахивает рукой, оставляя между нами расстояние, и отодвигается от стола. — Хорошо… Я встаю на ноги и поправляю задравшуюся майку, готовлюсь пойти на компромисс и оставить его наедине с собой, за это время я успею сделать разминку и пробежать несколько кругов. Опускаю взгляд на Луи, он потерянно смотрит в одну точку, не двигаясь, будто не дыша. Мне становится больно видеть его в таком состоянии, появляется дикое желание свернуться в комочек и лежать до тех пор, пока не станет лучше. Я чувствую его, чувствую боль, которую он испытывает, но не показывает. Уже упираюсь в дверь, касаясь лбом прохладной деревянной поверхности, и сжимаю в руке металлическую ручку. В последний момент разворачиваюсь и уверенным шагом иду в сторону Луи, отодвигая его стул ещё дальше от стола. Он непонимающе смотрит на меня. Пустота в глазах. Слияние голубого и зелёного превратилось в грязно-серый. — Я тоже устал, но мы должны бороться. Надеюсь, он это расслышал, потому что я кое-как пробубнил это себе под нос хриплым голосом. В следующий момент я смело сажусь на его колени, перекинув ногу через подлокотник, моментально впиваясь в его губы. Я забываю о боли, обхватив ладонями лицо Луи, зажмурившего глаза и не отвечающего на поцелуй. Он даже не опускает руки на мою талию, не сжимает бедра, а держит их на весу. Чувствую, как по его щеке скатывается слеза, увлажняя и впитываясь в мою кожу. — Пожалуйста, Луи… — шепчу в его губы, не отрываясь. — Не игнорируй меня. Моё тело сотрясается, грудь содрогается от всхлипываний, но внезапно я начинаю чувствовать, как пальцы Луи неуверенно скользят по ткани майки. Парень расслабляется и обхватывает руками мою талию, притягивая к себе и подаваясь мне навстречу, кусая губы. — Будь со мной, — говорю еле слышно, на что Луи крепче прижимая моё тело к своей груди. — Не сдавайся. — Как же мне с тобой повезло, — он глубоко вздыхает, прерывисто выдыхая, и запускает пальцы в мои волосы. — Где бы я был без тебя? — Даже думать об этом не хочу, — выговариваю сквозь стиснутые зубы из-за боли от малейшего движения. — Пора на поле, тренер. Встаю с Луи и тянусь рукой к свистку, висящему на стене, протягивая его парню. Он пару секунд колеблется, но затем кивает и вешает его на шею.