You Will Never Know

Рабат... Часто ли Вы слышите об этом городе? Городе, в котором играет восточная музыка, звучат барабаны и витает аромат пряных специй. Городе, в котором девушки по вечерам исполняют танец живота для своих мужчин. Городе, в котором торгуют верблюдами и серым вином, а по деревьям лазают козы. Городе, в котором принято молиться 5 раз в день и иметь несколько жен. Городе ярких хиджабов и золота. Городе, в котором неспешно наступал вечер, окутывая жителей мягкими сумерки, зажигая разноцветные огни за резными окнами, заставляя спешить домой, создавая многокилометровые пробки. В одной из них медленно двигался синий пикап. -Эта песня? -Что? -Эта песня стала нашим гимном? – Женщина в сером хиджабе сделала громче, привлекая внимание своей попутчицы. Девушка какое-то время вслушивалась в музыку, потом улыбнулась: -Да. Обе молчали. Обе не знали, с чего начать разговор. Обе чувствовали, им говорить и вовсе было необязательно. -Надо же, как всё обернулось, – Автомобиль медленно вошел в поворот. – Обычный праздник, обычная песня, обычный танец. -О нет, Тара! Уж что-что, а Ваш танец был необычным. -Я перестаралась? – Усмехнулась женщина. -Как по мне, то нет. – Рассмеялась девушка. – Было красиво. Но неожиданно для этих мест. -Именно. Ты не здешняя, поэтому считаешь, что это нормально, но это не так. -Для Вас это имеет большое значение? Для Вашей семьи? -Большое? Амрита, это не имеет никакого значения. Женщина в нашей стране никогда не работала бы на моей должности и не стала бы тем, кем стала я, если бы чужое мнение и застарелые обычаи имели какое-то значение для меня и моей семьи. Прошел месяц со дня окончания Рамадана, со дня, когда коллектив крупнейшего в Рабате event-агентства отмечал его окончание пышным праздником, а воспоминания были всё так же свежи. То и дело в коллективе перешептывались и передавали друг другу подробности. В центре скандала оказалась координатор агентства Тара. Всегда открытая миру, новым знакомствам, общительная, знающая, что конкретно она хочет и как этого добиться, но при этом холодная, расчетливая, независимая и неприступная она слишком открыто показала на празднике, что не всегда бывает такой. Это запомнили. А иначе быть и не могло. Здесь подобное не забывают. -Амрита, скажи, почему ты решила мне помочь? Почему просто не удалила всё, что тебе прислали? Девушка отвернулась, глядя в окно. Жара спадала, людей на улицах становилось больше. Мужчины возвращались с последней молитвы, возле домов суетились дети, женщины накрывали столы, от чего на улицах витал волшебный аромат всевозможных специй и сладостей. -Испугалась. -Чего? -Не чего, а кого. Тех, кто это написал. -То есть… - Светло-серые глаза вглядывались в серо-зелёные. - За меня? Девушка поправила платок на голове. -Возможно. Мне казалось, что молчать я не должна. -Я благодарна тебе за это. «Ей не всё равно… Ей не всё равно!» Прошло всего несколько дней после Рамадана, когда на страницу Амриты в одной из социальных сетей обрушился шквал негодования, восхищения и удивления касательно Тары. Женщина произвела фурор на торжестве, приковала взгляды и завладела вниманием всех присутствующих. Новенькой в агентстве Амрите признавались в желании сбросить хиджаб скрывающий от всех формы его обладательницы, овладеть её телом, ей самой, было в этом и желание отомстить за нанесённые когда-то гордой и прямолинейной женщиной обиды. Её называли падшей, недостойной, некоторые не стыдились в выражениях, но девушка лишь забавлялась, она была уверенна, что это чья-то шутка, не могут истинные мусульмане так выражать своё видение ситуации. Да ничего подобного и быть не может в их сердцах и мыслях! Но как жестоко она ошибалась, Амрита поняла лишь тогда, когда ей пришли на почту длинные и подробные рассказы о желаемом времяпровождении с Тарой от их общих коллег. Возможно бывших, но судя по описанию планировки в агентстве и осведомленности об именах сотрудников, эти «писатели» знали их лично. Вот тогда-то Амрита и побоялась, что раз эти люди и сами не особо чтят традиции, то они могут и впрямь осуществить свои желания и, как они выражались, «наказать» Тару за её пренебрежительное отношение к наставлениям Аллаха. Тогда Амрита и отправила эти истории наставнице, находившейся тогда у супруга в Гулимине, городе, являющемся одним из крупнейших верблюжьих рынков. Тара реагировала бурно, лишь вначале пытаясь сохранить спокойствие, понять, кто мог написать всё это, зачем, чего от неё хотят и придумать, что делать с этим дальше. На тот момент в агентстве был отпуск, но скоро он заканчивался, всем участникам предстояло встретиться вживую. Ситуацию усложняло то, что Тара и Амрита не знали, от кого они получали все эти неприличные послания, а их знали и продолжали донимать на анонимной странице девушки. Ей очень не хотелось возвращаться, видеть этих людей, видеть тех, кто был подробно описан в пошлом и жестоком тексте, отправленном ей Таре, но нужно было это сделать, показать своё напускное безразличие и продолжить работать на благо компании. Единственное, что поддерживало, так это то, что она будет не одна. Девушки решили, что всё это лишь слова. Тара далеко не последний человек в компании, вряд ли ей в лицо кто-то посмеет что-то сказать, а уж тем более сделать. Но она не вернулась, сообщив об этом в ночь перед первым рабочим днём. Амрита обернулась к ней: -Почему Вы поменяли билеты тогда? -Не смогла. – Она глубоко вздохнула. – Не смогла заставить себя увидеть их всех, зайти в офис, улыбаться… Там всё описано… Помнишь? В нашем кабинете… Мне сны снились об этом. Я думала мы один коллектив, одно целое, а выходит, ошиблась. -Ну да. А я осталась одна. -Одна? Верно. Извини... – Они продвинулись в пробке. - Как думаешь, мы сможем узнать, кто это пишет? -Думаю да. Хотя я уже не уверенна, что это хорошая идея. Не нужно мне было Вам вообще говорить. -Нужно! Я серьезно тебе благодарна. Подобную гниль нужно искоренять. В нашем коллективе таких людей я не потерплю. Я давала прочесть Айше этот текст. Она всё же разбирается в психологии, в людях и она подсказала мне, кто это может быть. Возможно даже другая женщина. -Женщина?! – Амрита удивлённо обернулась на собеседницу. – Да ну? -Ага. -Тара? -Да. -Кому еще, кроме Айши, Вы отправляли мое письмо? -Юнусу. С ним я не могла не поделиться, он мой друг, прости. Амрита пожала плечами: -И как он отреагировал? -Посмеялся надо мной. Еще Фарид читал. Юнус редко бывает в офисе, а Фарид может помочь. -Если честно, - Рассмеялась Амрита. – Я на Фарида думала. Ну как вариант. -Да ну… нет! Я не верю. По реакции понятно было, он впервые текст видел. -Вам виднее, но прекращайте распространяться об этом. Чем меньше людей знает, тем лучше. А так мы сами запутаемся скоро, кто кому что говорил, кто знает от нас, а кто проболтался, а мы и не заметили. -Ты права. Да мне больше и некому говорить. -Это радует. -Не ерничай. Лучше скажи своё мнение, кто это может писать? -Я не всех знаю, мне сложно судить. Но больше всех я думала на Вазира и Фарида. -А из девушек? Лиана у нас новенькая? О новенькой было в одном из посланий. -Это ещё не факт, что она имеется ввиду. Новеньких же много. Даже я. А помимо меня есть еще Валида, Джамиля, Лейла, и Нурия. Это только кого сразу вспомнила. -Я думаю, Лиана ближе всех, среди подозреваемых. Она рядом с Камиля танцевала, а ведь было указано, что новенькая и рядом с нами была. А вот Вазир, думаю, не имеет отношения. Его даже не было на празднике. -А я не думаю, что это его как-то оправдывает. Тара глубоко вздохнула. -Не переживайте! Разберёмся. Только бы не поспешить и дров не наломать. -Я снова это скажу: спасибо тебе, но зачем ты это делаешь? Амрита вновь обернулась на рядом сидящую женщину. Тонкие пальцы сжимали руль, уставшие глаза внимательно следили за дорогой, мимические морщинки оставили отпечаток на эмоциональном лице. Девушка с интересом рассматривала Тару. Впервые за полгода. Бледная кожа, минимум макияжа, пушистые ресницы, она закусила нижнюю губу, раздумывая о происходящем вокруг. -Я так чувствую. -И это всё? -Не могла я промолчать. Вдруг с Вами что-то случилось бы. Обеим вспомнился Рамадан. Глубокая ночь, сквозь прозрачный потолок ресторана видны звёзды. Амрита уже собиралась попрощаться с Муниром и Камиля и отправиться домой, но заигравшая вновь песня заставила её задержаться. «Рекою разноцветной, любовь спасёт мир!» - пела девушка на небольшой сцене. Чарующая музыка звучала отовсюду, из-за одной из многочисленных колон появилась Тара. Пропев одними губами последние слова, она поманила Амриту танцевать. Черный хиджаб, расшитый серебряным орнаментом ни чуть не сковывал грациозных движений женщины. Девушка лишь удивилась этому. Как ей удавалось танцевать в этом одеянии, да еще и с такой легкостью? Тара увлекла Амриту за собой, они танцевали, подпевая друг другу. «Я верю только в это, любовь спасёт мир!» Они пропели, глядя друг другу в глаза. Песня закончилась и заиграла та, из-за которой Амрите было страшно входить в офис после пост праздничных каникул. Тара кружилась вокруг Имана, директора отдела развития, завлекая и соблазняя его. Её неоднозначные движения, взгляды и настроение оставили равнодушными далеко не всех. 3 минуты перечеркнули покой и размеренную жизнь агентства. А всего за 3 минуты до этого Тара увидела поднимающуюся со своего места Амриту. Девушка явно направлялась к выходу. «Если не сейчас, то никогда». Женщина приблизилась к подопечной и ненавязчиво поманила за собой, не особо надеясь, что та останется. Но она осталась. Из вежливости, не более того. Тара видела это в глазах. А слова… Это же просто песня. Тогда-то она и приблизилась к Иману, непозволительно близко и непозволительно доступно для ислама. Он повёл себя, как настоящий мусульманин, не прикасаясь, не поддаваясь, он смог сохранить свою честь и, насколько это ещё было возможно, честь Тары. Тогда она уехала, отвлеклась на семью и забыла об этом. Но спустя неделю от Амриты пришло письмо. Не ожидая ничего, кроме банальных поздравлений с праздником, она открыла его, но вместо приевшихся фраз, она увидела ссылки, странные обсуждения, намёки, а потом этот страшный текст… Тара ожидала, что Амрита всё ей расскажет и оставит одну разбираться со всем этим, но девушка не бросила её. Они поддерживали связь всё время отсутствия Тары в городе, продолжили общение и после её возвращения. Сперва Амрита не переступала грань, только вопросы по теме, которая свела их, потом они стали общаться и на отдалённые темы, порой переписки затягивались до самого утра. Это было необъяснимо, странно и неожиданно для обеих сторон. Сейчас же девушки уже полтора часа стояли в пробке, обсуждая дальнейшие действия и вспоминая всё, что могло дать им хоть какую-то зацепку на анонима. Тара разглядывала свою подопечную. Черная абая, платок с «ягуаровым» принтом, аккуратные стрелки, подкрашенные ресницы, блеск на губах, ногти покрыты блёстками. Тара закатила глаза: "Ходячее нарушение Шариата." Возможно, это и привлекло взгляд женщины, так же не являющейся мусульманкой в общепринятом понятии. -Добрый вечер! - На пороге офиса стояла Амрита. -Привет. - Коллеги удивленно переглянулись. - Ты разве не отпросилась на весь день? -Отпросилась. - Девушка прошла к своему рабочему месту и включила компьютер. - Не думала, что так быстро доберусь из Марракеша. -Всё равно. - Взглянула на часы Назира. - Уже 4 вечера, ехала бы домой. -Да еще столько можно сделать! - Амрита просмотрела бумаги. - Завтра мне задержаться или сегодня, не вижу разницы. -Как знаешь. - Наставница вернулась к своим делам. -Ну как съездила? – Поинтересовалась Камиля. – Удачно? -Да, спасибо. Документы забрала. Только сейчас девушка поймала заинтересованный взгляд Тары, их начальницы. Но тут же вернулась к делам, не предав этому значения. Постепенно все разъезжались по домам. В офисе остались двое. -Блондинка? - Амрита удивленно взглянула на Тару. Женщина впервые сняла платок при ней. -Да. А ты думала? - Рассмеялась она, поправляя светлые волосы. -Я об этом не думала. Просто неожиданно. Каждая вернулась к своей работе. Глаза устали, цифры расплывались, сосредоточиться не получалось. -Будете чай? Тара удивленно взглянула на подчиненную. Та осмотрела себя в ответ. -Что? Я себе пойду делать, Вы будете? -Ага. Девушка вышла, но Тара снова окликнула её. -Ты же голодная наверно? Там в холодильнике есть баранина с овощами, поешь. -Нет, спасибо. - Амрита вернулась с двумя чашками ароматного чая. Так странно... Впервые кто-то проявил столь элементарную заботу. Или вежливость? Тара сделала глоток, наблюдая за новой сотрудницей. Амрита удивилась в свою очередь. Казалось бы, такая мелочь, но всё же она улыбалась, делая чай на кухне, неожиданно и приятно, что кто-то думает о тебе не только, когда нужен отчет или какой-то документ. -А ты чего домой не идешь? Поздно ведь. -Хочу доделать, скоро пойду. -Ответственная? - Улыбалась Тара. -Вроде того. Только не получается что-то с программой... Можете взглянуть? -Конечно. - Тара подошла ближе. - Тааак... У меня тоже такое было. Сейчас у себя поправлю. - Она вернулась на своё место. - Перезагрузись. -Ура! Спасибо. -Тебе долго еще? Давай подвезу. -Не нужно, я сама доберусь. «Вот как? Хорошо». Тара встала, забирая пачку сигарет. Вот к этому Амрита привыкнуть не могла. Курящая женщина, да еще и марокканка. Женщина собралась было снова покрыть голову, но выглянув в окно, положила платок на кресло. -Мужчины уехали. Не от кого прятаться. – Она вышла на улицу. Амрита в очередной раз удивилась. Тара явно была не из тех, кто строжайше следует Корану. Она не нарушала основных предписаний, но и не посвящала всю жизнь служению Аллаху. В чем-то это даже привлекало. -Может просто закрыть страницу? – Предложила девушка. -Нет! Оставь. Интересно, что дальше будет. -Поворот не проскочите, а то уедем в Фес. -Ты мне говори куда, я же первый раз к тебе еду. «И с тобой первый». -Следующий дом. Да. -Ого! Немаленький. -Нас много. -Ты с братьями живешь? -Да. Женщина вздохнула, переводя взгляд на дорогу. Её дома никто не ждал. -Если прямо поеду, выеду отсюда? -Да. Налево свернёте. -Как обычно. -Что? -До завтра говорю. -Постарайтесь забыть об этих извращенцах и отдохнуть. -Обещаю. -Спокойной ночи. Амрита вышла из машины. «Когда это началось?» Она смотрела вслед отъезжающего автомобиля. Для неё Тара больше не была той, кем являлась для всех. Еще до её отъезда, после празднования Ураза-байрама, девушка взглянула на неё по-новому. Анонимные мнения заставили. Заставили услышать заразительный смех, звонкий голос, увидеть горящие глаза, любовь к любимому делу и бесконечную энергию, бьющую ключом и невероятную харизму. Да, это было очевидным и раньше, но всё же, что-то изменилось. Во взглядах, улыбках, переписках… Изменилось едва ощутимо, но бесповоротно...