Переклин

      Предупреждение: уважаемые читатели! Убедительная просьба внимательно прочитать в шапке графу «от автора»!

* * *

      — Опять?! — Оливер обречённо закатил глаза и потряс в воздухе зажатыми в пальцах женскими кружевными трусиками.       Нет, ну Флинт совсем обнаглел! То чулки ему приволочёт, то подвязки. А уж всевозможного женского белья у Оливера за это время скопился целый склад — любая модница обзавидуется. И всё бы хорошо, но лишь одна маленькая деталь нарушала идиллию: Оливер как бы нихрена не модница. И вообще не девка! Но Флинт упорно тащит и тащит ему женское барахло, умоляя надеть. «Заводит» его, видите ли. Один раз даже бюстгальтер ему принёс, но тут уж Оливер заартачился и ни в какую. Потому что всякие там трусы-чулки — ещё куда ни шло, он и сам иногда любил эти грязные игры (один раз, ещё в школе, он шутки ради даже явился к Флинту в подземелья переодетым девчонкой — тот так завёлся, что себя не помнил; собственно, с того случая его и переклинило), но напяливать на себя бабский лифчик — увольте.       Всё это было хорошо в меру, если не слишком часто, а Флинт в последнее время вообще с ума сошёл, ещё хуже, чем раньше, и Оливер твёрдо решил, что с него хватит. Он смял в кулаке очередной кружевной «подарочек» и отшвырнул от себя — лёгкая ткань невесомым облачком спланировала на пол. Проследив за ней взглядом, он долбанул рукой по креслу и красноречиво посмотрел на Флинта.       — Я же сказал, что больше не буду, — напомнил он.       — Да ладно тебе, Вуди, — тот его выступлением явно не впечатлился — знал ведь, паршивец, что Оливер поорёт-поорёт, а потом может и согласиться. — Хорош ломаться, надевай. Смотри, какие красивые. И это ещё не всё, — он с загадочным видом призвал заклинанием какую-то коробку. Распечатал её и продемонстрировал розовую женскую сорочку на тонких бретельках. — Давай, а?       Оливер едва не взвыл, подавив желание побиться головой о стену — похоже, Флинт ёбнулся окончательно и бесповоротно — и строптиво вздёрнул подбородок.       — Ты меня слышишь вообще? — слегка повысил он голос, старательно игнорируя заискивающий тон своего соблазнителя. Нет, ни за что! Он же твёрдо решил больше не вестись, значит не поддастся ни на какие ухищрения. Н-ну... по крайней мере, не в этот раз. Он схватился за голову, запуская пальцы в волосы, яростно взъерошивая их. — Вот же ты ублюдок больной, а, — простонал мученически. — Смотри на меня и запоминай: Я. Не. Буду, — припечатал, выделяя каждый слог. — Мне надоело. Понимаешь? Достал уже со своими заёбами, извращенец.       Флинт, не пытаясь перебивать, с кислой миной слушал его гневную отповедь.       — Ну Олли, ну в последний раз, клянусь... — снова завёл своё, едва стоило Оливеру замолчать.       — Да неужели? — ехидно хмыкнул тот. Помолчал и скорбно провёл рукой по лицу: Флинт смотрел с такой неизбывной надеждой, что стало даже как-то неловко. Хотя чего уж там стесняться после всего, что было. Псих. Натуральный! Вот сам бы и надевал, раз так нравится.       Кстати!       Пришедшая в голову внезапная мысль была так нелепа, забавна и... заманчива, что Оливер хмыкнул, вскидывая многозначительный взгляд.       — Значит, по-нормальному ты трахаться отказываешься? — уточнил он на всякий случай, вставая с кресла и подхватывая с пола злосчастные трусы. Флинт, жадно следя за каждым его движением, растянул губы в предвкушающей ухмылке. Подошёл, сгрёб Оливера в охапку, тесня к дивану и настойчиво пихая ему в руки сорочку.       — Вот и умница, — выдохнул с облегчением, по-видимому решив, что его оппонент исчерпал аргументы и сдался. Задёргал молнию на его брюках. — Что тут плохого? — зашептал жарко. — Ты такой классный в этом, ты знаешь, как меня заводит... — нетерпеливые пальцы скользнули в расстёгнутые между делом штаны, сжимая слегка напрягшийся член. Флинт крупно вздрогнул, замычал под нос. — Н-ну дава-ай же!.. Хочу тебя. Сдохну, блядь, сейчас.       На секунду потеряв самообладание, Оливер невольно подался ему навстречу, но сразу замотал головой, кое-как беря себя в руки, вцепился Флинту в плечи, отдирая от себя. Тот мутно смотрел исподлобья, явно ничего не понимая.       — Значит так, фетишист недоделанный, — Оливер недобро ухмыльнулся. — Я своё слово не меняю. Больше ты меня на это не подобьёшь, даже не мечтай. — Он вскинул руку, пресекая возможные возражения. — А если у тебя сдвиг на женских тряпках, то на выбор: либо вали к девкам и трахай их сколько угодно — у них того, что ты так любишь, навалом, — либо... — он замолчал, выдерживая паузу.       — Либо? — с интересом поторопил его Флинт. Оливер ослепительно улыбнулся ему:       — Либо ты, Марки, надеваешь это барахло сам, — и торжественно вручил ему его собственный подарок. Подался вперёд, прижимаясь вплотную. — И мы оба прекрасно знаем, — вкрадчиво зашептал Флинту на ухо, — что на самом деле у тебя нет никакого выбора. Ни на какие самые охуенные в мире титьки у тебя ни в жизнь не встанет.       Хмыкнув, Оливер слегка отстранился, оценивая реакцию на свои слова. Довольно кивнул и снова приблизился, высунул язык, облизывая мочку.       — Соглашайся, — выдохнул тихо. Флинт ошарашенно заморгал, переваривая заявление.       — А если... — начал было, но Оливер перебил:       — Тогда — никакого секса.       Флинт на секунду застыл в его объятиях.       — Вообще? — недоверчиво уточнил и облизнул губы. — Даже обычного? — и покосился на стринги, затем на сорочку, брошенную на диван.       — Вообще, — насмешливо подтвердил Оливер и кашлянул — во рту вдруг резко пересохло. — Ну? — сипло выдавил он. — Согласен? Я делал это для тебя сотни раз, теперь твоя очередь, это будет справедливо... — Он говорил, а перед внутренним взором всё отчётливее вставала красочная картинка. Возбуждённый член натянул расстёгнутые штаны, и Оливер не сдержался, опустил руку вниз, с тихим стоном сжимая его несколько раз через ткань.       Он знал, что делал: Флинта от этого зрелища сразу повело, взгляд его опять поплыл, дыхание участилось. Он длинно выдохнул, теребя пальцами комок кружевной розовой ткани.       — Хрен с тобой, — сдался наконец. — Но если ты только попробуешь прокомментировать и вообще хоть что-то вякнешь по этому поводу... — он не договорил, грозно сверкнув глазами. — Ты понял меня.       — Понял-понял, — Оливер усмехнулся, быстро расстёгивая рубашку и откидывая в сторону. — Давай, Марк, ты же любишь это, — он подцепил пальцем свисающую с чужой ладони кружевную оборку и слегка подёргал. Потом накрыл руку Флинта своей, потянул, кладя ему на живот так, чтобы ткань касалась голой кожи, и медленно повёл по телу. — Дро-очишь на это... — тихий шёпот гипнотизировал, лишая воли, — ...кончаешь от этого. М-м-м? — Рука упёрлась в мускулистую грудь и легонько толкнула, направляя на середину комнаты. Оливер ободряюще кивнул, отступил назад и уселся на диван, широко расставив ноги. Выжидающе глянул потемневшими, почти чёрными из-за расширившихся зрачков глазами.       Хватая ртом воздух, Флинт, ни слова не говоря, принялся раздеваться. Одним движением стянул через голову футболку, дёрнул штаны, спуская вниз вместе с бельём. Оставшись голым, переступил с ноги на ногу. Осторожно расправил в руках казавшийся крошечным для его габаритов клочок ткани, пристально рассматривая.       — Блядь, — ругнулся тихо. — Они же не налезут.       Оливер молча махнул палочкой, увеличивая размер. Шумно сглотнул и упёрся лопатками в спинку дивана, чуть привставая, чтобы спустить джинсы до колен. Обхватил пальцами напряжённый член, сжал, заводил по нему кулаком.       — Надевай, — велел, нетерпеливо ёрзая.       Флинт помедлил. Потом криво усмехнулся и кое-как втиснулся в чёртову полупрозрачную одёжку. Вскинул горящий взор.       — Ну, нравится? — и похабно шевельнул бёдрами, толкнувшись пахом в воздух. Из-под кромки кокетливых розово-белых кружев почти на треть выглядывал твёрдый член. Флинт погладил пальцем головку, размазывая выступившую смазку. Шагнул к Оливеру, смотрящему на него во все глаза, и схватил его за затылок, притягивая к себе. — Нравится? — повторил вопрос.       — Неплохо, — одобрил тот и потянул носом воздух. Высунул язык, проводя по выпирающему члену прямо через тонкую ткань блядских стрингов, облизнул головку и вобрал в рот, посасывая. Флинт коротко застонал, вскидывая голову. Не отрываясь от увлекательного занятия, Оливер вслепую нашарил валяющуюся рядом позабытую сорочку и протянул наверх, отстраняясь.       — А это? — он красноречиво выгнул брови. Флинт слегка покраснел.       — Охренел? — спросил угрюмо. Тот не ответил, сложив брови домиком и просительно глядя снизу вверх.       Прекрасно зная, что означает это якобы невинное выражение лица («я с тебя с живого не слезу, если не сделаешь»), Флинт вздохнул, окончательно сдаваясь.       — Херов провокатор, — пробормотал сквозь зубы, схватил злосчастную ночнушку и молча напялил, смущённо сопя и изо всех сил стараясь не показать, как ему неловко. Поправил бретельки, выпрямился, замирая и оглядывая себя, потом провёл рукой по груди, гладя еле заметно торчащие сквозь гладкую, туго облегающую ткань соски.

* * *

      Наблюдая за развратным зрелищем, Оливер поперхнулся воздухом. Всё это до того завораживало, что перед глазами на миг стало темно. Уже мало что соображая, он рывком подскочил с дивана, едва не запнувшись о собственные джинсы, кое-как выпутался из них и бросился к Флинту, буквально влипая в него всем телом. Склонился, почти касаясь губами губ.       — Выглядишь как последняя бордельная девка из Лютного, — выдохнул возбуждённо и впился в приоткрывшийся рот поцелуем — глубоким, сладким, острым почти до боли.       — Чувствую себя так же, — отстраняясь, буркнул Флинт в ответ, но так, для порядка — учащённое дыхание выдавало его с головой. Да и выпирающий стояк красноречиво говорил об обратном.       — Лжец, — констатировал Оливер и без перехода забормотал: — Хочу тебя... Мать твою, я такой же ёбнутый как и ты... потому что меня это... заводит, — признался еле слышно и глухо застонал. - Мы извращенцы, Марк.       Тот прикрыл на секунду веки, потом вдруг улыбнулся незнакомой полусумасшедшей улыбкой.       — Похуй, — заявил странным тоном. Глубоко вдохнул, задерживая дыхание, словно перед прыжком в воду. — Трахнешь меня? — спросил неожиданно и отошёл к стене, разворачиваясь спиной.       Оливер едва не упал на месте. Нет, не сказать чтобы он Флинта раньше никогда не трахал — трахал, разумеется, но сегодня был уверен, что тот — за всё, что он ему устроил — решит отыграться по полной, отодрав до самых гланд без смазки.       — Н-ну, Марк! — Оливер издал восхищённый вздох. — Ну ты и...       — Только заткнись, — коротко отозвался тот, расставляя ноги пошире и упираясь лбом в скрещенные перед собой руки. Прогнулся, оттопырил задницу — ни дать ни взять заправская шлюшка. Коротенькое платьице при этом задралось, обнажая всё, что, в принципе, из-за прозрачной ткани и так почти не было скрыто. Тонкая розовая полоска женских стрингов, идущая от поясницы и скрывающаяся между подтянутыми, совершенно мужскими ягодицами смотрелась так пошло, что дух захватывало. Не отрывая голодного взгляда, Оливер как под гипнозом шагнул вперёд и навалился на горячее тело, покрывая шею и плечи грубыми поцелуями.       — Тебе идёт, — судорожно шепнул, отрываясь на секунду, чтобы наколдовать смазку. Слегка отодвинул «трусики» в сторону, наспех провёл пальцами, кое-как смазывая. Протолкнул внутрь один, потом второй... Флинт сдавленно охнул, дыша через рот, и возмущённо дёрнулся.       — Ты, сука, издеваешься, что ли? — глухо прорычал он. — Убери, нахуй, свои пальцы, у меня уже яйца болят, взорвутся сейчас! Давай по-нормальному, — вслепую пошарив ладонью Оливеру по ноге, он притянул его к себе. — Ш-шевелись, м-мать же тво...ю-ю... Я уже почти...       Тот не заставил просить себя дважды. Хмыкнул, поспешно вытаскивая пальцы, заменяя их членом, и осторожно толкнулся вперёд, погружая головку. Флинт зашипел что-то невразумительно-матерное, но не стал сопротивляться, наоборот — упёрся покрепче ладонями в стену и подался тазом назад, сам насаживаясь до конца.       — Пиздец, — простонал еле слышно.       А Оливеру пришлось замереть на несколько секунд, зажмурившись изо всех сил: Флинт был такой по-блядски охуенный в этом прикиде, что никакой выдержки не хватало, ещё немного, секунда, вот-вот — и всё... А этого ох как не хотелось. Сильно прикусив губу, Оливер ругнулся сквозь зубы. Вцепился в ткань грёбаной сорочки, задирая её вверх, обхватил Флинта за бёдра и начал наконец размашисто двигаться, зачарованно следя за чёртовой розовой полоской, которая то и дело задевала входящий и выходящий член, тёрлась о него.       Флинт, громко дыша, подмахивал ему, кое-как оттянув слишком тесные трусы и исступлённо дроча. Несдержанно вскрикнул — чего за ним раньше во время секса не водилось, — выгнулся, впившись зубами в кулак, и утробно заурчал, кончая прямо на пол.       — Оу-у... — ритмично пульсирующие мышцы внутри обхватили член так плотно, что Оливер охнул. Напряжённо вытянулся в струнку, с силой сжимая пальцы на крепких ягодицах, рывком развёл их в стороны и втолкнулся до упора, замирая на несколько сладких мгновений.       — Вот это охренеть, — прокомментировал он спустя пару минут, едва к нему вернулась способность соображать. Аккуратно вышел, отстранился, вытирая вспотевший лоб, и поднял упавшую на пол палочку, творя Очищающие.       — Угу, — всё ещё задыхаясь, согласно кивнул Флинт и обессиленно привалился щекой к стене. Оливер бездумно провёл рукой по широкой спине — задранная сорочка уже давно опустилась обратно, липла теперь к разгорячённой, мокрой от пота коже.       — Забавно, — севшим голосом заметил Оливер, нарушая ленивую тишину, и слегка откашлялся. — Теперь я тебя... кхм... понимаю.       Флинт обернулся через плечо, вопросительно приподнимая бровь. Оливер хитро прищурился.       — Насчёт твоего заскока на женских шмотках, — пояснил, коварно усмехаясь. — И теперь я знаю, что подарить тебе на ближайший уик-энд...