Твоя улыбка - счастье для меня!

Было уже 23 часа, а Кёко все еще не пришла. Рен не находил себе места. Он звонил ей час назад, и она сказала, что будет не раньше половины двенадцатого. Они с Канае сидели у той дома и болтали «о своем о женском». «Сегодня она не убежала от меня, и даже попросила, чтоб я на нее не давил. Неужели, я тоже ей небезразличен? Как бы я хотел надеяться на это...» Звонок в дверь вывел его из задумчивости. На пороге стояла Кёко. По ней было видно, что они сидели не вдвоем, а втроем: Кёко, Канае и бутылка вина. - Ты припозднилась. – мягко отчитал ее Рен. – Я волновался. - Прости. – тихо отозвалась девушка. – Но мы долго теперь с ней не увидимся. - Почему? – спросил актер, проходя на кухню. Он собирался сделать Кёко ее любимый чай. - Звонил Майк и сказал, что мой следующий приезд в Токио будет не скоро. Появились срочные и важные дела. – с грустью сказала она. - Но вы сможете созваниваться, как и мы с тобой. – решил подбодрить ее Рен. - Да, но не всегда будет получаться. Запланировано очень много встреч и поездок. - Но это работа. И какая бы она не была, к ней надо подходить со всей серьезностью и ответственностью. - Да, - согласилась Кёко, принимая кружку чая из рук Рена. - Я буду скучать по тебе. – сказал парень, смотря на любимую. - И я по тебе. Подняв голову, она столкнулась с его взглядом. В нем было столько тепла, нежности и любви, что ей захотелось в его закутаться. Рен медленно подошел к ней и, взяв ее лицо в руки, спросил: - Я действительно для тебя только друг? – его глаза лучились надеждой. - Нет. – ласково ответила Кёко. Рена переполняло счастье ее слов. Он наклонился и нежно прикоснулся к ее губам. Он целовал раньше, и его целовали, но такого блаженства Рен не испытывал никогда. Ее губы напоминали бархатистые лепестки розы со вкусов персика. Кёко обвила шею актера руками, а тот прижал ее к себе. Их поцелуй то вспыхивал, то затухал, переходя от нежных прикосновений, до игры языков. В это мгновение им обоим захотелось слиться воедино. - Я люблю тебя, - страстно прохрипел Рен, отрываясь от губ любимой. - Рен, я ... – начала Кёко. - Не надо, любимая. Я знаю, что пока ты не испытываешь того, что чувствую к тебе я. Но счастлив от того, что занимаю в твоем сердце хоть малую частичку. – сказал Цуруга, нежно перебирая ее локоны. - Ты занимаешь не малую часть. – Смущаясь, сказала девушка. - Просто знай, что я люблю тебя. – и опять прикоснулся к ее губам. *** Оба не заметили, как перевалило за полночь. - Полпервого, - спохватилась Кёко. – Пора спать. Мой самолет в 9.20. Рен нехотя выпустил ее из объятий. Он не хотел в эту ночь лежать один, но и попросить об этом ее не мог. - Тогда иди отдыхать. – погладил Рен щеку девушки. - Спокойной ночи. – и прикоснувшись к его губам, ушла в свою комнату. «В душ.» Рену не спалось. Он ощущал присутствие любимой за стенкой. В дверь постучали. - Не спишь? – спросил тихий голосок. - Нет. – Рен сел на кровати. – Ты тоже? - Да. – в темноте парень не видел, как покраснела девушка. – Можно я лягу с тобой. - Конечно. – Рен был на седьмом небе. – Иди ко мне. Рен подвинулся к краю, предоставляя место любимой. Она легла рядом и повернулась к нему спиной. Он почувствовал ее скованность. - Не переживай. Приставать не буду, если сама этого не захочешь. – и поцеловал ее в ушко. – А теперь спи. Он хотел отвернуться, когда услышал шепот. - Обними меня. Ее неловкость грела ему сердце. Конечно, он ее обнял. Вдыхая запах ее волос, и ощущая теплоту и силу его объятий, они уснули.