Паралич выбора

Одни из ворот в Готей 13. Сегодняшний день один из немногих, когда ворота были не просто открыты — через них проходило множество людей. Кто-то в форме синигами выходил, отправляясь домой, кто-то наоборот заходил, успев сделать свои дела, торопясь поступить в расположение своего Отряда. Некоторые стояли, образуя группы, общались и, возможно, ждали своих друзей. Но не только люди в форме сновали туда-сюда, проходили также и обычные души, родственники разных сословий, с целью поддержать своего воспитанника. Здесь же стоял и Ясуо, внимательно наблюдавший за человеческим потоком. — «Даже здесь видно невооружённым глазом, как аристократы превосходят и выделяются на общем фоне», — качая головой, он размышлял. — «Хотя сегодня всё проходит гораздо лучше, чем могло быть», — обратил внимание на то, как к очередной семье простолюдинов пристали синигами из благородных. Впрочем, те, похоже, были в настроении, поэтому слишком долго никого не задерживали, обходясь лишь презрительными взглядами и острыми словами. — «Сегодня никто не пострадает», — с облегчением выдохнул Ясуо. Неравноправие сразу бросалось в глаза — большие ворота могли пропустить кучу народа за раз, но подавляющая часть была огорожена, через просторный центр свободно сновала знать всего Общества Душ. Для сравнения по бокам выделены полосы для людей простых, там-то образовались очереди из-за узкости прохода и количества желающих пройти или выйти. Тем самым давая некоторым аристократам предостаточно времени, чтобы выбрать себе жертву и вдоволь поиздеваться над ней, пока она вынуждена стоять и ждать. Когда смех издевающихся синигами стал ещё громче, Ясуо решил вмешаться и усмирить наглецов, позволяющих себе слишком много. Однако когда он двинулся в ту сторону, кто-то ненавязчиво дёрнул край рукава его чёрного косоде, привлекая к себе внимание. Развернувшись, он обнаружил Рин. — Кого-то ждёшь, Ясуо-кун? — поинтересовалась она, начиная отходить от ворот и увлекая собеседника за собой. — Ха-ха, — рассмеялся тот. — Нет, если честно, то мне хочется оттянуть тот момент, когда я смогу вернуться домой. — Танака-доно такой строгий? — участливо поинтересовалась. Отойдя на некоторое расстояние от ворот и подальше от бесчисленных прохожих, Рин остановилась и плавно повернулась к Ясуо. — Ну, — смутился он, — не совсем так. Сато ненадолго замолчала, смотря ему в глаза, после чего вновь заговорила: — Шесть лет, да? — Да, — выдохнул он. Члены благородных семей часто поступали в Академию и не виделись со своей семьёй, пока они не докажут, что не просто так носят фамилию и не закончат все шесть курсов, став синигами. — Не думаю, Ясуо-кун, что стоит волноваться по такой мелочи, — показательно махнула перед его лицом рукой, будто выкинула что-то ненужное или бесполезное. — Мы закончили Академию и стали синигами. Хм? — вдруг она встрепенулась после своих слов, и на её белом лице, редко показывающим эмоции, мелькнул интерес. — Ты же поступил в Отряд? — Дааа, — протянул. — Насчёт этого… Глаза Рин чуть расширились, а редкие движения и вовсе прекратились. — Поступил! — взлохматив свои волосы, неожиданно сказал Ясуо. Девушка, казалось, ещё больше удивилась, отчего тот зашёлся в смехе, глядя на слегка растерянную Рин. — Хаа, — отсмеявшись, Ясуо ей пояснил: — Ты так забавно смотрелась, что я не удержался, — на что она улыбнулась. — И какой же Отряд принял нашего шутника? — Тринадцатый Отряд, — с гордостью ответил он и понял, что трудно не говорить подобное без гордости. — Подснежник? Ха! Что и ожидалось от Ясуо-куна! — раздался чей-то знакомый весёлый голос рядом с ними. — О! Акияма-кун! Я хотел сделать сюрприз, а ты всё услышал, — улыбнулся Ясуо, поворачиваясь к источнику звука. — Э?! — вскрикнул он. — Акияма-кун, что с твоей причёской? — А, не обращайте внимания, — он провёл рукой по длинным, ниже плеча, чёрным волосам, закидывая их назад. — Сначала я и не думал мешать вам, но невольно услышал про Отряд и не мог пройти мимо. Поздравляю, Ясуо-кун! — после его слов никто не торопился что-либо отвечать, Ясуо во все глаза пялился на волосы Акиямы, Рин же, казалось, никак не отреагировала, разве что стала накручивать свои кончики волос на пальчик. — Ладно, не буду вам мешать, мне нужно срочно домой, — он одновременно махнул и рукой, и волосами, отчего у Ясуо отвалилась челюсть, а его взгляд провожал его, пока тот не скрылся в толпе. — Довольно неожиданно увидеть Акияму-куна в таком свете, — заметила Рин, но Ясуо все ещё не мог прийти в себя. — Ясуо-кун, это неприлично, игнорировать своего собеседника. Видя, что парень и не думает возвращаться с небес на землю, Рин вышла перед ним, однако его взгляд проходил прямо над ней, что немного взбесило девушку. Протянув руку и, остановившись на мгновенье, она всё же касается его подбородка и помогает Ясуо посмотреть ниже. — Что это вы делаете? — резко произнесли со стороны, Рин тут же отдёрнула руку и посмотрела на прибывшего. — А, Таро-кун, я пыталась вернуть Ясуо-куна на землю, но боюсь, очарование Акиямы-куна было слишком сильным, — вздохнула она. — Чт.? — запнулся Таро, проглотив все слова. — Может быть, у тебя получится, а мне давно пора, дома меня уже ждут, — быстро попрощалась Рин и исчезла, пока Таро пытался осмыслить услышанное. — О, Таро-кун, и ты здесь! — отвис Ясуо и тепло поздоровался с Таро. — Хм, почему не идёшь домой? — сразу перешёл к делу Мураками. — А, — ответил беззаботно и махнул Ясуо рукой. — У меня дом близко. — Хммм? — недоверчиво протянул Таро, но не стал заострять на этом внимание. — Да, могу представить, какие у тебя могут быть проблемы дома. Танака удивился и вопросительно посмотрел на друга. — Ты не знаешь? Говорят, вчера в поместье Танака слышали чей-то мужской крик, а до меня дошли слухи, что о твоих попытках помочь простолюдинам в Академии стало известно Главе семьи, — поделился с ним черноволосый парень с синевой. Ясуо моментально посмурнел и нахмурился. — Я решил, что тебе точно нужно об этом знать, — улыбнулся Таро. — Удачи, наверное, — пожелал он на прощанье со смешком. Оставшись в одиночестве, Ясуо вздохнул: — Ну не убьёт же он меня, в самом деле? — и нервно засмеялся. Поместье Танака. Где-то внутри, одна из комнат. В практически пустой комнате сидел поседевший мужчина в домашнем кимоно серого цвета перед маленьким традиционным столиком с едой, напротив него находился такой же столик с едой, от риса шёл лёгкий пар, показывая, что его только-только принесли и всё готово. Не хватало лишь второго сотрапезника. Дверь отъехала в сторону, и слуга на коленях известил господина о прибытии наследника. Повелительно махнув в его сторону рукой, отчего слуга поклонился ещё ниже и, стоя на коленях, закрыл двери, мужчина стал ждать своего сына. Дверь вновь открылась, и внутрь прошёл высокий черноволосый парень в чёрной форме синигами. Посмотрев на отца, Ясуо застыл в нерешительности. Мужчина показал ему глазами за свободный столик. Как только сын сел, Танака — старший взял палочки в руки и приступил к трапезе. Парню не оставалось ничего, кроме как присоединиться к обеду. Через десять минут неторопливого действа мужчина положил палочки на чашку с тихим стуком, который тут же отразился в сердце Ясуо, знаменуя начало разговора . — Скажи мне, Ясуо, каково вернуться домой? — тихо заговорил мужчина, его волевое лицо казалось расслабленными, но сын понимал, что это ещё ничего не значит. — Возвращение в родные стены очень воодушевило меня, — с поклоном ответил он. Разговор вёлся за столом, поэтому поклон оказался неглубоким. — Как учёба в Академии? — мужчина никак не изменился после ответа, продолжая не спеша задавать вопросы. — Смею надеяться, Ото-сама, что хорошо. Я прилежно учился и закончил Академию, — вновь поклонился Ясуо, не забывая про уважительный тон. Хотя он и так уважал отца, поэтому это происходило само собой. — И Отряд… — намекнул Танака-старший. — Я подал своё прошение на службу в Тринадцатом Отряде, и меня сразу приняли, — и снова поклон. — Тринадцатый Отряд, значит, — покивал сам себе мужчина, закрыв глаза. — Да, Ото-сама, — обрадовался Ясуо. — «Похоже, он одобряет мой выбор». — Как отношения с однокурсниками? — снова заговорил мужчина. — Мы стали друзьями. С теми, кто выжил, — грустно закончил парень. — Что о тебе говорят другие из Академии? — вдруг спросил отец скучающим голосом. — Это… — растерялся Ясуо подобным переходом. — Обо мне должны хорошо отзываться, я многим помог, уверен, что престиж и уважение нашей семьи выросли в лицах учащихся. — Мы говорим об одних и тех же учениках? — скука и не думала исчезать из сильного голоса отца. — Я старался быть честным сыном семьи Танака и не давал повода другим усомниться в благородстве и заслуженном уважении нашей семьи, — осторожно ответил Ясуо, снова поклонившись. — Уверен ли ты, Ясуо? Я слышал совсем другие вещи, — намекнул мужчина, посматривая на Ясуо без интереса. — Я… — парень прочистил горло слюной, которой резко стало не хватать. — Я был честен со всеми. — Это достойно, Ясуо, — согласился отец. — Ты бы не стал защищать простолюдинов перед лицом благородных, невыгодно выставляя последних, правда? — Это… — Ясуо не нашёлся, что ответить. — Значит, — голос отца наполнился злостью, — ты действительно позволил себя попрать сословные различия перед всеми?! Ясуо поник и не решался посмотреть на Главу. — Когда я слышал подобное от других семей, я смеялся, говоря, что этого не может быть! Как же мы выглядели в глазах других уважаемых людей? — он перешёл на крик, вырвавшаяся духовная сила давила на плечи Ясуо, но на неё он не обращал внимания, не чувствуя её под гнетом другого давления. — Отец! Разве не таким должен быть настоящий аристократ? Уважаемый Генрюусай-доно говорит… — Замолчи! — придавил он экспрессивную речь наследника. На минуту в комнате установилась тишина, Ясуо слышал лишь бешеный стук собственного сердца. — Ты разочаровал меня, — донесся до него голос отца одновременно с прилетевшей пиалой, разбившей лоб. Затем он услышал удаляющиеся шаги отца за дверью. Вытирая кровь со лба, попадающую в глаза, и слёзы, Ясуо не мог избавиться от ужасного чувства боли в груди, будто его снова разрубило пополам, но на этот раз с сердцем, боль же от раны на лбу он даже и не чувствовал. Pov Дзампакто. Наблюдая за его бесполезным времяпровождением, мне всё больше хотелось повторить нашу предыдущую встречу. — «Почему ты общаешься с этими людишками?! Просто вызови их на бой, и мы поговорим с ними на языке стали!» — снова и снова ревел я, требуя битвы. Но глупый синигами не слышал меня и не тренировался ни с кем. Более того, он старался меня не касаться по возможности! Как он мог не почувствовать дрожь висевший на боку катаны, что готова к бою? Когда к нему подошёл похожий синигами и о чём-то заговорил, я чувствовал лишь витавшую агрессию. — «Разве он не хочет боя? Почему носитель так непонятно реагирует?» — не понимал я. — «Люди слишком непонятные существа». Естественно, я вновь пытался дать понять, что готов к бою, но меня не заметили. Уверенность в том, что когда-нибудь я всё-таки дорвусь до тёплой плоти врагов, изрядно успокаивала меня, принося лишь шаткое спокойствие. Ведь когда же это будет? Когда синигами вернулся в дом, я поначалу обрадовался. Ведь дома-то точно можно потренироваться! Но человека понесло в какую-то далёкую комнату, где сидел другой человек. Бессмысленный разговор принёс лишь улучшившуюся погоду: трава резко оказалась везде примята, а солнце затянуло тучами. Но самое главное — человек расклеился! Я был готов терпеть, когда он избегал тренировок и боёв, но побитого рохлю терпеть не намерен! Иди сюда, бесполезный кусок мяса!