Больше гибкости, месье

Захват Облачной башни был глупой идеей с самого начала. Дарси повторяла это не один раз. Но кто её будет слушать? Айси, если что-то стукнуло в голову, прет до конца с бычьим упорством. А Сторми только дай повод пошуметь и что-нибудь разрушить, большего ей не нужно. Что мы имеем в итоге? «Стратегическое отступление» и обломанные ногти. План «Триумфальное возвращение Трикс» с треском провалился, и Облачная башня осталась вне зоны их доступа. Но ещё оставался план «Б»: «Поймай мерзавца, что нас подставил»! Желание найти и навалять загадочному вору все ещё не отпустило сестер. Именно поэтому Айси и Сторми уже который час разрабатывали план мести на повышенных тонах, стараясь перекричать друг друга, а Дарси, закатив глаза, рвала на себе волосы и была уже готова сдаться в Светлый камень добровольно. *** Бам! Дзинь! Прекрасная, старинная и несомненно дорогая ваза разбилась об стену, а осколки разноцветной мозаикой застелили пол. Посмотрев на свои труды, девушка прошлась цепким взглядом по комнате, в поисках еще чего-нибудь, что можно швырнуть в стену. Но оного не нашлось, ибо весь пол был уже усеян подобными «трудами». Вдохнув и шумно выдохнув, Диаспро упала в стоящее позади кресло и обмякла в нем. «Скай – идиот!» Эта мысль посещала её все чаще и чаще. Какого черта, спрашивается?! Это она женщина! Это ей положено быть по определению глупой, несчастной и зацикленной на моде недотрогой! Так почему она, а не Скай, понимает всю важность возложенных на него обязанностей? Почему он не понимает, что на его плечах лежит ответственность за целую планету? Он будущий король! Но Скаю, видимо, все это по барабану. Он же у нас не принц. Нет, что вы! Он рыцарь-специалист, мать вашу! Блум дороже жизни и важнее остальных жителей родной планеты, в частности. Хоть бы вид сделал, что ему стыдно! От злости Диаспро сжимает кулаки. И дело вовсе не в том, что девушка наделена высокими моральными принципами, скорее наоборот. Просто у нее есть такая черта как здравомыслие и ощущение реальности происходящего. Скай не дурак, далеко не дурак, но иногда у неё создается впечатление, что он совсем не приспособлен к реальной жизни. Принц словно бы витает в своем мире, в этакой сказке, причем летает на пару со своей принцессой-Блум, а на реальность плевать. Не женится он на девушке которую не любит, вы посмотрите на него! Любовь… А что это вообще такое? А есть ли оно вообще? Диаспро всегда считала, что для счастья между двумя людьми нужно как минимум уважение, а не любовь. Время несется вперед, прежние чувства гаснут и что остается в итоге – нечто общее, что продолжает связывать две половинки. И хорошо, если это именно уважение, которое было изначально, а не ненависть, построенная из взаимных упреков и недомолвок. Брак по расчету, фею драгоценных камней готовили к нему чуть ли не с пеленок. Она не знает ничего другого. Её учили, что она будет подле принца, что должна уважать его и поддерживать, что должна противостоять тем, кто будет плести интриги за его спиной. О любви речи не шло. Монаршим особам не полагается любовь, лишь взаимовыгода. Их со Скаем союз дает эту выгоду, но принцу хочется сказки, ему хочется иллюзии, а не блага, для почти разорившегося королевства. Он не хочет принимать реальность и как-то решать её. К черту! Пусть не она, пусть та же Блум займет её место, но вспомни ты о том, что ты будущий король! Сделай хоть что-нибудь! И вроде бы после таких рассуждений Диаспро должна возненавидеть, брезгливо сморщиться и отвернуться от Ская. Но нет, не получается. Этот искренний, наивный мальчишка, витающий в облаках, ей нравится. До одури нравится его наивность, искренность и чувство справедливости. Иногда девушка думает, что лучше бы он никогда не становился королем, иначе все это, все, что она в нем так полюбила, исчезнет без следа. Да, все-таки эта чертова бессмысленная любовь есть. Диаспро запрокидывает голову вверх и истерично смеется, не замечая, как по щекам текут слезы. *** – Нет, не подходи! Я сама! Сама! Блум с диким визгом разогналась и понеслась к краю обрыва. Чтобы не дать себе передумать, она зажмурила глаза, а когда её ноги нащупали пустоту и в ушах засвистел ветер, она позволила себе закричать от страха во всю мощь своих легких. Затем громкий всплеск воды и тишина. Валтор же уже переместился к берегу реки вниз и, прищурив от удовольствия глаза, потягивал крепкий, горячий кофе из термокружки. Промокшая до нитки и дрожащая от холода в предрассветном тумане, девушка на карачках выползла на берег. Её всю трясло так, что зубы отбивали чечётку. Сидя на холодной земле, Блум обнимала себя руками и пыталась хоть как-то заставить свое тело слушаться. Чародей наблюдал за этим несколько минут, когда фея так и не сделала ничего путного, он сокрушенно покачал головой. – Эй, рыжее недоразумение. – Колдун подошел к девушке ближе и слегка наклонился. – Магия тебе на что? Ты фея огня или кто? – Заткнись, Вэл, – просипела Блум, отстукивая незамысловатый ритм зубами. – Я, может, пытаюсь давить на жалость! Вдруг у тебя проснется совесть, и ты прекратишь так надо мной измываться. – Жалость? Совесть? А что это такое? – маг состроил искреннее недоумение на лице, приподняв свои светлые брови. – Апчхи! Некоторое время спустя. Блум, уже полностью сухая, сидела на поваленном дереве возле реки и держала вторую термокружку, но уже с чаем. Взгляд был направлен на противоположный берег реки, но был абсолютно неосмысленным. Казалось, что вокруг девушки потрескивает воздух, из-за исходящих от неё тепловых волн. – Бу! – послышалась за её спиной. Фея моментально подскочила на месте, чуть не выронив кружку, и нервно оглянулась. – Вэл, за что?! – фею передернуло от холодного ветра: тепло, что она контролировала своей магией, развеялось. – Плохо, – вместо ответа протянул маг. – Теряешь контроль над магией из-за такой мелочи. Тебе нужно научиться удерживать силу заклинания, не отвлекаясь на внешние раздражители, и при этом полностью функционировать, а не сидеть аки статуя. – Я так не могу. – Насупившись, девушка уткнулась в свою кружку с чаем. – Естественно, не можешь. Концентрация ни к черту, если тебя отвлекают даже собственные телодвижения. Блум пробурчала нечто неразборчивое. – Что, прости? – Я научусь, – неохотно и по слогам выдавила из себя фея. – А куда ты денешься, несчастье моё? – мужчина обошел поваленное дерево вокруг и остановился перед Блум. – Собирайся, у нас сегодня еще с тобой трудовой день в библиотеке. – Чародей забрал у девушки кружку и за руку стащил принцессу с насиженного места. – Вэл, но сегодня выходной, – заскулила фея, снова пытаясь надавить на то, чего у мага не было с рождения, совесть то бишь. – Не понимаю, о чем ты, милая, – оскалился демон. Девушка схватилась за голову и обреченно взвыла под аккомпанемент довольного смеха чародея. *** Тем временем планета океанов Андрос переживала не самые лучшие времена. Королевская чета ещё не связалась со своей наследницей Лейлой и раздумывала над тем, а стоит ли вообще это делать. Дитя должно быть в безопасности независимо от обстоятельств, но, с другой стороны, наследница престола должна в трудный час быть со своим народом. Король Тередор наблюдал из окна дворца за разбушевавшейся, родной ему, стихией океана. Шторм набирал обороты, а затянувшееся тучами небо стремительно чернело. Вдалеке, на одном из островов, подобно маяку, горел столб света, уходящий в небо и пробивающий черную завесу облаков. Только, в отличие от маяка, что приносит заплутавшим в море надежду, этот свет нес в себе гибель. На одном из островов горел ослепительным светом никем не закрытый, и теперь уничтожающий планету, портал на Омегу. *** Секреты — это интересно, особенно если это чужие секреты, но, когда секреты появляются у человека, за которого ты переживаешь, это уже страшно. Страшно потому, что ты не знаешь, что делать. С одной стороны, хочешь помочь, а с другой как-то и неловко лезть в чужое белье. Конечно, люди, что лишены чувства такта, идут напролом, пробивая даже самые сильные щиты друзей-интровертов. Стелла была из таких. Человек душа-на-распашку, все на виду, смотрите: мне нечего скрывать! А между друзьями и тем паче не должно быть секретов! Но, несмотря на все это, было то, к чему солнечная девочка испытывала какое-никакое чувство такта. Слабенькое, хиленькое, но испытывала. Отношения — это святое. И как бы ни было Стелле интересно узнать все подробности отношений между подругой и её парнем, если подруга не шла на контакт, то принцесса Солярия предпочитала отступить. Придет время — расскажет, никуда не денется. Стелла могла быть чуточку терпеливой, но Блум сопротивлялась уже сверх всякой меры! – Так, кто твой новый парень, подруга? – Какой парень? – удивление, даже шок, появляется на лице у огненной феи. Как играет, чертовка! Даже и не скажешь, что притворяется. – Очки, рост под метр девяносто, русая коса, на вид лет тридцать. Пару секунд Блум хлопает глазами, пытаясь сопоставить описание с кем-нибудь из своих знакомых. – А, Вэл! – наконец выдает она. Стелла мысленно делает себе зарубку, что подозрительного типа зовут Вэл. – Он не мой парень. – Подруга равнодушно улыбается. Да, конечно, держи карман шире! От такого ответа Стелла начинает нервничать. Нет, запретная, неравная, да еще и тайная любовь в представлениях солнечной феи очень даже романтична и волнительна. Но не тогда, когда она не на бумаге! Все это здорово и восхитительно только в книжках! – Блум, я все понимаю, – начинает Стелла очень мягко, представляя, что разговаривает с душевнобольным. – Твое сердце разбито… Фея огня приподнимает бровь. – Тебе очень хочется тепла… Вторая бровь присоединяется к первой. – Да, я не сомневаюсь, он очень опытен, и в его объятиях ты можешь забыться… Блум непонимающе хмурится, стараясь уловить ход мыслей подруги. – Но пойми! Такие как он, холостяки со стажем, не ищут серьезных отношений! Как только ты ему надоешь, он же бросит тебя! Тебе Ская мало?! – под конец своей «душевной» речи Стелла срывается на крик, пытаясь донести до огненной феи весь спектр своей тревоги за неё. – Стелла? – Блум успокаивающе погладила взволнованную подругу по плечу и выдала то, от чего весь мир принцессы Солнца перевернулся вверх дном: – А ты сейчас о ком говорила? Истерично хихикнув, Стелла подумала о том, что либо Блум научилась профессионально притворяться, либо она уже ничего не понимает в современных отношениях.