Больше гибкости, месье

– Айси, Дарси, Сторми. Я спрошу ещё раз: где остальные заклинания? – Сколько раз повторять?! Это всё что украли именно мы! Есть другой! – Сторми надрывает голосовые связки, считая, что, повышая громкость, она сможет донести до своих судей истину. Айси гневно сверлит взглядом Фарагонду, мечтая вцепиться старой фее в горло и не отпускать, пока та не испустит последний вздох, хотя можно превратить её в ледяную статую, а потом с наслаждением откалывать по небольшому кусочку, пока не получится прекрасная мозаика из директрисы Алфеи. Дарси сидит на своём стуле, привязанная к нему, как и сёстры, и смотрит на мыски своих побитых, ободранных туфель. А ведь в Светлом Камне было очень даже неплохо: завтрак, обед по расписанию; тепло и удобная кровать. Ведьма иллюзий очень сильно сомневалась, что нечто подобное будет в Обсидиане. – Я дам вам ещё один шанс, когда я приду в следующий раз, будьте любезны, скажите правду. Фарагонда разворачивается на каблуках и не спеша шагает к выходу, её останавливает слабый голос одной из ведьм. – А смысл? – Дарси отрывает взгляд от обуви и смотрит в спину директора. – Мера наказания всё равно не изменится. Подтверждая её слова, фея ничего не отвечает и выходит из камеры, в которой держат трёх ведьм. Что же, маленькие стервы понимают, что их признание ничего не изменит, они ничего не скажут, просто так, чтобы нагадить напоследок. А значит нет смысла и в следующей встрече, пора отправлять их первым рейсом в Обсидиан. *** – Нет! – Да! – Нет! – Да! – Посмотри на это. – Не переводи тему, Вэл! – Ты сама в этом виновата, милая. – Нет! – Да! – Я здесь не причём! – Да, разумеется, а я значит всё это придумал! Вот! Взгляни на свои художества! Валтор тычет пальцем в один из неверно заполненных формуляров, пытаясь доказать огненной фее, что это её работа. – Это твои закорючки! – Радуйся, мои закорючки хотя бы прочесть можно, в отличии от твоих. – У меня нормальный почерк, – шипит чародей. – С твоими каракулями только в медики идти, рецепты выписывать. Несколько мгновений они сверлят друг друга глазами, пока маг не впихивает девушке в руки испорченные формуляры. – Переделать. Быстро. И. Прямо. Сейчас! – рычит он не хуже Великого Дракона и разворачивается к фее спиной. – Подумаешь… - бубнит Блум, направляясь к своему рабочему столу. – Ещё слово, и зачарую все твои конспекты на свои, как ты выразилась, каракули. Блум втягивает голову в плечи, стараясь стать меньше. Да, ей будет очень весело расшифровывать почерк Вэла, если он действительно это сделает. – А я обращусь к опытному шифровальщику. Умному и трудолюбивому. – Назови мне имя этого несчастного. – Мистер Мароу из третьей секции. Колдун повернулся к ней с удивленным выражением на лице. – Прости? – немного ошарашенно спрашивает он. – Я сказала, что попрошу мистера Мароу помочь мне с твоим почерком. Он сказал, что после того, как вы поработали с ним в паре, он стал гуру твоих каракулей. – Так! – Валтор потряс головой, приводя мысли в порядок. – Оставь мои каракули в покое, женщина! Позаботься о своих! – колдун всплескивает руками и мысленно обещает своему коллеге долгую и мучительную смерть. – Да-да, – протягивает фея и склоняясь над формулярами на столе. На некоторое время установилась мирная рабочая тишина. – Так мы поедем на Линфею? – робко поинтересовалась Блум. Со стороны мага послышалось отчётливое рычание, постепенно переходящее в стон умирающего, а следом за ним характерный звук удара головы об стол. – Не думай, что я забыла с чего начался наш спор. На взгляд Валтора в ещё более глупой ситуации он не оказывался. Желая отказаться от поездки, он попытался перевести мысли Блум в рабочее русло, а именно исправить недавние формуляры. Попытался, да… – Женщины, ну почему вы любите периодически выносить мозг? – А в экспериментальных целях, дорогой... Ай! Блум подскочила на стуле, который по непонятным причинам в момент оброс колючками. *** Флора взволновано переступала с ноги на ногу перед дверью в кабинет директора. Она много думала над тем, что так и не сказала, что видела вора в храме, указав только на Трикс. Её останавливало чувство благодарности к преступнику, который спас её сестрёнку, хотя мог бы этого и не делать, а сбежать в первую же секунду, как ведьмы напали на неё. Но совесть и чувство справедливости всё же взяли верх и привели её сюда. Коротко постучав и получив разрешения войти, девушка сделала глубокий вздох и зашла в кабинет, чтобы рассказать правду. *** Фарагонда нервно постукивала пальцем по столешнице, размышляя над тем, что узнала. Трикс отправили в измерение Обсидиан несколько часов назад, пять минут назад из её кабинета ушла Флора. Воров было двое, теперь это доказано. Трикс не единственные, кто занимался похищениями, но время начала похождений вора начинается с побега трёх ведьм. «Не нужно было связываться с этим отмороженным магом», - прорычала ведьма урагана перед тем как пропасть в чёрном портале. Отмороженный маг?.. Старая фея опустила подбородок на переплетенные пальцы, задумчиво наблюдая за пылинками, танцующими в солнечном свете. На Омеге может быть тысяча заключённых в лёд магов. Но кто из них так же любит заклинания, как и их воришка? « Фарагонда, он не желает этой войны, не желает захвата мира, он просто хочет знать!» «Что знать, Гриффин?» «Всё, его интересует всё магическое измерение. Предложи ему знания, и он встанет на нашу сторону, а прародительницы потеряют преимущество.» Валтор… Взгляд директрисы мрачнеет: проскользнувшая в её мыслях догадка ей не нравится. Но Фарагонда подходит к своему зеркалу и связывается с альянсом планет, с просьбой проверить наличие в измерении Омега одного конкретного ледяного саркофага. *** – А ещё у меня было три матери. – Целых три? – Именно. И все три жутко строгие, ворчливые старушенции. Это было странно – лежать на полу на расстеленном одеяле и просто ничего не делать. Он не мог припомнить, чтобы нечто подобное было в его жизни раньше. Да и делиться подробностями своей жизни он ни с кем не спешил. Блум заливисто смеялась рядом с ним, очевидно не поверив про ведьм-прародительниц, но это и не важно. – Нет, правда, – улыбается он, ещё сильней развеселив девушку. – Конечно, а ещё ты потомок Великого Дракона, – смеётся она. – Ага, да, его внебрачный сын, созданный из его пламени. – Иногда правду говорить так легко, особенно, если знаешь, что тебе не поверят. – Вэл, хватит! – фея прячет лицо у него на плече, продолжая посмеиваться. – Я просто спросила тебя про твою семью. – А я и ответил, – усмехается маг, на что Блум скептически смотрит на него. – Нет, правда! – ненатурально возмущается он. – Да, особенно та часть, где ты говоришь, что ты демон. – Не веришь? – Верю: твой крокодилий характер очень яркий показатель. – Вот выведешь ты меня когда-нибудь из себя, обращусь в монстра… - начинает он грозно, делая вид, что хочет задушить её. – С огромными клыками? - подыгрывает ему фея. – И когтями. – И крыльями? – Обязательно! Что тогда делать будешь? Мужчина легонько проводит пальцами по девичьим плечам, вынуждая фею примостить свою голову ему на плечо, и ждет от неё ответа. Блум подвигается к нему в плотную и беспечно отвечает: – Превращу тебя в человека. – Это как? Позволь напомнить, что магия поцелуев работает только в сказках, как и великая сила любви. – Нет, я знаю способ получше, – широко улыбается фея. – Какой? – теперь он по-настоящему заинтересован. – Я накормлю тебя булочками с корицей и яблоками. На это маг смущённо прокашливается, заставляя принцессу снова смеяться. Что сказать, за булочки с корицей и яблоком он и душу готов был продать, если бы имел таковую.