Прельститель. Часть 3. "Вы все бросаете меня..."

      Врач вовремя успел подхватить Эдди и дотащил его до кровати. Уложив его, он проверил пульс. Слабый. Эдди еле дышал, глаза закрывались от слабости. Врач бегло осматривал его и сделал вывод:       - У тебя, друг, пневмония! Я удивлен, что ты здесь, а не в больнице. Тебя срочно нужно госпитализировать, иначе недолго тебе ноги откинуть.       Эдди все слышал, но был не в состоянии говорить. Врач уже потянулся к телефону, чтобы вызвать скорую, как на его руку бухнулась рука Эдди. Мужчина с недоумением посмотрел на него. Эдди смотрел на него угрожающе:       - Не прикасайся к телефону!!! Я не поеду в больницу!!!       Говорил он с большим трудом, и каждое слово отдавалось болью в горле.       - Парень, что ты такое говоришь? Ты одной ногой в могиле. Если тебя не доставить в больницу, то ты умрешь, - не обратил внимания врач на его угрожающий взгляд.       - Нет!!! Ты будешь меня лечить…здесь…!!! Никакой больницы!!! – крепко сжал он его руку.       - Но почему?       - У меня нет страховки…и…документов!!! – снова кашель.       Эдди схватился за горло, пытаясь вытерпеть. Только когда стало легче, он снова схватил врача за руку:       - Достань все необходимое. Я потом все оплачу, до последнего цента.       Врач посмотрел на него так, будто не верит своим ушам. Но видя в глазах Эдди угрозу, он решил поступить по его просьбе:       - Хорошо. Я посмотрю, что могу сделать.       Эдди кивнул. Врач первым делом проверил его давление. Пониженное. Хозяин мотеля стоял на пороге номера и внимательно следил за происходящим:       - У него пневмония? Его срочно надо в больницу! Не хватало еще, чтобы он копыта откинул здесь.       - Копыта он не откинет, если оказать соответствующее лечение. В больницу ехать он не хочет. У него страховки нет, - ответил врач, делая записи в своем блокноте.       - Что вы там пишите?       - Необходимые препараты. Мне нужно бежать на работу.       - А что мне прикажите делать? Вы же не оставите меня с ним?       Врач протянул ему листок с необходимыми лекарствами:       - Просить больше некого. Только вас. Здесь я написал, что необходимо купить, и как принимать. Все остальное я сам достану. Парень этот все оплатит потом.       - И вы ему верите? – сомневался хозяин.       - Возьмите с него деньги сейчас, раз сомневаетесь.       - А лекарства дорогие?       - Двести долларов, если вместе с НДС.       - Двести баксов? Это же неслыханно!!!       - Знаю, но в его случае жизненно необходимо. Присмотрите за ним в мое отсутствие.       - Да? А работа, мол, подождет? – вскрикнул хозяин.       Врач поправил очки и вышел. На пороге он остановился и, не поворачиваясь лицом к сердитому хозяину, добавил:       - Попросите вашу дочь помочь вам. С претензиями потом к этому больному.       Он ушел. Хозяин, тихо матерясь, пробежал глазами по медицинскому рецепту, выругался:       - Свалился на мою голову, чертов бродяга!!!       Эдди лежал с закрытыми глазами, но все хорошо слышал. Если бы не болезнь, он высказал бы все, что думает и о враче, и о хозяине в том числе, а пока были силы только в мыслях их поносить грязью: «Продажные!!! Все продается, все покупается!» Это все, что он мог пока. Но одно из сказанного врачом он быстро уловил и даже немного обрадовался. У хозяина мотеля есть дочь. Это ему нравится больше. «Интересно, она хорошенькая?» - представлял себе он.       - Слышишь, ты, больной??? – грубо его растолкал хозяин.       Эдди быстро опустился с небес на землю и открыл глаза.       - Давай деньги на лекарства! За свой счет тебя лечить не буду! Халявы много для тебя и так! – тряс его хозяин за руку.       Эдди повернулся на бок и попытался дотянуться до своей сумки. Снова нахлынул сильный кашель и он, не удержав равновесие, упал с кровати, не переставая кашлять. Хозяин не удосужился помочь ему лечь обратно на кровать, только снова все покрыл бранью:       - Не трать мое время! Давай деньги!       Эдди попытался стерпеть такое к себе обращение и кое-как все-таки дотянулся до своей сумки. Достав бумажник, он по ошибке вместо двухсот долларов сунул грубияну триста. Тот ничего не сказал, взял деньги и ушел, даже не уложив его в постель. Только когда хозяин захлопнул за собой дверь, Эдди вспомнил, что сунул ему лишнюю купюру.       - Стой!!! – попытался он крикнуть, но вместо крика был только тихий хрип. – Мразь!!!!       От обиды и такого к себе отношения он стукнул кулаком по полу. Злость! Сильная злость обуяла его и он, если бы не болезнь, накостылял этому хаму. Опять гадкое ощущение подкатило к горлу, и его пробрал сильный кашель. Дышать было и так сложно. С кашлем вообще наступала асфиксия! Закрыв рот рукой, он смог немного облегчить свой внезапный недуг. Стало легче, но последние силы иссякли, чтобы как-нибудь забраться на кровать. Придется лежать на полу и ждать возвращения грубияна. Стянув с кровати одеяло и укрывшись им, Эдди подложил под свою голову сумку. Первый раз он так серьезно заболел и никогда не думал, что сможет заболеть именно пневмонией. В детстве он болел редко, в основном детскими заболеваниями или обычной простудой. Мама, как бы тяжело не было в семье, делала все, лишь бы он не болел. Она заботилась о нем, и последнее отдавала, лишь бы ее дорогой сынок был сыт, обут, одет и здоров. Мама! Мысли о ней возникли нежданно. Про нее он давно не вспоминал, и ему казалось, что ее вообще в его жизни не существовало. Да и жизнь у него теперь другая! Из обиженного жизнью паренька, он превратился в красивого и подающего надежды парня, а потом сам себя погубил, став изгоем и кровавым сексуальным маньяком и убийцей. Опять эта жалость к самому себе! Больше некому его жалеть. Он и жалел, ненавидя весь мир, особенно женщин. Вину за свои беды он возлагал только на женщин. Он любил, но не был любим. От этих мыслей слезы навернулись на глазах, и одна слезинка потекла по щеке.       За дверью шаги. «Вернулся! Что-то быстро он!» - подумал Эдди. Дверь открылась и в глаза ударил яркий солнечный свет. Эдди зажмурился, прикрывая рукой глаза, а через секунду почувствовал, как его пытаются поднять и уложить на кровать. Только когда его уложили, он открыл глаза и увидел, что помощь ему оказал не тот грубый хозяин мотеля, а молодая и очень красивая девушка, одетая в красивый белый сарафан в черный горошек, с миловидным лицом овальной формы, глаза серые, худое телосложение и длинные светло-каштановые волосы. Первым делом ему хотелось спросить, кто она и что ей нужно, но не стал. В горле и так неприятно першит, тянет на кашель, лучше молчать. Вспомнилось, врач говорил, что у этого хозяина есть дочь. Значит, это она и есть! Но странно получается. Ее папаша не мог ее отправить за лекарствами, а вместо этого сам пошел, а ей велел присматривать за больным. Но это Эдди даже больше нравилось. Девушка, в отличие от своего отца, не оставила его лежать на полу, не покрыла грубой бранью. А сейчас что она делает? Вода в ванной комнате включена. О, она вернулась с небольшим металлическим тазиком, а сейчас делает компресс, положив ему на лоб намоченный в мокрой воде полотенец. Чуть-чуть легче стало. Она присела рядом с ним и смотрит. Эдди пока не решался на нее посмотреть. Спать не хотелось, аппетита не было и в помине. Даже если бы ему предложили, кусок бы в горло не полез. Минут десять они провели в тишине, было слышно только его тяжелое хриплое дыхание. Осмелившись, он посмотрел на девушку. Сколько ей лет? Она такая юная и такая невинная! «Красивая!» - подумала он. Если бы не болезнь, он обязательно за ней бы приударил.       - Кто ты? – шепотом спросил он.       - А? Вы что-то сказали? – нагнулась она, чтобы услышать его.       - Как тебя зовут?       - Хелен Вайт. А вас?       - Джонни Рид, - соврал он.       - Приятно с вами познакомиться, мистер Рид.       Эдди с трудом выдавил из себя улыбку и кивнул, говоря тем самым, что и ему приятно с ней познакомиться.       - Мой отец прислал меня присмотреть за вами, пока он сходит за лекарствами. Говорит, что вы серьезно больны, - продолжила она. – Почему же вы отказались от госпитализации?       - Не заморачивайся! – прошептал он.       - Откуда вы?       - Из Колорадо.       - Вы приехали сюда из Колорадо?       - Да.       - И давно вы здесь?       - Давно. Просто недавно приехал из Чикаго.       - Ого! И вы там заболели?       - Вроде того.       - Но по вам не скажешь, что можно просто так заболеть пневмонией. Вы же не похожи на бездомного бродягу.       Эдди промолчал. Такое замечание из уст этой девчонки его быстро разозлило. За такое он мог и ударить ее. «Какое ее дело?!» - думал он.       - Уж не добирались ли вы до Лос-Анджелеса автостопом? Путь ведь не близкий, – продолжала она задавать каверзные вопросы.       Немного приподнявшись на локте, он шепотом, но с угрозой произнес:       - Закрой свой милый ротик!!! Или я порву его тебе, когда мне станет легче!!!       Хелен сразу замолчала и с легким испугом посмотрела на него. Он лег обратно, но все еще смотрел на нее с угрозой. Он говорил серьезно. Сюсюкаться с ней он не будет, какой бы милой она не была.       - Не смейте говорить со мной таким тоном!!! – возразила она.       - А ты не смей задавать мне глупые вопросы!!! – не удержался и прикрикнул он, в результате чего опять открылся сильный кашель.       - Я вам не маленькая девочка, чтобы вы так со мной говорили!       - Заткнись….кха…кха…кха…кха…уби…кха…убирайся…!       И она, громко хмыкнув, ушла.       - Вот сука! – сказал Эдди, когда кашель отпустил.       «Не такая уж она и невинная», - не унимался он. Вот так и получалось. Тяжелая болезнь лишила его возможности двигаться, уложив в постель с серьезными недомоганиями, ситуацию осложняла и тихая ярость. «Не позволю какой-то мокрощелке со мной так говорить», - все кипело у него на сердце. В висках неприятно пульсировало, только головной боли еще не хватало. Высокая температура, тяжелое дыхание, тяжесть в груди, а теперь и головная боль. Как он мог заболеть так серьезно за эти дни? Нет сил думать об этом. Снова наедине со своей проблемой, тишину комнаты нарушал тихий стон от боли. Здравый смысл настойчиво ему советовал вызвать скорую помощь, а безумие напоминало о его положении. Не стоит так рисковать. «А что тогда лучше? Сдохнуть здесь?» - сам себя он спрашивал. Снова шаги за дверью. «Вот только ее мне сейчас не хватало!» - громче застонал Эдди. Дверь открыли и послышалось знакомое недовольное ворчание. Ясно, хозяин мистер Вайт вернулся! С лекарствами! Шурша пакетом, он расставил все медикаменты на тумбочке рядом с кроватью и, на всякий случай, по списку сверился, все ли купил. Все, что написал врач, куплено. Мистер Вайт взял упаковку и прочел в записке:       - Сефпотек. Принимать по 200 мг – 1 таблетке, с промежутком в 12 часов. Дальше у нас Сумамед. Принимать по 500 мг препарата в сутки курсом лечения, равным 3 дням. И Цефтриаксон. В виде капельницы. Тут пусть Джордж сам разберется. Дальше жаропонижающие средства. Парацетамол, Панадол, Аспирин. Все купил. Остальное Джордж сам достанет.       Эдди едва мог его слышать. Головная боль только усиливалась. Какие там антивирусные препараты ему купили, его не интересовало. Сейчас бы унять головную боль. Повернув голову в сторону, где лежали лекарства, он протянул руку к Аспирину.       - Не трогай! – оттолкнул его руку мистер Вайт. – Нужно дождаться врача.       Эдди попытался открыть рот, чтобы сказать ему о своей головной боли, но в горле сильно першило и он не смог и слова произнести. Оставалось только намекнуть. Он положил руку на свой лоб и застонал. Мистер Вайт посмотрел на него:       - Что такое? Голова болит?       Он утвердительно промычал.       - Если только Баралгин могу предложить. И то я не знаю, можно ли его тебе, - сказал мистер Вайт.        Эдди только сильнее взвыл. Он посмотрел на него умоляюще, но тот не обратил внимания и ушел, даже не сказав, что ему принимать, в каких дозах и когда. Сдачу от покупок он не оставил и те лишние сто долларов. Положил все себе в карман. Как бы горько ему не было, Эдди ничего не мог поделать. Оставалось до самого вечера ждать возвращение врача.

***

      Время тянулось долго и казалось, что оно вообще стоит на месте. Ожидание врача с муками головной боли было настоящим испытанием на терпение и выносливость. Ненадолго Эдди удавалось задремать, но чаще он бодрствовал. Головная боль так и не проходила. Открыв глаза, он посмотрел на настенные часы. Время только 14.37. Врач еще не скоро придет. Дожидаться его нет ни возможности, ни терпения. Рассчитывать на помощь хозяина мотеля и его дочери глупо. Они себя показали. Что дочка, что ее папуля – яблоко от яблони не далеко падает. «Вечно только на себя могу рассчитывать», - сделал Эдди вывод. Громко хрипя от тяжелого дыхания, он приподнялся на локте и осмотрел лекарства на тумбочке. Среди упаковок он нашел Аспирин. Плевать на указанную дозу, боль его вот-вот в могилу сведет. Распечатав, он сунул в рот сразу три таблетки и долго не мог проглотить. На тумбочке не оказалось стакана с водой, а во рту сухо. Пришлось рассасывать горькие таблетки. Когда слюна во рту немного накопилась, он через силу проглотил их и сразу же поперхнулся. Горечь в горле от таблеток стала только сильнее. Но когда ему удалось проглотить Аспирин, сразу захотелось пить. Встать с кровати он не мог. В желудке неприятно урчало. Он давно не ел нормальной горячей еды. Сейчас бы горячего куриного супчика! Вот бы было здорово! И голод бы был утолен, и на вкус просто райское удовольствие! Но вместо этого он мог только поспать. Склонив голову на бок, он смог, наконец, нормально заснуть.       Кто-то неприятно шлепал его по щекам и настойчиво звал:       - Мистер Рид, мистер Рид, просыпайтесь!       Он, нехотя, открыл глаза. Возле него сидел тот врач, а за его спиной стояла Хелен. Из них двоих, Эдди был рад видеть только доктора.       - Прости, что разбудил, - сказал врач. – Будем тебя лечить, раз уж ты отказался от госпитализации. Вижу, мистер Вайт купил все необходимое. Будем сейчас ставить капельницу.       Эдди молчал. Спросони он мало соображал, но четко услышал, что ему будут ставить капельницу. Врач достал трубку с иглой, пузырек со спиртом и вату.       - Мисс Вайт, принесите, пожалуйста, какую-нибудь веревку. Подставки для капельницы, увы, я не в состоянии принести. Придется ее подвесить, - обратился он к девушке.       - Да, сэр. Одну минуту, - ответила она и быстро вышла из комнаты.       Пока врач мерил давление Эдди, она успела вернуться с веревкой:       - Вот, сэр. Я принесла.       - Хорошо.       Врач повесил веревку на люстру, а другой конец привязал к капельнице:       - Цефтриаксон. В самый раз при лечении пневмонии. Капельница подойдет лучше всего. Хорошо, что он содержит 5 мл стерильной воды, иначе пришлось бы разбавлять.       Эдди отвернулся, так как еще с детского садика не переносил прививки и уколы. Когда врач вколол иглу в вену, он поморщился от неприятного ощущения.       - Мисс Вайт, вы присмотрите за ним, пожалуйста! Я только что вернулся с работы и не успел даже переодеться, - снова обратился врач к девушке. – Я постараюсь поскорее вернуться.       - Хорошо, сэр.       Мельком глянув на девушку, Эдди заметил, что ей не доставляло удовольствия сидеть с ним. Но за несколько часов одиночества поменялось многое и он почувствовал себя виноватым перед ней за свою недавнюю грубость.       - Хелен! – тихо прошептал он.       - Что? – равнодушно спросила она.       - Я бы хотел извиниться перед тобой за свою грубость. Прости меня.       Суровый взгляд смягчился сразу и она добро улыбнулась:       - И вы меня простите, мистер Рид. Мне не следовало к вам приставать с расспросами, так как вам явно было не до этого.       Эдди раскрыл ладонь, предлагая рукопожатие, что девушка сделала с удовольствием.       - Мир? – спросил он.       - Мир.       Врач вернулся довольно быстро и первым делом проверил уровень содержания Цефтриаксона в капельнице. Встряхнув градусник, он сунул его больному под язык:       - Держите и не вынимайте. Через десять минут я вернусь.       И он снова ушел. Хелен сидела рядом и не говорила ни слова. На нее смотреть Эдди, почему-то, стеснялся и просто смотрел в окно.       - Прости, что из-за меня тебе приходится торчать здесь. Наверно, твой ухажер жутко ревнует тебя, - просто так сказал он.       - Ухажер? О, нет, сэр, что вы! У меня нет ухажера, и никогда не было, - скромно хихикая ответила девушка.       - Совсем?       - Совсем. Лучше не говорите, у вас во рту градусник. Держите его под языком, а то врач вернется и будет сердиться на вас.       У Эдди приятно подскочило сердце. «Вот она, моя невинная и честная невеста. Она сидит рядом со мной. Достойная и честная девушка. Моя возлюбленная!» - ликовал он в душе. О, если бы не болезнь, он бы сразу же заключил ее в свои объятия и признал своей дорогой и единственной женой! Как жаль, что он не может этого сделать сейчас! Повернув лицо в ее сторону, он залюбовался ею. Она скромно опускала взгляд, иногда поглядывая на капельницу, он внимательно ее изучал. Миловидное личико, нежный загорелый оттенок кожи, маленькая грудь, на лице нет косметики. Она просто ангел! Из всех девушек она оказалась истиной невестой, достойная его. Те потаскушки не были его достойны. У них в глазах можно было увидеть холодный расчет и лицемерие, их жажду использовать его в своих целях, а потом предать за ненадобностью. С Хелен все будет иначе. Видно, что она послушная и терпеливая. Это должно соответствовать будущей жене. Может, она и наговорила недавно лишнего, но потом вежливо попросила прощения. Все правильно! Она была не права. Это она довела его до хамства. Но вне всяких сомнений он ее ни за что не отпустит. Она теперь принадлежит только ему. Всякий, кто посмеет на нее посягнуть, будет иметь дело с ним. А она, если будет ему упрямо прекословить, то получит соответствующую взбучку. Какой бы сейчас идеальной она не казалась, от нее можно ожидать чрезмерной болтливости. Если будет много болтать, то ей за такое шлепок по губам, будет лениться – ремнем по пятой точке, через пень колоду будет готовить ужин – надавать ей по рукам. Только так нужно держать женщину в узде, не давать ей послаблений. Если она ему угодит, то следует это поощрять каким-нибудь подарком. И это не должны быть дорогие меха, драгоценности, одежда и косметика. Только самое необходимое. Красивой она должна быть только для него одного. На работу или в магазин обязательно одеваться строго – длинная юбка, аккуратно уложенные волосы, никакой косметики на лице, можно только немного духов. Но глядя на Хелен, он решил, что с этим проблем не будет. Утруждать ее ходить на работу не следует. Она женщина, ее обязанность сидеть дома, следить за уютом и воспитать детей. Друзья? Он ее единственный друг. К тому же у женщины если есть друг мужчина, то ей в случае замужества сразу нужно рвать с ним все контакты. Между мужчиной и женщиной могут быть только два вида отношений – деловые или любовные. Так по крайней мере считал Эдди. Подруги? Им тоже нечего делать рядом с его женой. Они будут собираться вместе с одной только целью – посплетничать или закатить женскую вечеринку. Так дело тоже не пойдет. Они могут испортить его жену и она станет дерзкой и непослушной. Говоря короче, после свадьбы никаких друзей и подруг. Даже к родным она не может ходить в гости. Но это если она одна. Только с мужем. Кто знает, куда она на самом деле направилась? Жена должна быть на виду у мужа. И опять же глядя на Хелен, он был уверен, что именно такой она и будет.       Вернулся Джордж и сразу взял градусник:       - Да, температура у вас достаточно высокая. Ее надо сбить. И капельница как раз почти закончилась. Завтра еще раз поставим. А сейчас лучше поделать вам компрессы, чтобы немного сбить температуру. Хелен, вы не заняты сегодня?       - Нет, сэр, я свободна.       - Хорошо, если вам не сложно, то до отбоя посидите с ним, поделайте ему компрессы. А сейчас, уважаемый, вам надо принять Сефпотек и Сумамед. Сефпотек по одной таблетке через каждые двенадцать часов. Сумамед по одной таблетке в день.       - Простите, но я голоден. Что мне можно поесть? – прошептал Эдди.       - Глотаете как? Больно или нет?       - Больно.       - Тогда вам лучше пока есть супы. Можно мясо, но только тщательно пережеванное. От воспаления в горле я вам сам достану лекарство, - ответил Джордж и обратился к Хелен. – Я бы вас попросил проследить, чтобы он вовремя принимал лекарства.       - Конечно, сэр. Я прослежу.       - Вот и отлично. В 21.00 я сюда еще зайду, проверю его. Главное не переставайте делать компрессы. Часов в 20.30 померьте ему температуру. Уж извините, что я вас так загрузил. Сам не ожидал такой ситуации.       - Все в порядке, сэр. Не нужно извинений. Наоборот, я с удовольствием. Я мечтаю стать медсестрой.       - Очень похвально, юная мисс. Очень! Может, даже у меня в больнице будете стажироваться.       - С превеликой радостью, сэр!       - Хорошо. Ладно. Я пойду.

***

      До прихода врача Эдди молчал и скукоту рассеивал только телевизор, который решила включить Хелен. Когда начался вечерний сезон теленовостей, Эдди навострил уши. Чтобы ему было видно, Хелен уложила поудобнее подушки и помогла ему сесть. Сейчас каждый выпуск новостей для него было настоящим испытанием. Он был в розыске и хорошо это знал. Хоть сейчас из-за болезни и несколько неопрятного внешнего вида в нем трудно узнать разыскиваемого убийцу, на него все равно могут обратить внимание из-за его роста. Редко когда встретишь такого высокого человека, как он. А полиции наверняка известно, что кровавый маньяк и убийца высокий. Эдди внимательно слушал, но пока ведущий не упоминал о нем. Он вспомнил все свои совершенные кровавые расправы над девушками. Следов он не оставил. Очевидцы? Его мало кто видел, а если и видели, то полиция не может быть уверена, что именно он и есть убийца. У них нет доказательств. Базироваться только на показания очевидцев, которые не видели во время совершения преступления, тоже не дело. Нужны отпечатки, следы, улики. Этого у них не было. Но вот на счет очевидцев он явно ошибался. Малышка Джоан Пайп видела его и при проведении опознании преступника среди других подозреваемых она может указать пальчиком на него. Осознание этого снова лишило его покоя. Как обычно поступают убийцы, если их в момент убийства засек случайный свидетель? Его убирают, в противном случае убийца рискует быть пойманным. Но Эдди не стал убивать Джоан. Она ребенок, а причинить вред ребенку он никогда не сможет. Малышку Джоан он полюбил очень быстро, как родную дочь. Он бы никогда не простил себе, если бы просто шлепнул ее по попе. Вспомнив о ней, Эдди с трудом глубоко вздохнул. Взыграла тоска по ней, так сильно он любил эту милую малютку, которая ничуть не была похожа на свою распущенную мать. Но о том, что ей приходится переживать по сей день, не думалось вовсе. Она видела ужасную гибель своей родной матери, видела того, кто это сделал. Бедная малютка Джоан! Он лишил ее единственного самого близкого человека! Но вот как раз это ничуть его не задело. И сейчас Эдди верил, что наоборот оказал серьезное влияние на будущее малышки. С такой матерью, как Лита Пайп, Джоан бы выросла ее точной копией. «Без нее малышке будет гораздо лучше!» - думал он. «Ты судишь о судьбе ни в чем неповинного ребенка! Ну и выродок же ты!» - говорило безумие. Лицо Эдди озарила безумная эйфория. Давненько безумие о себе не давало знать. Он был даже рад снова услышать этот голос, что двигал им, давай направление, что делать дальше и куда идти. Считал ли он себя безумным? Нет! Себя он считал нормальным и ставил выше остальных людей. На минуту он даже размечтался:       Он восседает на красивом престоле, рядом с ним на столике стоит бокал с дорогим вином и вазочка с фруктами, а возле его ног изнывают женщины, жаждая его внимания. Каждая из них тянет к нему руку и мурлычет его имя, лишь бы он хотя бы просто посмотрел на нее. И их мечта – быть одной и единственной в его судьбе. Каждая клянется ему в вечной верности, опускает себя до положения рабыни, лишь бы только он выбрал ее, а остальных отверг. Он же смотрит на них изучающее, попивая вино и закусывая кусочками фруктов. Каждая из них по-своему хороша и отвратительна одновременна. У одних в глазах читается похоть и она изнывает, требуя мужской ласки, другие же смотрят на него с надеждой, сложив руки в молитве, свято веря в его любовь. Для них он божество, перед которым они склоняются и каждое его желание – это закон.       От таких помыслов Эдди погрузился в легкую дрему, тихо пробурчав себе под нос: «Вот как я хочу, чтобы было. Чтобы женщины преклонялись передо мной! Ибо я идеален!» Но для счастья можно выбрать только одну. У него и будет одна единственная жена, а любовниц – много. В конце концов, как он считал, мужчине это можно, а женщине нельзя. У нее может быть только один мужчина. Хелен вдруг села поближе к телевизору. Эдди и не заметил, что выпуск новостей закончился.       - Сейчас будет мой любимый фильм, - сделала Хелен громче телевизор.       - Какой? – спросил Эдди.       - Ужастик. Называется «Техасская резня бензопилой».       Эдди нахмурился. Кошмары он не любил, хотя своих жертв убивал с не меньшей жестокостью. Запрещать ей смотреть этот фильм он не стал. Пусть смотрит, и опять же это пока. В будущем, когда он сделает ее своей женой и она будет носить под сердцем его ребенка, для нее фильмы ужасов станут табу. Разрешено смотреть только мультики и мелодрамы. И к врачу он ходить будет с ней.       Сам фильм он смотрел без интереса, хоть сюжет был любопытный. Кровавые сцены он предпочитал не смотреть. В каждой из такой сцен ему казалось, что он видит себя со стороны. Вот момент, огромный маньяк с кожаной маской на лице с работающей бензопилой в руках, жестоко убил одного из героев. На минуту ему показалось, что это он сам совершает резню. Закрыв глаза, он не смог смотреть дальше. Видеть себя, устраивающего такую жуткую расправу, выше его сил. Он и так хорошо помнит, что совершил. Крики жертв и их агония ему ночами снятся. А Хелен, кажется, нравятся такие фильмы, где кровопролитие и жестокость. На нее это совсем не похоже.       - И как ты можешь смотреть такие фильмы?! – с недоумением произнес Эдди.       - О, я смотрю чисто из-за сюжета, а всю эту расчлененку я не люблю, - не ожидала она, что с ней заговорит Эдди.       - Тогда зачем смотришь?       - Ну, это ведь всего лишь фильм. Это все не взаправду.       - Да? А в начале фильма сказано, что он основан на реальных событиях.       - Ой, киношники что угодно готовы написать, лишь бы зрители пришли в кинотеатр посмотреть их фильм. По поводу реальных событий в этом фильме, то только частично. Главный убийца с бензопилой, как вы видите, носит на лице маску из человеческой кожи, которую он срезал с одной из своих жертв. И семья этого убийцы настоящие психи и каннибалы. Тут за основу взяли случай с известным убийцей по имени Эд Гейн. Я читала про него в газете. Про него написали, что он шил себе одежду из человеческой кожи и практиковал каннибализм и некрофилию. Вот этот случай и взяли за основу фильма.       Про Эдда Гейна Эдди слышал еще в детстве. Ему тогда случайно попалась газетная вырезка, где он о нем и узнал. Если бы Хелен ему не рассказала, он бы ни за что не догадался про те самые основы на реальных событиях, благодаря которым и был снят этот ужастик.       - Мистер Рид, а вы вообще верите во всякую мистику? – спросила она сделав телевизор потише.       - Какую такую мистику? – не понял Эдди.       - Вижу, вам легче стало говорить, - отвлеклась она от темы.       - Только когда я говорю шепотом.       - Хорошо. Секундочку. Надо поменять вам компресс.       Она сняла с его лба полотенец, намочила его в холодной воде и снова положила ему на лоб.       - Так про какую мистику ты говорила? – напомнил ей Эдди.       - Ой, знаете, до меня дошли такие страшные слухи из городка Спрингфилд. Говорят, что подростки там стали умирать во сне.       - Это как так? Из-за чего?       - Им снятся жуткие кошмары. Одни умерли от сердечного приступа. Так, по крайней мере, говорят патологоанатомы, хоть и сами в этом не уверены. Родители этих подростков говорили, что их дети никогда не страдали сердечными заболеваниями. А вот про смерть других полиция сделала заключение, будто те покончили с собой. И опять родители утверждают, что это бред. Их дети были жизнерадостными, и у них не было проблем со сверстниками в школе.       - Странно! Суицид и сердечный приступ, хотя причин как таковых и не было.       - Вот-вот, но одна девушка открыто назвала причину всех этих смертей. Это не был ни сердечный приступ, ни суицид.       - В смысле? Ты хочешь сказать, что их убили?       - Вот именно! Они были убиты.       - И где же тут мистика? Какой-то серийный маньяк-убийца пробирался к ним в комнату, пока они спали и убивал их.       - Вы не так поняли. Если бы это был обычный убийца, то он бы оставил за собой какие-то следы. Но полиция не обнаружила их.       - Ничего не пониманию.       - Помните, я вам говорила про девушку, что заявила о причине смертей подростков. Ее звали Нэнси Томпсон. Она единственная, кто выжила после эти ночных кошмаров. Но когда она назвала убийцу этих подростков, ей никто не поверил.       - Почему? Кто же оказался убийцей?       - Убийцей оказался человек, который был давно убит.       - И что же? Получается, подростков убивал призрак?       - Да. Но он убивал их не просто ради забавы. Он мстил. В Спрингвуде орудовал как-то детоубийца, который заманивал маленький детей в свою котельную, где работал сторожем и там убивал их. Полиция его схватила, но из-за каких-то там ошибок в оформлении следственных документов, его отпустили. Родители убитых им детей не могли с этим смириться. Они выследили его в котельной, пока он спал. Заперев его, они подожгли здание и наблюдали, как он горит там. Но убийства на том не прекратились. Он продолжал свои кровавые злодеяния, убивая детей своих палачей в их снах.       - Как человек, которого сожгли живьем, может убивать спящих детей?       - Ну, тут много догадок. Самая правдоподобная – он перед смертью заключил сделку с дьяволом.       - То есть его душа в обмен на возможность убивать людей в их снах?       - Да. Многие называют его демоном, но я так не считаю.       - Почему?       - Демоны не были людьми. Этот же просто призрак со сверхспособностями.       - Что это за призрак такой? Его видел кто?       - Нэнси подробно его описывала в своем дневнике. Это мужчина с обожженным лицом, в полосатом красно-зеленого цвета свитере, грязных темно-коричневых штанах, рабочих ботинках, с коричневой фетровой шляпе на голове и с перчаткой на правой руке с четырьмя ножами в виде когтей. Его зовут Фредди Крюгер. Точнее звали. Этой перчаткой он и убивал детей. С ней он и погиб.       Эдди только угрюмо хмыкнул, дослушав до конца эту историю. Она интересная, но не правдоподобная.       - И ты хочешь сказать, что веришь в эту бредовую историю? – скептически спросил он.       - Но ведь это правда. Так писали в газетах.       - Если в газете напишут, что в море видели годзиллу, ты этому тоже поверишь?       - Разве в газетах станут писать ложь?       - Там и не такое напишут, лишь бы люди покупали и читали.       - Но про Фредди не стали бы писать выдумку.       - Неужели в газете написали, что он убивал подростков во сне?       - Нет. Они написали то, что им рассказала Нэнси.       - И где она теперь?       - Ей не поверили.       - А убийства прекратились?       - Не знаю.       - Вот и не заморачивай себе голову всякими городскими легендами.