"Любимая няня из прошлого"

Добравшись до комнаты, она застала спящего малыша, умостившегося в самом центре кровати. Девушка осторожно, так, чтобы его не разбудить, легла на самый краешек и прикрыла глаза, однако дитя все же проснулось и сонными глазами глянуло на ночного гостя. Голова вампиренка обратно упала на кровать, а вскоре прижалась к теплой груди няни, откуда доносилось размеренное биение живого сердца, окончательно усыпляя юнца. Спалось Комори ночью плохо, дождь не прекращал лить, сверкали молнии, а при каждом новом раскате, Сакамаки вздрагивал во сне и долго не мог избавиться от дрожи. Девушка все крепче прижимала Канато к себе, чтобы тот не слышал пугающих его настолько звуков. Пару раз она и сама пугалась, но это быстро проходило, в отличие от ребенка. Под утро, когда гроза наконец успокоилась, ангелочку удалось задремать. Долго спать ей не позволили, служанка с кухни прибежала будить няню, срочно требовалась помощь в готовке, помощник повара очень некстати заболел. С трудом отодрав себя от кровати, она направилась на кухню. Чувствовала она себя ужасно, жутко болела голова, а перед глазами всплывали темные фигуры. Списав все на недосып, та старательно слушала наставления. Закончив с готовкой, Комори отправилась накрывать на стол традиционный английский завтрак. Иногда Корделия приказывала готовить еду других стран, именно в эту субботу выпал такой день. Ничего особо шикарного не было, овсянка, яичница с беконом и грибами, тосты с клубничным джемом и чай или кофе по желанию. Так как у Фурии аллергия на кукурузу, мюсли подавать запрещено. Накрыв на стол, девушка побежала выполнять свои обязанности, а именно, будить и одевать детей. Справилась она на ура, слишком активный утром Райто успел позавтракать кровью, из-за чего голова разболелась сильней и блондинку стало штормить. За столом сидели все, за исключением хозяина особняка, господина Того не было дома. Даже по выходным дням приходится работать, но было ли раньше такое понятие, как выходной? Скорее всего нет, люди пахали сутки напролет, а такому важному лицу, как Карлу, уж тем более не получиться отсидеться дома. Без него за столом была полная тишина, дети тихо сидели и смотрели на тарелки с ненавистной кашей. Сладкоежка первым делом в рот отправил приторный кусок хлеба и бесшумно запил чаем. Окружающие уже привыкли, что он всегда начинает со сладкого, сколько бы его не ругали. — Что это за отрава?! — вскочив с места закричала мать тройняшек, ложкой тыкая на овсянку. — Кто сегодня готовил? Эта каша отвратительна! — высказалась женщина подбежавшей служанке, покорно склонившей голову. — Извините… — донеслось с другой стороны стола. — Госпожа, это я. Сегодня мне поручили готовку каши, — Юи вышла из-за стола и глубоко поклонилась, не смея разогнуться, она затылком чувствовала молнии, посылаемые Фурией. — Комори, опять ты! Я что-то даже не удивлена, — иронично вырвалось из ее уст. — Попробуй свое творение и скажи, что не так, — ангелок подошла к своей тарелке с кашей, зачерпнув ее, варево отправилось в рот к гореповару. В самом деле, овсянку невозможно было есть. — Соль… Она слишком соленая. Вероятно, я перепутала соль с сахаром, — пристыжено выговорила блондинка. Все же готовить она умела прекрасно, а проще этого завтрака ничего и быть не может, но перепутать два основных ингредиента преглупейшая ошибка новичка. — Все у тебя не отказали вкусовые рецепторы? Как можно было подать такое на стол? А если бы кто-то из детей съел подобную гадость? — посыпались вопросы на голову Комори, та тихонько вымаливала прощение, безостановочно шепча типичное «простите». — Одним «извините» ты не отделаешься! — в глазах Корделии черти заиграли, и те злобно сверкнули, а лицо исказила противная улыбка, от которой выступали клыки женщины. — Никакого обеда и ужина сегодня! Помимо этого, чтобы и ноги твоей больше не было на кухне, — закончив со всем фарсом, рубиноглазая обратно уселась на место, а служанка собрала все тарелки с кашей и скрылась.

***

Сразу после трапезы девушка отправилась в сад с розами, который еще совсем недавно завораживал своим видом. Ночная гроза погубила почти все цветы, не пощадив даже молодые ростки, погнувшиеся пополам от мощного ветра. Недалеко от нее сидел на коленях, стирая колени чистых штанишек, крайне расстроенный Субару. Каждый день он ухаживал за этими розами, он мог часами зависать в этом саду, не замечая времени. Работники дома всегда знали, что если его нет в комнате, то вероятней всего он именно в этом саду, заменившем мальчишке всю семью. А что сейчас? Сейчас его большая семья склонилась к земле и больше не источает того чарующего запаха. Комори подошла к ребенку и тихонько приобняла того со спины, так, чтобы не тревожить его внутренний мир, так, чтобы согреть своим теплом и поделиться частичкой себя. — Субару, — нежно протянула она. Так нежно, что вампир вздрогнул от заботы, льющейся из ее голоса. — Прошу тебя, не расстраивайся. Я понимаю, что ты чувствуешь, но уже ничего не поделаешь, — она сжала его еще сильней в своих объятиях. Казалось, что в этот момент есть только это дитя, так сильно она хотела его спасти, чтобы он окончательно не замкнулся в себе. Но он совершенно не реагировал на все ее утешающие слова. — А что насчет тех семян? Думаю, что недели через четыре мы уже сможем увидеть их, — парень ткнул пальцем в землю, где по всей видимости, были семена. Схватив Сакамаки за руку, она подошла ближе и стала осматривать землю: — Семена в целости и сохранности, давай подождем две недели и узнаем, прирослись ли они, — няня тепло улыбалась, не отрывая взгляда от юного садовода. После ее слов, мальчику все же полегчало, и он преспокойной походкой направился в дом. Сама Комори же в душе обрадовалась, что смогла как-то повлиять на его чувства. Уже через пять минут она побежала прямиком на задний двор особняка, где договорилась встретиться с Шу и поиграть с ним. Завернув за угол, карминоглазая оперлась о стенку от сильного головокружения. Бегать в таком состоянии было не лучшей идеей, сердце бешено бьется и перед глазами все плывет. Простояв так еще пару минут, блондинка уже спокойным шагом продолжила дорогу, стараясь не отходить далеко от опоры на случай падения. Наконец добравшись, Комори встретила громко смеющегося Шу вместе с незнакомым мальчиком. Одет он был не так шикарно, как бегающий около него Сакамаки, ростом был чуть повыше, и в целом, он был очень худощавым. На голове было не пойми что — длинные волосы, небрежно собранные в подобие пучка, из которого выбивались колючие пряди. Завидев няню, Шу крикнул мальчику спрятаться за деревом, а сам сделал вид, что он тут все время был один. — Шу, помнишь, я вчера обещала с тобой погулять? — дождавшись кивка, Комори продолжила. — Так вот, я пришла. Тебе не нужно прятать от меня своего друга, лучше познакомь. Я никому не расскажу, даю слово, — положив ладонь на сердце, поклялась ангелок. Так девушка познакомилась с единственным и последним другом Сакамаки Шу. Зовут его Эдгар, парнишка чтобы погулять с вампиром почти каждый день прибегает из соседней деревни. По его манерам, а точнее их отсутствии и одежде, можно понять, что он из бедной семьи, однако это не мешает ему счастливо улыбаться и резвиться с аристократом. Как Комори поняла, никто не знает о тайном друге старшего сына, страшно даже представить, что будет с ними обоими, если об этот прознает госпожа Беатриче. Из-за этого, мальчики не могут видеться каждый день, каждой последующей встрече они радуются, как первой. Пока ангелок лежала на траве с интересом рассматривая причудливые формы облаков, дети бегали вокруг деревьев, кушали яблоки и просто болтали. Каждую минуту был слышен звонкий смех Шу, тем временем няня решила сплести по венку каждому. Вокруг росло очень много одуванчиков, некоторые из которых уже отцвели. Ближе к обеду пришлось разорвать счастливую встречу, Шу пора было на обед, а за опоздание можно получить наказание, из-за которого Юи теперь без еды. Проводив ребенка до дверей столовой, девушка поплелась к себе в комнату, где достала свой дневник и приступила черкать своим неаккуратным, оттого казавшимся детским почерком.

***

— «Сейчас еще только обед, но я уже смертельно устала…» — зачитал Канато только что появившиеся строчки. — «Как я и думала, ночью была ужасная гроза. Пока я шла к Рейджи, то наткнулась на Канато-куна, оказывается, он боится грозы, что неудивительно. Сегодня он ночевал в моей комнате со мной, из-за этого я не смогла нормально уснуть, да и этот ужасный вой ветра не давал мне покоя.» — Юху~ Канато, как не стыдно! — донесся голос Шляпника за спиной. — «Утром меня попросили помочь на кухне, но из-за моей ошибки меня наказала госпожа Корделия. Сегодня я без еды. Не думаю, что не смогла бы справиться, но именно сегодня я чувствую слабость. Вчера Карлхаинц выпил моей крови, это было… как-то по-другому… Больно, но потом чувства смешались я будто застыла и не могла пошевелиться. Выпил он не так много, но голова кружится весь день. К сожалению цветы Субару были испорчены, я старалась его подбодрить. Поиграть с Шу удалось, но преимущественно он играл со своим другом Эдгаром» — Никогда бы не подумал, что у него был друг или что он вообще с кем-то разговаривал, — подшутил Аято, подозрительно косясь на блондина, удобно умостившегося на подоконнике. Слушал он через слово, его больше интересовали чарующие звуки излюбленной скрипки. Но услышав знакомое до боли в сердце имя, он подорвался с подоконника и покинул комнату, сил нет это слушать. Воспоминания уже вернулись в голову и картинки одна за другой плывут перед глазами. Но что было дальше? Огонь. Кажется пожар. А потом?.. Но Рейджи, который был причастен к худшему событию жизни маленького Шу, язвительно улыбался, даже не пытаясь этого скрыть, но к тому времени старший Сакамаки уже покинул комнату и скрылся у себя, пытаясь оградиться о мучительных воспоминаний. — «Господин Того зачем-то позвал меня… Нужно идти. Надеюсь, что это не станет моей последней записью… С виду не скажешь, что он опасен, но его аура устрашает, даже когда он улыбается». Это все, — закончил сладкоежка и кинул дневник на кровать в ноги спящей жертвенной невесте.

***

Хозяин особняка вернулся только вечером, но на ужин уже опоздал, поэтому решил не идти в столовую, приказав принести ему еды в покои. Выдался тяжелый день, ни минуты свободного времени, поэтому обеда, как и завтрака, у него не было. Быстро закончив с едой, он подозвал слугу и приказал сам не понимая зачем, позвать няню. В самом деле, зачем он ее позвал? Он как школьник, ищет причину лишний раз встретиться с предметом интереса. Разумеется, она не стоит и в одном ряду с его нынешними женами, она так его привлекает своей наивностью и чистотой, что душа вампира непременно хочет ее осквернить. От мыслей его оторвал глухой стук, а затем звонкий в двадцати метрах от его комнаты. Покинув комнату, он тут же заметил распластавшуюся Комори под тумбой, что стоит в углу. Около нее лежат разбитые осколки некогда бывшей замечательной французской вазы и крошечная лужица крови, которая пополняется с каждой секундой все больше. Мужчине ничего не оставалось, кроме как подобрать девушку и унести к себе в покои. Глубоко в душе он обрадовался, вот и появилось сразу несколько поводов поговорить, а в голове назрел банальный, но вполне себе приемлемый вопрос.

***

Flashback

— Юи-сан, ты же не будешь против, если я немного выпью твоей крови? — довольно улыбнулся вампир, надвигаясь на свою жертву, которая даже не слышит его, ответ очевиден. — Знаешь, это так жестоко с твоей стороны оставить нас тут и уйти туда, где должно быть лучше. Но нет! Не будет тебе там лучше! Я собственными руками достану тебя и мне без разницы где ты! Слышишь, а?! — фиолетоволосый перешел на крик, едва сдерживаясь, чтобы не вмазать девице по лицу, тогда его ночную вылазку раскроют и Рейджи уж точно не обойдется без наказания. — Я так хочу пить… Возвращайся, тебе там делать нечего… Канато пришел пить в настоящем.