What Year Is It Anyway?

На фирменном бланке корпорации не стояло даты. Письмо пришло Медику, и его извещали (с надлежащим стерильным сожалением), что его жена упокоилась с миром. От старости. В завещании она отписала все ему и только ему. Медика уверили, что ему не нужно отрываться от работы. Корпорация обещала сама разобраться с бумажной волокитой. Их команда скиталась слишком часто, провела безумное количество времени в самых разных местах. Некоторые базы встречали их вечным снегом и холодом, другие — сухой постоянной жарой, но у них не было никакой возможности замечать, как меняются цвета и думать, почему всё так происходит. Весёлый календарик в стиле пин-ап, висевший в Туфорте, замер на августе семьдесят второго гораздо дольше, чем на месяц, чем на год, чем на целых пять лет. Страницы загнулись по краям от ночной сырости, и теперь хватит одного касания, чтобы они развалились в пыль. — Сколько мы здесь? Скаут первым задал этот вопрос, беспокойно крутя в руках свою кепку. — Мне, например, было двадцать три, когда я сюда попал. Я знаю, у меня, должно быть, хорошие гены или что-то типа того, но блин, уже сколько прошло, а я всё тот же. И все… все мы. Такие же. Не изменившиеся. Когда он обвёл взглядом каменные лица своих товарищей, в комнате царила идеальная тишина. — Чуваки, так какой сейчас год? Шпион пошевелился первым. Достал портсигар, вынул сигарету, зажёг её тем же небрежным движением, что все они видели тысячу раз. — Семьдесят второй, — сухо, без всяких эмоций ответил он. И вышел из комнаты.