Няшка

Сварив кофе и захватив с кухни упаковку печений, двое друзей зашли в комнату Хэл. Джеймс вёл себя отстранённо, старался не касаться её и даже почти не разговаривал, замыкаясь в себе. — Садись, я сейчас, — его напарница выудила из рюкзака подставку для планшета, подхватила сам планшет и села рядом с ним. — Что смотрим? Ответом послужила тишина. — Баки, — осторожно позвала девушка, коснувшись кончиками пальцев живого плеча. Солдат отдёрнул его и напуганно посмотрел на неё, немного отодвинувшись. — Выбирай сама, — отстранённо ответил он и уставился в одну точку. Глубоко вздохнув, студентка несколько раз стукнула по экрану и поставила технику в подставку, незаметно подвинувшись к бывшему живому оружию. — Знаешь, как ни странно, у меня сохранились файлы фильмов об этой Вселенной. Посмотришь со мной парочку, где есть Локи? Может, ты сможешь понять его тактику? Она пыталась разговорить его, снова вывести на контакт, потому что, если он закроется от неё, никто не сможет помочь ему. Этого нельзя допускать любыми способами. — Няшка, не молчи, — Гилтс слегка качнулась в его сторону. Мужчина поднял опустошённый взгляд. — Что ты сказала? Вобрав в лёгкие побольше воздуха, она отложила планшет и повернулась к нему всем телом. — Баки, не замыкайся в себе. Пожалуйста. — Я не…извини. Включай, я смотрю, — он обнял колени и положил на них подбородок. Кинув тяжёлый взгляд на друга, она всё же включила киноленту и сделала небольшой глоток из своей кружки. Барнс действительно смотрел фильм. Точнее, смотрел на него, частично вникая, а частично пропадая в своих мыслях и уходя в самые отдалённые уголки своего изрядно потрёпанного сознания. Он чуть не убил её…ещё пара секунд — и всё. И больше никаких обнулений — он не сможет забыть это. Как только он непроизвольно представляет подобный исход…хочется сломать себе грудную клетку, чтобы мир очистился от такого существа, как он. И он даже был убеждён, что не обнаружил бы сердца внутри. Ведь человек, у которого оно есть, никогда бы не поступил так с человеком, который ему… дорог. Солдат посмотрел на подругу. Она была увлечена событиями на экране её любимого гаджета, а её лицо сохраняло выражение лёгкого спокойствия и даже безмятежности: брови расслаблены, в живых глазах отражаются изображения Тора и Локи, на губах лежит лёгкая улыбка. Она так спокойно сидит рядом с ним, с человеком, который чуть не убил её полтора часа назад. Который в тот момент желал это сделать. Его взгляд упал на тонкую шею, которая с трудом выдержала натиск металлических пальцев. Кожа буквально пестрела стремительно расползавшимися фиолетовыми синяками, и от этого зрелища самому Зимнему становилось трудно дышать. Задумавшись, он не удержался: живыми пальцами отодвинул каштановые волосы девушки, перекинул их на другое её плечо и, чуть касаясь, начал аккуратно обводить границы тёмных отметин, оставленных собственноручно. Хэл, вздрогнув от резкого контраста с холодной кожей, отложила планшет и медленно повернула голову, мягко улыбаясь. — Ты чего, Баки? Продолжая обрисовывать контуры на её шее, Джеймс поднял свои глаза, встретившись со слегка удивлёнными карими, и по-виноватому-тихо ответил: — У тебя синяки… — его брови приподнялись, как и вся голова, а пальцы замерли. — Я помешал тебе? — А в чём смысл, если ты не смотришь фильм? Не смотри так, по тебе было видно, что ты далеко отсюда. Думаешь, почему я ещё рядом, да? Шумно выдохнув, он снова обнял колени и отвернул голову. — Хэл, я ведь чуть не лишил тебя жизни. Поговори со Мстителями. Поговори со Стивом, — Баки умоляюще посмотрел на неё, отчего защемило сердце. — Изолируйте меня, пока всё это не закончится. Этот Локи не будет всегда поблизости, чтобы остановить этот ужас. Я не могу тобой рисковать! — он ударил бионикой по полу. — Не могу, понимаешь? — Баки, ты не… — она было хотела протянуть руку, но отдёрнула в нерешительности. Через пару секунд она всё же положила тёплую ладонь на локоть бывшего пленника нацистской организации. — Всё скоро закончится, мы переждём. Пожалуйста, не нужно упираться самому, в одиночку. Я здесь для этого. Думаешь, меня держит этот камень и его поиски? Мстители? Вздор. Мне нужно помочь тебе справиться, а потом уже остальное. Ты же сам понимаешь, что в «изоляции», — она показала воздушные кавычки, — будет некому помогать разбираться с воспоминаниями? — У ЩИТа есть технология стеклянных камер. Ты сможешь разговаривать со мной без риска оказаться под ударом. Не спрашивай, откуда я знаю про эти камеры. — Это не обсуждается, Няшка. Это не выход. Мы справимся без этих технологий ЩИТа. И кто знает, может, это был последний случай подобного обострения? Давай, улыбнись, — студентка попыталась растормошить его. — Будешь сейчас фингалы мне замазывать. Джеймс приподнял углы губ и непонимающе уставился на подругу, сдвинув брови. — Замазывать? Как и зачем? Хэл звонко рассмеялась. — Замазывать тоналкой. Ну и ходить с синяками, ещё и на шее, будет не совсем эстетично, разве нет? — Не знаю. Тебе к лицу фиолетовый, — хрипло хохотнув, он поднялся, чтобы найти маскирующее средство в бездонном рюкзаке напарницы. — Он ещё и шутит, вы посмотрите на него! — она тоже весело рассмеялась и мысленно отметила большую победу: к Баки возвращается чувство юмора. Это восхитительно. Это значительный прогресс. — Давай, накосячил, так исправляй. — А фильм? — задал вопрос Барнс, садясь рядом с ней так, чтобы левая сторона шеи была как можно более доступной. — А фильм вам нечего смотреть. И как он только пережил переход? — Бог обмана уселся напротив них. — И тебе привет, Локи. Ты по делу, али как? — спросила Гилтс, подставляя другу кожу. — И да и нет. Во-первых, хотел проверить, не добил ли он тебя, — он кивнул на Солдата. — А во-вторых, мне скучно сидеть у себя: ни книг, ни зелий-мне нечем себя занять! А Тор меня откровенно утомляет. — Так вернись в Асгард, — она старалась незаметно убрать планшетный компьютер с лицом Локи на экране подальше от поля зрения самого Лафейсона. — Не хочу, — ленивым жестом он магией подтянул технику к себе и, кинув взгляд на экран, усмехнулся и отправил гаджет обратно. — Там меня утомляют государственными проблемами. Плюс, сейчас там все заняты улаживанием обстановки после выброса энергии камня реальности. — Ну ты же хотел сидеть на троне. Наслаждайся, — лукаво улыбнувшись, Хэл заблокировала планшет и, поддаваясь пальцам Джеймса, немного откинула голову назад. — Зато у меня есть хоть что-то, не то, что у тебя, — Бог обмана оскалился, внимательно наблюдая за реакцией девушки. Та поджала губы, но больше никак не выдала боль от этого удара ниже пояса. — У меня есть Баки. Скоро вернётся и остальное. Я тоже могу уколоть, Локи. Мне есть чем. Но нужно ли тебе это? Трикстер недобро сверкнул глазами. — Предпочту закончить этот разговор. Как дела с памятью, Солдат? — притворно-участливо поинтересовался он у Барнса. Тот пересел справа от подруги и принялся наносить крем на правую половину её шеи. — Я Джеймс, — холодно отрезал он. — Память восстанавливается. — Ты всё ещё и Солдат, — Локи наклонился и перешёл на почти шипение. — Эта личность никогда не оставит тебя, не даст спокойно спать по ночам, мучая кошмарами… Барнс дёрнулся и замер. -…и тягой убивать любого, кто вызовет подозрение, — довольно закончил Лафейсон и, обнажив белые зубы, вновь откинулся к стене. Бывший агент Гидры, сцепив зубы, решил проигнорировать явную провокацию и продолжил своё занятие. — Это мои проблемы, — ответил он. — Ты можешь убрать синяки с шеи Хэл? Локи усмехнулся. — С чего бы я мог это сделать? — Ты владеешь магией. — Я маг, а не врачеватель, несчастное создание. Сами сойдут через неделю. Твоя подруга — не выставочный экземпляр, так что переживёт. Да, Хельга? Та закатила глаза. — Локи, я же просила. Меня зовут Хэл и никак иначе. Кстати, а ты не боишься, что Джарвис тебя видел и слышал? А Хеймдалл? — Для всех я выгляжу, как Один. Только вы в данный момент видите меня тем, кем я являюсь. Насчёт «слышал», я бы не сказал. Считай, что мы под куполом. — А я-то думаю, чего у меня Интернет перестал работать, — Хэл улыбнулась, а Баки усмехнулся и покачал головой. — Что насчёт Ванды? Она может прочесть твои мысли. Локи насмешливо приподнял брови. — Ты про ту девчонку, которой эти способности дали? Не смеши меня. Мои чары сильнее, чем её. Неужели ты думаешь, что она пробьёт мой барьер? Сохранение этого секрета зависит только от того, насколько длинный у тебя язык. Надеюсь, что не очень, — он снова оскалился. — Да оставьте вы эти отметины, во имя Одина! Это что, так важно? — Не уверена насчёт Асгарда и остальных семи миров, но здесь ходить с шеей, испещрённой синяками, не очень принимается обществом, — ответила ему Гилтс. — Не так уж это и воспрещается в Мидгарде, не лги мне. Каков твой истинный мотив, девочка? Баки внимательно посмотрел на подругу. — Хотя нет, не говори. Я могу узнать и сам, — Локи нагло влез в её сознание, ища ответ на этот вопрос, но когда он почти достиг цели, перед его носом захлопнулась дверь — Это не твоё дело, Царь Асгарда, — ровным голосом произнесла девушка, удерживая мысленную дверь закрытой и глядя прямо в глаза Богу обмана. Тот поднял левый угол рта. — Дай угадаю, это она тебя научила? — он не сдавался и прощупывал её мысли, ища слабое место, щёлочку, в которую можно пролезть. И если он отвлечет девушку, делать это будет проще. — Нет, я научилась сама. Уйди из моей головы, живо, — на последней фразе она повысила голос и слегка подалась вперёд, упорно защищаясь от ментального вмешательства. Джеймс понял, что дело набирает серьёзный оборот, отставил флакон, встал перед подругой и сжал кулаки. — Локи, оставь её, — ледяным тоном предупредил он. Трикстер усмехнулся и отступил, примирительно выставив ладони. — Ты смотри, как он о тебе печётся, — с долей насмешки произнёс он. — А сам чуть не убил два раза и, скорее всего, попытается сделать это снова. Хэл обеспокоенно взглянула на Зимнего, который начинал злиться: бионика враждебно скрежетала, грудная клетка вздымалась всё выше, а сам он тяжело дышал. Студентка, поморщившись, подняла правую руку и потянула за край футболки, заставляя мужчину обратить на неё внимание. — Няшка, сядь, пожалуйста. Солдат кинул на неё раздражённый взгляд и хотел было откинуть её руку, но, вглядевшись в детское лицо напарницы, тут же смягчился, аккуратно отцепил тонкие пальцы от материи, подхватив их искусственной ладонью, и опустился обратно на своё место. Металлические его пальцы, так и не выпустив нежную руку, сжимали её и обдавали холодом. Ему так спокойнее.